Равновесие невест

Видимо лицо вытянулось уж больно заметно, так как он закряхтел, надуваясь как индюк, но не успел ничего добавить — одна из массивных входных дверей открылась и появилась весьма милая молодая веснушчатая девушка с копной рыжих до ржавчины волосы и пронзительно-зелёными глазами. В тёмно-синей форме абитуриента она казалась совсем маленькой, как лисичка, ещё не успевшая сменить зимнюю шубку на летний наряд.
— О, профессор дэр Сьентр! Рада, что успела вас застать! Мне было велено передать, что вы свободны и можете вернуться к своим делам. Компанию нашей благородной гостье составлю я, — и она улыбнулась, продемонстрировав белоснежные зубы с необычайно вытянутыми клыками, что ещё больше сделало её похожей на лису.
— Но… — заквохтал старик, однако ещё одна дружелюбная улыбка девушки и выразительный взгляд в мою сторону, вынудили его умолкнуть и, поклонившись мне, с достоинством откланяться.
— Фув, — выдохнула она, вытирая со лба воображаемый пот. — Я так и подумала, что ректор его выберет, такой зануда способен часами говорить ни о чём неразборчивым голосом, вгоняя всех в бесконечную тоску. Круто, что я от него избавилась, а? — и она подмигнула, а после протянула руку: — дэра Амалия Бай, абитуриентка!
— Кэрра Селеста Вин… Каргат, приятно познакомиться, — пожимаю горячую ладонь, слегка запнувшись на фамилии. Я не скоро привыкну к тому, что больше не зелёная драконица. Стоявший поодаль телохранитель проигнорировал приветствие и вообще делал вид, что он тут просто как столб. Вообще не отсвечивал.
— Ну что, пойдём? Покажу тебе наши хоромы, у нас тут крутой музей есть, а экскурсий не устраиваем, когда ещё увидишь такое? — запанибратски заговорила она, ловко подхватывая под локоток и уводя с солнца в прохладную темень обители магических знаний. — Зови меня Маля, не люблю весь этот официоз…
— Тогда для тебя я — Сэл.
Внутри свернули направо, прошли насквозь длинный коридор, обшитый дубовыми панелями, мимо студентов и преподавателей, мимо портретов с бывшими профессорами и достойными магистрами магии, и везде нас сопровождал любопытный шёпот и взгляды в мою сторону. И только следующий за нами Владис, злобно зыркающий по сторонам, отпугивал любопытствующих.
— Наверное, здорово колдовать. Я всегда хотела уметь делать что-то такое… запускать маленькие звёздочки в небо, менять цвет глаз по желанию, научиться дышать под водой, — заговорила негромко, мечтательно глядя вперёд.
— Знаешь, сколько этому нужно учиться? Да ещё и не каждый способен к магии. Да ещё и помереть можно в процессе обучения, если случайно сделаешь что-то не так! Магия опасна. Непредсказуема. А вот ты можешь превращаться в настоящего дракона! Это же офигеть как круто! — Маля оказалась весьма свойской девицей с пацанскими замашками. Она вообще не парилась о том, кто я есть и явно по жизни ко всем относилась так. Это было необычайно приятно после всех тех девушек, с которыми общалась последнюю неделю. Даже Паули и та была повёрнута на этикете, что уж говорить об остальных.
— Ты представилась как Бай, я правильно понимаю, что твой отец — ректор?
— Ага. Вот я везучая, а? У меня тот ещё папаша… — смешливо фыркнула Маля, с лукавой печалью поглядывая в мою сторону.
Мы прошли мимо ворчливой уборщицы с подозрительно зелёными волосами, которая что-то хотела гневно сказать Мале, но заметив за нами внушительную фигуру, осеклась и только проводила прищуренным взглядом. Дорога привела нас к заколдованным дверям, которые открылись, когда магичка сделала открытый пас рукой.
— Сложности с отцом? — спросила, когда Владис замер у входных дверей и не мог услышать вопроса.
— Я случайность. Он же маг, а они всегда сами колдуют себе защиту. А тут сходил в публичный дом развеяться, а через год очаровательная рыжуха заявляется с претензиями на пороге дома! И главное всё чётко: не ошибёшься, чья дочь и чья ошибка. До сих пор припоминает и себе, и мне! — объяснилась она, вводя в полукруглое помещение музея. — Дамочке выплатил отступные, меня оставил. Да как иначе — мне только пара месяцев исполнилась, а я уже предметы левитировала да глаза зеленющие и в темноте светятся. Как тут не признать… Так и росла при вечно занятом папочке. И с детства училась магии, чтобы давать сдачи и не отставать, — она многозначительно выгнула брови. — Уж больно шкодливой была, да папане мои проделки поперёк горла стояли — вот и драл до красноты, пока сама не научилась отпираться. Так и повелось.
— Лихие у тебя отношения с родителем, — выдохнула в ответ, а сама с удивлением оглядываюсь по сторонам.
— Да какие есть. У тебя-то небось родаки попроще, подобрее да светским этикетом замороченные, да? — за детской беспечной бравадой скрывалась обида на отца, но Маля по привычке запихнула её поглубже, скрываясь за ехидными фразочками да едкими словечками.
— Папа умер, когда ещё маленькой была, а мама… хм… не будем о грустном, хорошо? Я тоже невезучая на родителей, так уж получилось.
— Сочувствую. Но ведь сейчас всё к лучшему сложилось? Ты теперь под защитой аж самого короля! Что может быть круче? — воскликнула неунывающая Маля и закружилась вокруг своей оси. Ну и как ей объяснить, что это ни фига не лучше, а наоборот похоже на самую жуткую ошибку в моей жизни?..
Покачав головой, отошла от девушки, решив самостоятельно осмотреть музей. Я останавливалась возле витрин с магическими предметами, разглядывая указующие таблички, удивляясь, когда некоторые начинали говорить как живые, рассказывая, что из себя представляет тот или иной объект.
Позади Амалия что-то вещала звонким голосом, и из-за этого скелет дикого дракола под потолком, внезапно ожил, покрылся чешуёй, и изрыгнул малое иллюзорное пламя, вызвав мой восторженный крик. Этих существ почти не осталось в природе, увидеть его как живого — как увидеть настоящее чудо! Даже Владис был впечатлён, а Маля сделала грациозный реверанс, подмигивая и подходя ко мне, когда я остановилась возле самой пыльной и отдалённой витрины с высоким куполом и раскрытой на развороте книгой. Здесь не было табличек, не было спецэффектов, а сами листы пусты. И только приглядевшись, заметила на бархатной зелёной тряпке под увесистой подложкой небольшую бумажку с одним-единственным словом.
— Морвиус, — подсказала взявшийся как из ниоткуда ректор Томар Бай. — В переводе с языка мертвецов — Сделка со смертью. Или популярное ругательство наших дней.
Его дочь поскучнела. Отец пристально глянул на неё, выражая своё недовольство и она опустила глаза в пол. По кивку головы, девушка сделала небольшой поклон и, помахав рукой, удалилась.
— Что это значит? — поинтересовалась у него.
Мужчина едва заметно улыбнулся, осторожно касаясь пыльного стекла.
— Самая старая магия на земле. Она старее старых богов. Она — сама основа мироздания. Непреложный закон хаоса. Любой может ею воспользоваться, если будет готов заплатить высокую цену.
Я вся обратилась вслух. Видно, как трепетно мужчина смотрит на книгу. Как в его глазах мелькают странные огненные искры почтения. Он почитал то, о чём говорил. Дорожил знаниями об этой магии.