Жена по наследству, или Сюрприз для дракона

— Драконы Суратара приручили железо, — с искренним благоговением произнес Ловуд.
— Так подобная красота здесь повсюду?
— Великие рода стараются, чтобы дома, попадающие под их сферы влияния, были отмечены их материалом. Деревянные дома принадлежат Сатарейнам или драконам, которые на них работают. Дома, украшенные металлом, — роду Суратар...
— А Сандерсы обожают стекло и витражи, — предположила я и по кивку Ловуда поняла, что попала в точку. — Вольный город такой вольный. А какие дома здесь разукрашены драгоценными камнями?
— Драгоценные камни — привилегия столицы.
— А остальные вынуждены ютиться в деревянной сказке. — еле слышно фыркнула я, но Ловуд меня услышал.
— В Вольном городе хватает своих чудес.
— Тогда почему ты упорно отказываешься открыть в нем практику?
— Но это же не столица. Высокородные тут не живут.
Ого! А дракоша-то у нас сноб-с. Ничего! И это лечится.
В таверне с говорящим названием “Драконий жор” порции тоже были драконьи, но меня это ни капли не смущало, потому что процентов на семьдесят они состояли из мяса. Подавали блюда с милейшими улыбками, никто не указывал, что правильному дракону не подобает есть добытое другими. Кроме того, никто не знал, что я глава рода. Есть прелесть в инкогнито. И пьется в этом статусе тоже неплохо.
Обстановка в деревянном тереме отличалась от привычного славянского колорита. Стены, все сплошь изрезанные руническими знаками, чередующимися с изображениями животных, делали зал таверны похожим на жилье колдуна или шамана. Впрочем, он все равно был очень уютным. В очаге весело потрескивали дрова, на столах лежали столах зеленые, точно первая трава, скатерти, а с деревянных балок свисало множество кожаных шнурков с каменными подвесками.
Однако чем дольше я наслаждалась интерьером и завтраком, тем мрачнее становился Ловуд. Наконец, когда кусок начал вставать поперек горла, не выдержала:
— Прекращай смотреть так, словно тебя объявили неудачником года.
— Я не могу обеспечить мясом женщин, проживающих со мной под одной крышей, — убито произнес дракон.
Сила рода, помоги! Кажется, наша проблема намного шире привычного "нечего с утра пожевать". Но прежде чем пытаться что-то решать, надо в чем-то до конца разобраться.
— Ловуд, а почему никто не возмущается из-за того, что мы едим мясо в таверне? Мы же не участвовали в его добыче.
— Зато мы оказали честь и доверие владельцу заведения, отведав плоды его трудов.
— Ага. Получается, готовое блюдо, приобретенное у повара, это уже “колбаса”. — Ловуд от такой аналогии подзавис, я же немного подумала и спросила: — А как у вас обстоит дело с доставкой еды? Курьеры по домам... кхм... летают?
“Дракон-еда” с вами всегда!
— Заказывать готовую еду? А зачем, если можно нанять личного повара?
— Хотя бы затем, что повару нужно из чего-то готовить, а у нас мяса дома нет. Эй! Погоди нос вешать! Я тебя ни в чем не упрекаю!
— Зато я упрекаю себя сам! — вновь влез на любимого конька Ловуд.
Такой дракон очешуенный, а самооценка как у ящерки. Придется повысить. Знать бы еще чем.
— А как так вышло, что ты не научился охотиться? — поспешно уточнила я, чтобы сменить тему. — Много читал и занимался?
— Вроде того. — Лицо дракона сделалось хмурым, но по крайней мере с него сошло выражение “никто меня не любит, никто не уважает, пойду-ка на болото и с горя утоплюсь...”
Ловуду и в самом деле пришлось много заниматься — в отличие от других потомственных ювелиров, ему не отзывался камень. Умением слышать камни обладали все в семье, одного его боги этим талантом обделили, вот Ловуд и решил, что ему стоит избрать профессией то, что лучше всего получается, и подался в юриспруденцию. Серьезный поступок для мужчины его темперамента, однако я ухватилась за то, что проскользнуло между строк.
Получается, твоя сестра Ниара умеет слышать камни?
— Да. Ниара слышит их голоса. — Лицо дракона заметно посветлело. — И однажды передаст способность своим детям.
— Эм... А сама Ниара попробовать себя в качестве ювелира не желает?
— Она же женщина! — Изумление в голосе дракона было настолько искренним, что я даже не разозлилась. Просто сделала мысленную заметку переговорить с Ниарой.
Ловуд наивно полагал, что, позавтракав, я вернусь в особняк. Поэтому заметно занервничал, когда я объявила, что желаю заглянуть в офисы родовых шахт, чтобы познакомиться с управляющими.
— Не бойся. Не съедят же они меня, — усмехнулась я, однако дракон шутку не оценил и задумчиво уставился в меню. Не иначе как собирался предложить мне еще подкрепиться.
Идея была в корне коварная: кормили в “Драконьем жоре” вкусно, а состояние обожравшегося колобка не самое продуктивное для ведения деловых переговоров. Хотела заявить об этом прямо, как вдруг откуда-то сверху раздался крик.
Я вскочила на ноги да так и замерла. Зато присутствующие в зале подавальщица и хозяин таверны бросились вверх по лестнице.
— Нет, ара Сандерс. Там личные комнаты членов семьи. Войти в чужое гнездо без приглашения — нанести обиду хозяину.
— А если пожар? — уточнила я, страх вылился в сильнейший приступ раздражения. — Спасателю тоже нужно будет сперва получить разрешение?
Ловуд втянул в себя воздух:
— Пожара нет.
Крик повторился, на этот раз тише, следом послышался громкий топот и на лестнице показался владелец таверны, несущий на руках юношу. За ним спускалась драконица.
— У очага клади. Там пламя жарче. Вот как же он так-то? Дурень нетерпеливый! Да сжалятся над ним первородные!
Немногочисленные посетители трактира уставились в тарелки, я же не смогла отвести взгляд от мальчишки, чьи руки до локтей были покрыты синей чешуей, а на пальцах поблескивали когти.
— Что с ним? Он оборачивается? — шепнула Ловуду я.
— Попытался. Идиот! — Дракон поднялся на ноги. — Нам пора уходить.
Елизавета? Не ара Сандерс? Впервые Ловуд обратился ко мне по имени. Подозрительно!
Находящегося без сознания юношу положили на пол. Женщина, видимо его мать, рухнула на колени рядом и сжала покрытые чешуей руки сына.
— Таррин, ты должен послать вестника в старший род. Суратар не откажет... — горестно прошептала она.
— Ты знаешь цену помощи высокородных, — буквально выплюнул трактирщик. — Нам она не по карману.
Я вопросительно посмотрела на Ловуда, и он еле слышно напомнил:
— Для спасения Ниары потребовалось десять волшебных камней. Десять камней, чтобы просто помочь ей снова обернуться. Но этот мальчик теряет своего дракона. Это только у диких вторая ипостась расправляет крылья после десяти лет. У вольных крылья имеют единицы, и то если боги будут милостивы. Этому недолетке уже не суждено подняться в небо. Он погубил своего дракона.