Мета

— В какой стороне дорога?
— В той, — указала она направление.
Я двинулся вперед через лес, Анна засеменила следом, очень стараясь не отставать. Вскоре мы вышли на то, что когда-то давно было вполне приличной дорогой. Сейчас же литое каменистое полотно, которое местные называли «асфальт», предстало в не самом лучшем свете: многочисленные рытвины, проломы, вымытый грунт и поваленные деревья. Изредка я видел в зарослях мелкую живность по типу бронеежей. Сверху пролетел шипокрыл, но мы его не заинтересовали.
Один раз я помог девушке забраться на крутой склон, подав руку. Спутница плохо видела в темноте, не обладала выносливостью или запасом эфира, но при этом упрямо тащила кастрюлю со съестными припасами. Как будто это последняя еда, которую мы сможем добыть.
— Спасибо, — вежливо откликнулась она.
Я не выпустил руку и приблизил ладонь к своему лицу, внимательно рассматривая. Кисть казалась худосочной и тонкой — детской, но при этом в ней чувствовалась сила. Рука крепкая и жилистая, принадлежащая явно не представительнице богемной элиты. Многочисленные мозоли на пальцах и ладонях говорили о том, что человек знаком с грубым трудом не понаслышке.
— Рука серва… — оценил я.
Анна вытащила свою ладонь из хватки:
— Вы часто говорите это слово, тан. Но что оно означает?
— Хм. Представителя низшего рода, обслугу.
— Наверное, из нашего языка подойдет слово плебей. Или плебс, если пренебрежительно во множественном числе, — пояснила «учительница».
— Плебс? Я запомню.
Спустя час мы вышли к разрушенному мосту через не слишком широкую речку.
— Река Корса, — пояснила Анна.
— А Усть-Корса тогда…
— Да, город находится в устье реки, — кивнула девушка. — Там Корса разливается вширь, собирая воду с притоков и впадает в Балтику.
— Выходит, до Усть-Корсы можно доплыть по реке?
— Ну, ниже по течению стоит несколько плотин — гидроэлектростанции вырабатывали энергию городу. Хотя, ходили слухи, что они уже не функционируют. Помимо этого, в реке живет много страшных монстров, по сравнению с которыми лесные — это сущие котята.
— Понятно. Как ты перебралась на тот берег?
— Нужно идти в обход через лес. На старой дороге сохранился древний мост. Говорят, ему уже лет двести…
Мы свернули на тропинку и двинулись вдоль реки. В темных водах с помощью эфирного зрения я действительно замечал массивных обитателей. Ничего, с чем бы я не справился, но отбиваться от них на лодке может быть неудобно. Тут нужен грамотный водник или знаток местных гадов, умеющий их отваживать без борьбы.
Завидев впереди на тропе огромный силуэт, я остановился. Анна, старающаяся не отставать, ткнулась мне в спину со своей кастрюлей.
— А это еще кто такой?
— Ч-ч-что вы т-там в-в-видите?! — заикаясь, пробормотала девушка.
— Огромное водянистое существо, двигается медленно.
— Уф, все в порядке. Это королитка, они питаются растительностью. Мы собираем с них навоз, которым удобряем грядки. Такая огромная улитка размером со слона, питается травой и листьями, поэтому напоминает корову. Королитка. На зиму, как и многие, впадает в спячку. Весной стоит внимательно смотреть под ноги, потому что голодная королитка крайне злобная.
Мне перечисленные наименования местной живности ничего не говорили. Надо бы найти какую-нибудь энциклопедию или учебник. Анна говорила, что в городе остались книги.
— Не выглядит сильной, — задумался я. — Как это существо защищается от хищников?
— Никак. Королитка просто ядовитая. Один небольшой кусок на обед, и ты труп.
— Удобно.
Мы подождали, пока громадное животное уползет с тропы, и продолжили путь. Все листья и трава в месте прохода королитки были съедены подчистую. Затем мы вышли на заросшую лесную дорогу и переправились по частично обвалившемуся старому каменному мосту. Точно также по тропинке вдоль реки мы добрались обратно до главной асфальтовой дороги, но уже по другой берег.
— Вы ни разу не оступились, — буркнула сзади Анна. — Эх, хотела бы я себе такое же острое зрение…
— Его можно натренировать, — откликнулся я.
— Правда?
— Правда. Всего лишь каждый день в течение недели смотреть на солнце не моргая.
— Хм-м, но так ведь глаза можно испортить! — возразила девчонка. — Тан, вы надо мной издеваетесь?
— Немного.
— Блин! Тан, не надо так делать… Я ведь верю вам…
— С твоей доверчивостью должно быть непросто выжить в этом жестоком мире.
— Я не доверяюсь каждому встречному… — пробормотала она негромко.
Передвигались мы небыстро. Единственный спутник планеты под названием Луна спрятался за тучами, поэтому на земле наступила настоящая темень. Анна не могла поспевать за мной, постоянно запинаясь, поэтому я шел не спеша. Мне было любопытно рассмотреть особенности моего нового мира, в котором довелось оказаться. Суровые высокие хвойные деревья стояли по сторонам словно надменные всадники, встречающие вернувшихся из похода соратников. Лиственные деревья гнулись к центру дороги в поисках незанятого места под солнцем, а также упрямо прорастали сквозь рваные раны в асфальтовом полотне.
Анна начала сдавать, что и не удивительно. Брать у спутницы кастрюлю с припасами, дабы облегчить ей путь, я не стал, поскольку в незнакомой местности руки чародея или воина должны быть свободными. К счастью на горизонте уже показались большие бетонные коробки. По заверению девушки никто целиком город не контролировал — на это у местных не было сил. Лишь небольшая зона непосредственно вокруг лагеря охранялась и просматривалась.
Поэтому мы проникли в черту города без всяких проблем. Улицы были усеяны мусором, остатками искореженных или сгоревших остовов автомобилей — местных самобеглых повозок, работающих на горючем топливе, битыми стеклами и выломанными дверьми, упавшими стенами развалившихся строений, окосевшими столбами, разросшимся упрямым кустарником, слоем упавшей листвы. Местами прямо посреди проезжей части торчали высокие деревья. Казалось бы, всего семнадцать лет прошло, а такое ощущение, что несколько веков. Дорожное покрытие еще виднелось кое-где, но листья, пыль и грязь уже сформировали начальный слой почвы.
В основном встречались дома в пять или девять этажей стандартизированной формы. Кое-где высотные строения перемежались парками, малоэтажными жилыми постройками или торговыми комплексами, школами и прочими сервисами относительно развитой цивилизации, которая здесь когда-то была. Земля явно знавала лучшие дни.
— Как я понимаю, нас с тобой с распростертыми объятиями не примут в поселении.
— Это точно, — невесело заметила Анна.
— Тогда предлагаю где-нибудь основаться для начала.