По ту сторону сказки. Ветры, кони и дороги

У мамы голова немного пошла кругом. Она попросила уточнить про городового, птиц и синоптиков, а потом вдруг рассмеялась. – Да, вот чего я не ожидала так это ветра! Я опасалась, что это родственник Горыныча, но меня смутил образ обезьяны с гранатой! Я думала, что меня уже ничем не удивить! Не расстраивайся так! Мы постараемся как-нибудь справиться с ним. Мы же вместе! – мама поймала Катерину, которая кинулась ей на шею, вытерла слёзы, и разные другие следы расстройства с её лица, и принялась расспрашивать поподробнее. – Да, выхода у тебя не было. Папа как говорит? Лучше сделать и жалеть о том, что сделал, чем не сделать и потом всю жизнь жалеть об этом. А ты бы точно жалела запертого в тесной шкатулке на столетия Ветерка!      А как его зовут?
– Ой, кажется, просто Ветерок, – растерялась Катерина.
– Ну, это неудобно. Наверное, какое-то имя у него есть. А если нет, предложи ему выбрать. Имя- это важно. Сразу надо обдумать правила безопасности. Давай мы с тобой подумаем, запишем, и ты ему прикажешь. Чётко и категорично. Никого не крутить, с ума не сводить, и самому пальцы в розетки не совать! – мама совершенно по-хулигански хихикнула. – А пока давай приведи его сюда, и мы его озадачим именем! А потом ты пойдёшь спать. Ночь глубокая!
Ветерок маялся. Хозяйка оказалась не глупая и пресекла все возможности смыться. И вот она наконец его позвала. Он прилетел быстро, как приказала хозяйка, зашёл как бы ногами и был представлен маме хозяйки. Хозяйка приказала свою маму, слушаться так же как и её. Вот ещё! Он задрал было нос, но приказ есть приказ! А дальше его ошарашили.
– А как тебя зовут? – спросила эта самая мама хозяйки.
– Куда зовут? – удивился он.
– Имя у тебя какое-нибудь есть? – объяснила хозяйка.
– Ннну, Ветерок, – растерялся он.
– Так ведь любой ветер можно назвать ветерком. Но, ты же не любой! – улыбнулась ему Катина мама. – Может быть, тебе хотелось бы иметь какое-то имя?
– То есть как у остальных? – не поверил Ветерок.
– Да. Конечно!
– У меня будет моё имя? Моё собственное имя? – он неловко оторвался от пола и завис над ним.
– Да, конечно!
Он задумался. Когда-то давно, он жил маленьким, совсем маленьким ветерком-сквознячком у реки. Там часто играли ребятишки из небольшой деревушки, которая была поблизости. Ему очень нравился кудрявый озорной мальчишка. Ярик его звали. Маленький ветерок всегда путался под ногами у этого мальчишки, полоскал его рубашку, Ярослав, Яр. Тогда Ветерок очень хотел стать таким же мальчиком. Но, потом его поймали взрослые ветры-охотники, посланные старой Ягой, и он давно не видел мальчика Ярика.
– Мне нравится имя Ярик, – он покосился на хозяйку.
– Хорошо, значит, я буду тебя так звать, – Катерина удивилась, но вида не подала.
Когда у ветра вдруг появляется имя, он же уже не просто сгусток воздуха, он уже личность! Вряд ли Ярик думал именно этими словами, но какое-то изменение в себе он ощутил. Спать он не хотел, ветры вообще не спят, они могут устать, но сон не понимают. Ему надо было как-то привыкнуть к тому, что он не просто Ветерок, а Ярик! Он без возражений принял известие о том, что сейчас летит на крыльцо терема, раз уж спать он не хочет и оттуда никуда не девается, пожалуйста! И крыльцо не уносит!
Катерина утром с опаской выглянула в окно. Терем стоял на месте! Вместе с крыльцом! Спустилась на цыпочках. Очень осторожно уточнила у мамы, всё ли в порядке.
– Да, всё тихо, катаклизмов и разрушений пока нет, – бодро отрапортовала мама.
– Я туда прямо идти боюсь! – пожаловалась Катерина.
– Это ты зря! Будешь бояться, он ни уважать, ни слушаться толком не будет. Вон, сколько тебе вчера пришлось ухищрений придумывать, чтобы он на крыльце остался, а надо, что бы он сам хотел тебя не расстроить, а не ты ему все ходы и выходы перекрывала разными запретами, – подбодрила Катерину мама.
– Как бы ещё это сделать? – жалобно протянула та и поплелась в терем. Правда, как только её с крыльца можно было увидеть, заставила себя шагать спокойно и уверенно. – Ага, иду такая деловитаяяяя. Самой смешно!
Ярик сидел на перилах крыльца и разглядывал облака. Увидев Катерину явно обрадовался. Привстал было с перил и сел обратно. – Мне можно отсюда сойти?
– Доброе утро, Ярик. Можно.
– Доброе … Это ты мне?
– Ну да, конечно. Так принято, желать тем, кто тебе приятен доброго утра.
– Доброе утро, хозяйка, – Ярик прислушался… Да, звучит неплохо. Он оторвался от перил и легко взлетел на уровне лица Катерины. – Я могу полетать?
– Ярик, погоди немного. Я прошу тебя кое-что выслушать. Тут вокруг живут люди. Нам не надо, чтобы они знали, что я сказочница и тут живут сказочные герои. Поэтому, веди себя как обычный ветерок. Не показывайся, не разговаривай и не хулигань, пожалуйста! Я могу тебе запретить много чего, а ты будешь искать лазейки в моих запретах, а я потом буду перекрывать найденные тобой лазейки, чтобы ты нашел новые. Только мне кажется, что это будет не очень хорошо и для меня и для тебя. Давай так. Пока ты просто полетаешь по окрестностям, и вернёшься через два часа. Договорились?
Ярик удивился. С ним так никто никогда не говорил. Не ругают, не проклинают, не кричат! Странно. – А через два часа, это сколько?
– Я тебе покажу, – на крыльце появился Волк. И махнул мордой на небо. – Солнце до зенита чуть не доходит. Вот так. Понял? И, да, доброе утро!
Ярик ошалело глянул на Волка, пробормотал что-то и взвился, растаяв на глазах.
– Катюша, ты молодец! Он всю ночь, как от вас возвратился, как привязанный на крыльце провёл. Я уж думал ты его как-то тут закрепила, – хмыкнул Бурый.
– Нет, просто велела. Правда, не с первого раза вышло.
– Да я уж видел, как тут змейка ползала. Ожидал в следующий раз лягушку увидеть. Прыгать ты ему вроде не запрещала…
– Не смейся, это тяжелее, чем я думала.
– А как мама восприняла? – на крыльцо выглянул Баюн и поманил лапой Катерину. – Пойдём, радость моя, пойдём, а то прохладно тут.
– Мама утверждает, что после Горыныча и избы на куриных ногах с Ягой, это она уже переживёт гораздо спокойнее. Бабушку как раз вводит в курс дела. Дедушку решили позднее обрадовать.
– Разумно, разумно. Мужчины менее стрессоустойчивы, – похвалил их продуманную политику Баюн. – А, конница мчится. Гляди ж ты, сообразили всё равно на дачу приехать! – Кот насмешливо смотрел на бегущих по дорожке к терему мальчишек. Катерина вышла на крыльцо их встретить, и Степан, примчавшийся первым, хлопнул её по плечу, а через какую-то долю секунды уже летел вниз головой с крыльца. И если бы не боевая подготовка, преподанная Волком, мог бы запросто сломать себе шею. Катерина ахнула, но сообразила и крикнула:
– Ярик, стой! Это не враги! – и весьма вовремя! Кир тоже начал неудержимо отрываться от досок крыльца. Он завис над ступенями, судорожно вцепившись в перила. – Яр, опусти его, пожалуйста. Это мой друг, Кир. И подними Степана. Он тоже мой друг. И покажись.