По ту сторону сказки. Каждый выбирает для себя

– А он может у нас расти? – удивилась Катерина.
– Конечно. Может, и ещё как! Раньше-то часто его к вам заносило. Сейчас его почти не осталось в вашем мире. И хорошо. Очень уж это штука опасная. Ему надо ни много ни мало, полностью подчинить себе человека, забрать его. Он прорастает в человеческом сердце. Дает в награду то, что человек хочет, но взамен забирает способность любить, жалеть, сочувствовать, помогать. Хочешь денег – пожалуйста, хоть завались, но трать только и исключительно на себя. Никому ни гроша, ни крошки хлеба нельзя дать! Если человек нарушает это условие, то он погибает. Утаскивает его цветок под землю и продолжает жить, питаясь его сердцем.
– А если не нарушает? – Катерина вдруг вспомнила что-то такое, от чего замаршировали по спине мурашки. Была такая сказка. Она её в когда-то даже боялась.
– Это гораздо хуже. Поверь мне. – Баюн грустно опустил глаза. – Чего стоит человек, который сердце своё отдал за золото и за развлечения? А в том сердце даже капли жалости не нашлось, любви, сочувствия? Заметь, ни к кому не нашлось, к маме, к отцу, к жене, к детям! Совсем ни кому! Короче, сказка очень опасная. И местность страшноватая в тех лесах, где папоротник растёт. Да и вообще…
– Баюш, так может и не надо её будить? – Катерина поёжилась. – Может и пусть спит? Правда, там же люди, наверное живут? И спят в том княжестве? Да?
– Да, Катенька. Я вот и сам не хочу, чтобы ты там ходила. Но очень уж рядом с тем лесом народа много… Да и не каждый раз цветок находит себе человека. Показаться может, предложить может, а решение всегда за тем, кто его искал.
– Ну, тогда, наверное, надо идти. А зачем ты меня про желания спрашивал? Боялся, что я денег захочу у цветка попросить?
– Нууу, надо же было тебя морально подготовить… – заюлил Баюн.
– Да ну тебя. Морально он готовил… Я вот только про мальчишек не знаю. Их, наверное, брать не надо?
– Катенька, так опасно без них! Да и с ними, получается тоже… Ой, прямо и не разобрать. – вздохнул Кот.
Вздыхать ему пришлось гораздо больше, когда вернулся Волк. Прилетел он от стаи в великолепном настроении! Которое моментально испортилось до яростного рыка!
– Ты что? Сдурел? Куда ты их отправить хочешь??? – Волк навис над круглой серой головой и вопил и рычал, пока сама Катерина твердо не заявила, что она летит в княжество отца Милорада, князя Алипия.
– Волчок, ну что ты в самом-то деле? Неужели ты думаешь, что мне золото надо?
– Тебе нет, а этим? – Волк мрачно кивнул на Кира и Степана.
Оба тут же обиделись и надулись.
– Чего вы тут обиженных изображаете? – рявкнул Волк. – Цветок спрашивать так будет, что и отказаться человеку сложно, особенно мужчине. А взрослому или юному, это уж без разницы. И это такая зараза, что если в сердце поселится, то ничем уже не вывести. И из Лукоморья с вами выедет, погубит!
Мальчишки серьезно оскорбившись на два голоса завопили, что ничего им от этого сорняка не надо, и за кого их Волк принимает!!!
А Кот шепнул Катерине, что если им придётся с цветком общаться, то лучше мальчишкам и вовсе поспать. Ну, шли, шли, устали… Хлобысь и уснули.
Катерина покивала головой, на том и порешили.
Лететь к князю Алипию пришлось хитрым маршрутом.
– Катенька, Борислав ни за что не поймёт, если ты мимо проедешь, то есть пролетишь! А уж что с Ратко будет!!! – Баюн завёл глаза к небу, и озабоченно осмотрел пролетающее мимо облако, не собирается оно ли намочить шкурку дождём?
– А там уже народа набилось! – тихо ухмыльнулся Степан. – Леон-то тоже там!
– А куда ж ему деваться? Там, разумеется. – хмуро ответил Волк. – И Милорад там. Так что к князю Алипию целая делегация поедет. Сын, разумеется, будущие родственники, и небось ещё полдвора княжьего увяжется! – Бурый вообще скопления народа не любил. А особенно не любил, когда они скапливаются около и вокруг Катерины.
– Да, ладно, может ещё и не увяжется! – легкомысленно понадеялась Катерина.
Стоило только въехать в стольный град князя Борислава, как стало понятно, что сборы посольства в соседнее княжество идут нешуточные. Встретил их прямо в городском посаде сам князь Борислав, радостно поприветствовал всех прибывших, и тут же сообщил, что после того как гости дорогие с дороги отдохнут зовёт он их на трапезу, а потом и поговорить о визите к соседу. Обсудить как действовать сказочнице у соседушки! И так князь об этом говорил, что стало понятно, он сам решил руководить как сказочнице надо себя вести!
– Я не поняла… Он что, решил, что я еду в качестве его особой милости и расположения к будущему родичу? – спросила очень удивленная Катерина, когда князь проводил их до гостевого терема и ушел.
– Да, это он что-то как-то не понял… – протянул Баюн. – Ты не его личная собственность, и даже не его сына собственность! И то, что мы к нему заехали, ничего такого тоже не означает! А то вишь, распоряжаться он собирается…
Катерина пригорюнилась. Князь Борислав выглядел весьма самоуверенно. Ратко был около отца, когда они встретились, и хотя и рвался присоединиться к прибывшим, но повиновался родителю и послушно отправился выполнять какое-то срочное поручение. – Баюш, как бы нам объяснить-то? А? Хорошо бы не обиделись ещё!
– Не знаю пока… Будем смотреть по обстоятельствам! – озадачился Баюн. Нет, он конечно о таком задумывался и даже впрямую князю перед заключением сговора объяснил, что сказочница ему подчиняться никак не будет, да вот только слишком много всего за последнее время случилось, да много хорошего о сказочнице говорили со всех сторон, как тут князю не попытаться поруководить, а ну вдруг получится?
Вокруг гостевого терема металась толпа слуг с различными поручениями, бегали рынды       и скороходы, глашатаи и девушки-чернавки. Сборы, подготовка к трапезе, приём гостей, всё требовало присмотра и приложения рук.
Катерину на трапезу одевала Жаруся. – Девочка, я смотрю, они тут к тебе что-то попривыкли слишком и расслабились, а давай-ка мы их немного удивим! Ишь ты! Решил он что командовать тобой будет! – Жаруся немного подумала, а потом изобрела совершенно новый наряд.
Ратко отправился за гостями чтобы проводить их на трапезу к отцу. Он был так рад увидеть Катерину, хотя пока и не вышло поговорить. Но ведь поедут-то вместе, да и отец сказал, что у князя Алипия он сможет со сговоренной невестой пообщаться побольше, а то куда это годиться? Мотается девица по всему Лукоморью! Куда едет им неизвестно, зачем, они не ведают, а она же сговорена ему, Ратко! Он, правда, посомневался, что Катерине эти правила будут понятны, особенно, если припомнить её вольнолюбивое поведение в последний приезд, но ведь в чужой монастырь со своим уставом не ходят! На эту тему они с отцом много говорили! Отец ему прямо сказал, что девице слишком много воли давать нельзя! Вредно! Ничего, что обидится, пусть привыкает! Вошел Ратко не ожидая никакого подвоха, а увидел девушку у окна и замер. Темно-зелёный шёлк сарафана, ожерелье, и зарукавья расшиты изумрудами и тусклым старым золотом. Летник золотой парчи. На голове коруна из золота с изумрудами. Коса ниже колен перевита золотыми и зелёными лентами. Ратко аж глаза прикрыл. Катерина никогда не старалась поразить богатыми нарядами. Да, всегда красиво, но сдержанно, чтобы Злату не затмевать. А тут… И вид у неё такой… Он аж заробел немного. Хотел руку предложить, да она с братцем названным уже идёт. Так он и пошёл следом как привязанный.