Равновесие невест

Остальные сторонники заговора безуспешно пытались покинуть помещение, но двери не поддавались, а окна оказались заблокированы Чёрной пьеттой. В конце концов, извращённая тьма вынудила их опуститься обратно на стулья и замереть без движения. Обернувшись, вижу движение рук Тьена и его радушную улыбку.
— Им не стоит разбредаться по дворцу — это слишком опасно, — с ложной тревогой в голосе объяснил он. Кто-то привлёк его внимание, я вновь вижу Акроша, который вплотную подошёл к куполу. Мужчина выжидательно наклонил голову и секунд десять они сверлили друг друга взглядами. Наконец, Тьен скрипнул зубами, сдаваясь, и жестом открыл перед дядей выход.
Пока они были заняты, я мелкими шажками добралась до лежащих рядом Ника и Артана. И если король был в сознании, но без сил, то Арт наоборот — еле держался. Расстегнув рубашку, вижу черноту, до самого сердца заполняющую ядом кровеносные сосуды. Вижу, как вздулся живот, слышу прерывистое дыхание с клёкотом, и как прямо из кожи струится липкий дым, обтекающий мои руки с едва слышным шипением.
Я попыталась призвать ариус, но меня жёстко за руку схватил очнувшийся Никлос. Его глаза и голос суровы и беспощадны:
— Не смей. У тебя нет столько сил, сама умрёшь и нас всех погубишь, — сипло говорит он.
— Да, прелестная Селеста, послушай нашего короля. Не стоит этого делать, — раздаётся пародийный голос позади.
Встаю с колен, оборачиваюсь и холодно смотрю на него, сжав руки у живота. Я знаю, что ариуса почти не осталось, что перед глазами бегают чёрные мушки, что за пределами купола сотрясается дворец и почти слышны крики людей, знаю, что книга между нами так и манит, зовёт, предлагая раскрыть её, прочитать страницы, узнать историю рода Каргатского. Знаю, что Тьен, тот самый парень, который так поддерживал меня на балу, который всегда был добр ко мне и сестре, который казался славным малым и вместе с братом был на нашей стороне, оказался предателем и убийцей. И каким-то жутким повелителем Чёрной пьетты, которая буквально ластится к его пальцам, просачиваясь сквозь купол.
— Чего ты хочешь? — глухо повторяю вопрос короля, всласть «налюбовавшись» уродом.
Он делает несколько шагов вперёд к книге. Замирает ненадолго, и всё-таки осторожно трогает обложку, а я решаюсь внимательно изучить её.
Чёрное пятно под белоснежной ладонью. Серебрятся страницы, словно нитки из песка. Поглощает свет и не даёт тени. Чужеродное и в то же время древнее. От неё такое чувство, будто висишь над жерлом вулкана и скоро очередной выброс. Даже голова закружилась от ассоциации.
Я проглотила язык, не смогла даже шёпотом сказать: «Не смей открывать. Нельзя, это погубит нас всех!» Тьен перевернул обложку и ощущение сменилось на тяжесть. Теперь казалось будто находимся под скалами, в глубоких узких пещерах, без воздуха, без движения и жизни. Окончательно пропали звуки за пределами затемнившегося купола. Исчез наружный свет и пространство освещалось только белыми страницами книги Сделок.
Обернувшись, не вижу Артана, и по ощущением он оказался… будто на другом конце земли.
— Арт? — с лёгкой паникой заговорила, озираясь по сторонам.
— Он не часть сделки, Сэл. Но не переживай, если всё пройдёт как надо, выживет, — даже Тьена пробрало и его голос дрожал. Сейчас он щурился, пытаясь хоть что-то увидеть в книге, но чужое было ему недоступно. Это знание пришло резко и точно. И с какой-то странной уверенностью, что я смогу увидеть сделки прошлого.
А страницы зашелестели насквозь ладоней Тьена, пока не отдёрнул руку, замельтешили, побежали быстро-быстро, будто их не десять сантиметров толщиной, а в сто раз больше. И остановились на пустом развороте.
— Род Адегельских, — тихо и почтительно проговорил Тьен, с трепетом проводя пальцами по развороту. — Моя семья ранее не заключала сделок.
— Слишком молоды, — прохрипел, поднимаясь Ник. Кажется, он немного пришёл в себя. Хотя запёкшаяся у рта кровь и полопавшиеся сосуды в глазах, намекали, что дела у короля совсем неважнецкие.
— Это приятно, — почти мягко ответил ему Тьен, — быть первым. Хотя в роду я последний наследник. Любопытно, не так ли?
— Амбиций тебе не занимать, — Ник проходит мимо, лишь мимолётно коснувшись плеча в знак поддержки, и встаёт напротив Тьена. — Так говори, чего ты хочешь. И как намерен это получить.
— О, всё просто! Ты отдаёшь нориус, а вместе с ним и трон, или я убью её, — Тьен указывает пальцем на меня. — Селеста, с тобой ещё проще, либо ты отдаёшь ариус, либо Артан умрёт. Противоядие есть только у меня, так что… — он почти виновато улыбается, а серые глаза расширились, показывая лукавство и пренебрежение.
В этом был настоящий Тьен — лихорадка и жажда внимания, он не мог стоять на месте, всё время то стучал пальцами по странице, то заправлял/расправлял выбившуюся прядь за ухо. То призывал Чёрную пьетту, то отталкивал и она зеркалила его нервозность, путешествуя по замкнутому куполу, который больше не могла покинуть.
— Как видите, книга Сделок сочла мои требования обоснованными, а вас готовыми заключить сделку. Так что давайте не затягивать процесс, мне ещё нужно уничтожить рыбок и явить себя народу.
— Значит не только амбиции, но и мания величия, — логично заключил Ник, оглядываясь на меня. В его глазах мелькнула какая-то непонятная эмоция. Но я не успела отреагировать.
Чёрная пьетта вцепилась в меня, не смотря на собственную боль (ну или что она там способна чувствовать), шипение обострилось, а позже всё закричало такой нескончаемой жалящей агонией, что не сразу дошло — это же мой вопль. Это моя боль! И выворачивает кости, выбивает суставы, снимает кожу, впиваясь тысячами иголок в сердце, разрывая его на кусочки. Я захлёбываюсь криком, раздирая горло, улетая сознанием в бесконечную серость с привкусом меди и железа на губах…
И всё кончается.
Вокруг полным-полно черноты. Слизь разошлась по сторонам жирными пятнами. Сквозь слезящиеся глаза почти ничего не вижу. Но чувствую, как Тьен грубо хватает за волосы, запрокидывая голову и приставляя к шее кинжал.
— Может пьетта и не способна её убить, но старая-добрая сталь вполне! — цедит он, вынуждая встать. — Морвиус тебя подери, Никлос! Я же видел, как ты смотрел на неё! А Кирнан рассказала, чьё имя ты кричал, когда трахал её! Неужели позволишь своей белокрылой подопечной вот так сдохнуть?!
Мои глаза широко распахнулись и я невероятно-чётко увидела Ника. И снова тот странный взгляд, но теперь до меня дошло: он прощается. О, пресвятая Клэрия, он прощается со мной!
— Я не знаю, кто стоит за тобой, Тьен. Кто вообще затеял эту авантюру. Но… да, я готов заключить с тобой сделку.
И я падаю на пол, захлёбываясь соплями, слизью и кровью. Тьен отпихивает меня носком ботинка, и я со спины вижу, как он встаёт напротив книги. В его глазах недоверие и опаска, он до крови прикусил нижнюю губу и маленькая капелька упала на страницу, исчезая в её белизне. Книга перед ними засверкала ярче и приглашающе. Она соскучилась по своим компаньонам. Так, как умеет скучать вечность…