Жена по наследству, или Сюрприз для дракона

Драконы рода Сартарон славились способностями к исцелению и заодно владели всеми лекарнями, алхимическими лавками и аптеками.
В роде Силейн знали толк в хорошей еде, поэтому подгребли под себя производство вкусностей.
Фабрики драконов Суратар производили все, что угодно: от булавок до огромных кованых оград, эти драконы умели работать с металлом.
Роду Сатарэйн досталось земледелие, должен же был кто-то выращивать гречку или собирать корешки.
И тут картина мира дала трещину.
Я подняла взгляд на Огрула и прошептала:
— В чем различие драконов Тарлонда? Что особенного в высокородных? В тех, кто тут всем заправляет...
— У всех драконов Тарлонда есть одно принципиальное различие — доступ к магии.
— Понятно. Чем меньше у тебя магии — тем больше ты работаешь руками, клыками и хвостом, — пробормотала я и тут же встрепенулась: — Но я-то не дракон, а владею магией.
— Уверен, эта досадная ошибка исправится с возвращением Андерса.
— Ошибка? — многозначительно вскинула бровь я.
Великий шаман наконец-то озвучил свое истинное отношение. Понять бы еще, что мне теперь делать с этой информацией.
С Огрулом мы расстались взаимно недовольные друг другом. Орк осознал, что послушной марионетки из меня не выйдет, я поняла, что он от меня не отцепится. Вот и на бал к императору взялся сопровождать. Намекнула, что Ловуд мне бы больше подошел, но орк был непреклонен. Ловуд не мог стать моей парой из-за более низкого статуса. Вот за сыром и хлебом с ним среди ночи я поехать могла, а на бал — ну никак.
Деликатный стук в дверь заставил поднять голову со стола, на котором я, распластавшись медузой, размышляла над итогами встречи с Огрулом. Складывалось впечатление, что меня в очередной раз взвесили, измерили, но не определились, что делать дальше. Тут мы с Огрулом были примерно в одинаковых условиях: он ничего не знал обо мне, я плохо представляла, во что вляпалась.
Будем разбираться!
— Ир Ловуд, у меня для вас печальные новости: вас не берут на бал.
Дракон вошел в кабинет и аккуратно притворил за собой дверь.
— Я сразу предупреждал, что я неподходящая пара для вас на этот вечер.
— Но сейчас вы пришли не для того, чтобы напомнить об этом.
Ловуд переживал за сестру. Переезд в особняк не избавил ее от притязаний Отаборта, не решил проблему долга.
— Что вы намерены делать дальше, ара Сандерс? — Во взгляде дракона не было ни обожания Марлы, ни почтения Ниары. Он мне не доверял.
— Сегодня вечером у меня бал, — с улыбкой объявила я.
— Я не об этом! — В мужском голосе прорезался звериный рык. — Речь идет о Ниаре. Вы пообещали ей защиту, но что конкретно вы намерены сделать?
— Разобраться с вашим долгом перед Экхаром Отабортом.
— У вас где-то завалялось семь кристаллов? — судя по грустной улыбке Ловуда, цена в самом деле была неподъемной.
Речь шла о неактивированных нетронутых камнях, способных увеличить магический резерв. Камни из родовой сокровищницы не подходили. Осознание этого пришло само собой и избавило меня от вопросов, ответы на которые должна была знать драконица Тарлонда.
— Пока нет. Но уверена, мы их найдем. Вопрос в другом: что вы будете делать? Вы сын известнейшего ювелира столицы, который избрал свой путь...
— Думаете, я ни разу не пожалел? — Ловуд запустил пальцы в волосы и с силой их дернул.
— Пойди я по стопам отца, за моими плечами был бы семейный опыт, связи и традиции. А так я стал. никем!
— Отчего же сразу никем. Насколько я поняла, до недавнего времени вы могли содержать и себя, и сестру, занимаясь любимым делом.
— После скандала ни один высокородный дракон не воспользуется моими услугами. Я потерял репутацию...
— Но сохранили знания. Скажите, ир Ловуд, разве неродовитым драконам не нужны услуги юриста?
Неродовитые, их еще называли драконами свободного полета, потому как они не состояли в родстве с великими родами, но могли к ним примкнуть. Шли на это свободные неохотно, поскольку вместе с привилегиями приобретали и обязанности вроде пожизненной работы на благо чужого рода.
— Услуги юриста? Да у них не хватит монет для оплаты первой консультации!
— Хм. А вы не пробовали снизить цену?
— Профессионал моего уровня никогда не станет работать за гроши!
— Хотите сказать, что вы скорее умрете с голоду, чем возьметесь за низкооплачиваемую работу? Или нет. Вы сопьетесь.
Напоминание об излишней тяге к спиртному, заставило Ловуда мучительно покраснеть.
— Если такова ваша воля, я завтра же отправлюсь в Вольный город, чтобы открыть практику, — обреченно заявил Ловуд.
Святые чешуйки! А я и забыла, что любое предложение главы рода воспринимается как приказ.
— Нет, вы нужны мне здесь. Но я не буду против, если вы пересмотрите свои взгляды на свободных драконов и сочтете их достойными своих знаний.
Думала смутить Ловуда, но он на полном серьезе поблагодарил. Когда мужчина ушел, я в изнеможении уткнулась лбом в стол.
— Ир Ловуд не станет работать на свободных.
Выпрямившись в кресле, повернулась к камину, в котором вместо голубого пламени едва мерцал живой огонек — действие снежного кристалла закончилось. И как странно, что огненный не предъявил мне с пылу с жару претензии из-за собственного изгнания.
— Считаешь, Ловуд в самом деле предпочел бы умереть с голоду?
— Ты[1] недооцениваешь силу и возможности родовых связей. Ловуд получил бы помощь, если бы обратился к драконам рода Сандерс. Однако в этом случае ему бы пришлось принять их условия.
Принять сразу и безоговорочно. А ведь однажды он уже проявил своеволие при выборе профессии...
— Иными словами, склонить голову и покаяться, признать ошибку и отдаться на милость более дальновидных родственников, следующих традициям и не ищущих приключений на свою. свой чешуйчатый хвост.
Из камина раздался тихий хмык.
— К огранке драгоценных камней его вряд ли допустили бы, но ир Ловуд мог бы стать неплохим управляющим в угольной шахте.
— Ошибок род Сандерс не прощает, — тихо перевела я.
— Их не прощает Тарлонд, — также тихо отозвался хранитель дома.
Как с этими драконами сложно!
Прикрыла глаза и откинулась на спинку кресла. Возникало ощущение танца на минном поле. Только сочтешь, что уже все понял и знаешь, куда идти, но один неверный шаг — и ты больше не правильный дракон.
— Елизавета, тебе настолько неприятно меня видеть? — внезапно поинтересовался огненный.
А это еще при чем?