Восход памяти
– Погоди, Галя! Я по делу звоню.
– Да-да, слушаю. – Галина вернулась к разговору.
– Помнишь, я как-то спрашивала у тебя контакт кого-то из твоих знакомых эзотериков, кто бы помог мне с моей проблемой?
Динамик донес долгое «Ага…».
– И ты дала мне адрес бабки. Сейчас у меня похожая просьба – мне нужен медиум. Только не шарлатан, а проверенный, кто действительно в теме. Как та бабка…
На другом конце повисла тишина.
– Алло, Галя, ты здесь?
– Да здесь я, здесь… Просто ступор у меня… Какая же Изабелла Родионовна бабка? Ей нет и сорока! Ну ты, мать, даешь! – недоумевала Галина.
– Постой, не гони!
Ум Марианны спешно проводил инвентаризацию всех воспоминаний о лесной старухе, о том, как она к ней попала. Марианна буквально чувствовала ее старческий запах, перед глазами встали ее иссохшие руки, противная бородавка на лице, косой глаз. Эти воспоминания никак не соотносились с тем, что говорила Галя.
– Ты написала мне на листке, помнишь? Нет, не так… Мы сидели в кафе на Пушкинской. Ты назвала мне адрес бабки (имя ты ее не помнила, просто просила передать, что я пришла от тебя), я забила его в телефон: «МО, станция Салтыковка» и т. д. Только я еле нашла ее дом – это оказалась изба в дремучем лесу, я заблудилась, снег по колено… – сбивчиво тараторила девушка.
– Какой лес?! Она в центре живет! – возмутилась Галина. – Все верно: мы сидели в кафе, еще официантка подошла с нелепой красной ленточкой на шее, ты уставилась на нее как завороженная, а потом спросила про гадалку, я назвала тебе телефон и адрес, но не бабки из леса, а Изабеллы Родионовны – гадалки!
– Впервые это имя слышу, – отозвалась Марианна упавшим голосом. – Помню только красную ленту, а потом… как заношу в телефон адрес…
Собеседницы с минуту молчали.
– Знаешь что, – Галина нарушила тишину, – это все последствия той аварии. Прости, конечно, но я так думаю. Тебе бы психиатру или хотя бы психологу какому показаться!
– Да хожу я уже, есть у меня психотерапевт…
– Вот и славно!
– А медиум-то у тебя на примете есть?
Из динамика послышался долгий унылый вздох.
– Как тебе сказать… Стопроцентный только один.
– Дашь телефон?
– Нет у него телефона. Да и я его лично не знаю. Но о нем все говорят. Он что-то вроде легенды – сама знаешь в каких кругах.
– Так как с этой легендой связаться?
– Боюсь, никак. В психушке он лежит уже давно. Дальше имеет смысл рассказывать?
– Есть. Я вся внимание, – ответила Марианна после минутной паузы.
* * *
Не прошло и года после аварии, но Марианна уже успела приспособиться к совершенно новым реалиям жизни и совсем иначе воспринимала ее. Как ни парадоксально, но ее ограниченные физические возможности, ежедневное преодоление преград, в которые выливалось чуть ли не каждое заурядное действие, от утреннего подъема с кровати, приготовления пищи до похода в ближайший продуктовый магазин, нескончаемая борьба за выживание не оставляли ни времени, ни сил для сожаления о прошлом и жалости к себе. Она намеренно отказалась от сиделки и каких бы то ни было помощников, решив, что свои испытания должна пройти сама.
Столь радикальный жесткий подход не замедлил принести результаты. Марианна натренированными до автоматизма руками научилась быстро и самостоятельно справляться со всей работой по дому, уверенно управляла коляской, охотно выезжала по магазинам и на прогулки. Когда она научилась преодолению, ей пришло в голову обучать этому других людей. Еще ничто в жизни не давалось ей так легко и хорошо – это были онлайн-тренинги, своего рода психологическая помощь в преодолении сложных жизненных ситуаций, где она искренне, опираясь на личный опыт, советовала, воодушевляла, вдохновляла или просто утешала в этом странном городе, где кишмя кишат толпы людей в целом и царствует одиночество в частности. Со временем, когда Марианна уверенно освоилась в поездках по городу, часть тренингов перевелись в офлайн. Так она стала индивидуальным предпринимателем, тренером личностного роста, как говорилось в ее визитке.
Никому и в голову не могло прийти, что магия плотно окутывала каждый миг ее жизни, что она продолжала летать, осознавая сны, и следить за мальчиком – Акимом, хранителем ее обновленной души, но следить аккуратно, не вмешиваясь до поры… Она специально записалась к тому же психотерапевту, которого он посещал, хотя сама не ощущала потребности в психологической помощи. Помимо этого Марианна не оставляла надежду повидаться с медиумом, запертом в психлечебнице, а у психотерапевта Эдуарда Александровича имелись определенные связи, которые тот мог использовать, если бы вдруг захотел помочь несчастной женщине-инвалиду навестить дальнего, но не менее несчастного душевнобольного родственника.
– Подойдете к заведующему отделением, Мансурову Тимуру Сардоковичу, скажете, что от меня, а дальше уж сами, – сказал Эдуард Александрович.
Ранней осенью, когда солнце уже перестало согревать землю, но та еще хранила летнее тепло, такси-микроавтобус, оборудованный пандусом, увозил Марианну из города, минуя пыльные эстакады, туда, где всё – и шелест хрупкой листвы, и тусклый веер едва пробивающихся сквозь туманную рассветную пелену лучей – шептало об ускользающем лете. Машина свернула на грунтовую дорогу, ведущую под уклон вдоль берега затянутого тиной озерца, петляя между рытвинами и подпрыгивая на ухабах. Марианна крепче сжимала дамскую сумочку, в боковом отделении которой в такт дорожной качке то и дело тренькало маленькое ведьмино зеркальце.
Микроавтобус, миновав неудобный участок, вскоре остановился у зеленых металлических ворот с табличкой «Въезд автотранспорта на территорию лечебницы запрещен (кроме служебного)». Из будки у ворот навстречу выдвинулся охранник, весь в черном, и такая же черная резиновая дубинка покачивалась на поясе. Тяжеловесная походка и недобрый взгляд – первое, что бросилось в глаза Марианне.
– Уверены, что вам сюда? – спросил водитель Марианну, бросив взгляд через плечо, одновременно опуская боковое стекло.
– Разворачивай! Въезд только для персонала! – не разбираясь, выпалил охранник.
– Я к Тимуру Сардоковичу от Эдуарда Александровича, – мягко, но уверенно сообщил женский голос с заднего сиденья машины.
Охранник с любопытством оглядел салон.
– Ничего не знаю, проверю сейчас, – буркнул он.
Охранник, вернувшись к воротам, достал рацию. Спустя минуту-другую его круглая физиономия вновь появилась у окна автомобиля.
– Ваше имя? – спросил он.
– Сергей, – машинально ответил водитель.
– Марианна. – Девушка поспешила назваться, с очевидностью понимая, что обращаются именно к ней. – Иванова Марианна.
Охранник, скользнув раздраженным взглядом по незадачливому водителю, пробурчал: