Путь жреца

— Конечно. Это же квартал развлечений. Тут нечего делать с плохим настроением. Кстати, после дворянского клуба не хочешь зайти в дом свиданий?
— Не думаю, что это хорошая идея. У меня вроде как есть девушка, — я отрицательно помотал головой, хотя, честно признаюсь, хотелось. Но при этом мне казалось неправильным платить за секс.
— А при чем тут девушка? — он удивленно посмотрел на меня, — думаю, она уже не раз ходила в дом свиданий.
— Что? — пришла моя пора удивляться, — подожди, может быть, я чего-то не понимаю. Объясни мне, что это за дом свиданий? Я думал, это место, где ты платишь за то, чтобы заниматься любовью. Разве это не измена?
— Все время забываю, что ты совсем мелкий, и ничего не знаешь о жизни. Извини, просто внешне ты выглядишь, как мой ровесник, — он покачала головой. — Постараюсь объяснить. Ты приходишь в дом свиданий и платишь деньги за вход. Тебе выдают маску и проводят к столу. Первый час к тебе подсаживаются девушки, пришедшие точно так же в поисках любви в этот дом. Ты общаешься, выпиваешь, смотришь шоу-программу и, если вы понравились друг другу, вы можете продолжить общение в отдельной комнате. Если нет, то во время второго часа девушки сидят за столом, а молодые люди переходят от столика к столику. Ты подходишь к столику, девушка переворачивает песочные часы. У тебя есть пятнадцать минут. И вы или уходите вместе, или ты продолжаешь свой поиск. И да, это не считается изменой. Это романтика, флирт. А зачастую — и секс. Это то, что нужно организму каждого человека. Но это же на один вечер. Продолжение отношений не предполагается. Я сам достаточно часто посещаю подобные места.
— А эти дома чем-то отличаются?
— Конечно. Есть дома для дворян, есть для простолюдинов. Ну, и время разное. До десяти вечера в свиданиях участвуют люди не старше двадцати пяти лет, позже — более старшие.
Я задумался. Интересная схема. И почему я был уверен, что дом свиданий — просто местная разновидность борделя? Похоже, этические нормы наших миров различаются. Не уверен, что в моем нормальная женщина отпустила бы мужа в подобное заведение, а здесь, по уверениям Леопольда, это в порядке вещей.
Я посмотрел на часы — пора было идти в клуб.
Над входом в дворянский клуб, к которому меня уверенно привел Леопольд, висела вывеска «Клуб имени Бартона». Само здание было старым, с большими мраморными колоннами, оно несколько инородно смотрелось в квартале развлечений, где остальные дома были попроще, и не такими монументальными.
— Почему «имени Бартона»? — поинтересовался я.
— Бартон был первым бароном, который обосновался здесь. Затем уже подтянулись другие бароны и построили Кируну. Ну, и клуб как бы в честь него.
Поднявшись на невысокое крыльцо, я протянул руку к двери, но в этот момент она распахнулась, и нам навстречу вышел швейцар — в ливрее и в белых перчатках. Он низко поклонился и поприветствовал нас:
— Семюсель, добро пожаловать в дворянский клуб, — обратился он ко мне. Видно, считал всю необходимую информацию с моего Ибри, — проходите. — Он пропустил нас в холл, — ваш сопровождающий будет на первом этаже, это место для простолюдинов, вас же я провожу в дворянский зал, — он снова поклонился и пошел впереди, показывая дорогу. Мы поднялись по лестнице на второй этаж. На стенах вдоль лестницы висели картины. Настоящие картины, написанные масляной краской. Я первый раз видел такое в этом мире. На них были изображены сражения со зверями. Но разглядеть их как следует мне не дали — швейцар распахнул одну из дверей, и мы прошли в небольшую комнату.
— Так как вы первый раз в нашем клубе, я должен вас проинструктировать, — он вопросительно посмотрел на меня.
— Да, конечно, мне самому хотелось бы знать, какие здесь правила.
— Это очень старый и уважаемый клуб. Подходить к незнакомым людям здесь считается плохим тоном. Если вы хотите с кем-нибудь познакомиться и пообщаться — говорите мне, и, если другая сторона будет не против, я вас отведу в отдельный кабинет. Громко говорить и громко смеяться у нас не принято. Напиваться тоже. У вас будет личный официант. Вы можете выпить и поужинать. Это все для членов клуба бесплатно. Каждые тридцать минут в главном зале у нас проходят представления. Они короткие, минут пятнадцать. Расписание будет у вас на столике. Если у вас будут какие-нибудь вопросы, обращайтесь к официанту, если он не сможет решить ваш вопрос, то вызовет меня. — Он внимательно осмотрел меня, — вообще, у нас принято приходить в клуб с женой или с девушкой. Учитывайте это в дальнейшем. Также вместо жены вы можете привести одного гостя. Но он обязательно должен иметь дворянское звание. Это все, идемте, — и он решительно двинулся к закрытой двери в конце комнаты.
— Подождите, — остановил его я, — мне хотелось бы увидеться с бароном Люстиоорсом.
— Хорошо, я ему сообщу, — он вежливо кивнул и, распахнув двери в большой зал, первым зашел внутрь. — Поприветствуйте нового члена нашего клуба. Семюсель Баркоорс, жрец, владелец иллюзионов, герцогский дворянин во втором поколении, — зычным голос представил он меня.
Я вошел и поклонился развернувшимся в мою сторону людям. В этот момент ко мне подскочил официант и проводил к моему столику. Заказав чай и ужин, я стал с любопытством осматриваться.
Все кругом просто кричало о богатстве — и об отсутствии вкуса. Потолок был в лепнине, покрытой золотом. Широкие окна с массивными деревянными рамами были украшены искусной резьбой. Под потолком — яркие светильники. В зале было непривычно светло. Начищенный мраморный пол блестел и искрился. Все кругом выглядело роскошно. Даже скатерти на столах были вышиты золотой нитью, а посуда — явно из серебра.
Столики занимали примерно половину зала, на второй половине были свободное пространство и небольшая сцена, на которой в данный момент расположились музыканты, услаждающие слух гостей приятной музыкой.
Посетителей было достаточно много. Они сидели за столиками по два-три человека и ужинали. Мужчины и их дамы были одеты ярко, крикливо. На женщинах было много украшений, судя по всему, с бриллиантами, которые и в этом мире ценились достаточно высоко.
Я внимательно оглядел присутствующих, и с грустью признался себе, что никого здесь не знаю. Рановато я полез в мир нуворишей. Пару человек я видел на дворянском бале по случаю окончания школы, но ни имен, ни их положения не знал. Мне остро не хватало Боррута с его знанием элиты города. Оставалось только есть и надеяться, что Люстиоорс согласится на встречу со мной.
После оркестра на сцену вышел местный стендап-комик и стал развлекать зрителей шутками и пародиями. Собравшиеся вяло хлопали, продолжая с безразличными лицами общаться друг с другом.
Но вот слегка приглушили свет и конферансье объявил о начале танцев. На это дело отводилось полчаса. Многие люди встали из-за столов и стали танцевать на свободном пространстве возле сцены. Я понял, что настало удобное время пообщаться, так как многие просто собирались вдвоем-втроем в полутемном зале для разговоров. Но я так и не решился встать и направиться к людям.