Нисхождение короля
— Мой милый друг, какой сюрприз! Твои визиты радуют своим постоянством. Ты пришёл с новостями? По глазам вижу, сильная тревога разъедает твою душу, поделись ею, — голосом, полным искренней заботы, заговорил вечный, не двигаясь с места, наблюдая как Ник ходит из стороны в сторону, и с каким раздражением сквозь кожу то прорывается, то скрывается нориус.
— Это ты устроил похищение Селесты? Она могла пострадать! Что ты задумал, морвиусный бог?! — едва сдерживаясь, выпалил король, останавливаясь напротив Ктуула, и с яростью уставившись на него.
— Не понимаю о чём ты говоришь. В наш последний разговор, ты упоминал, что хочешь, чтобы она была твоей. Я объяснил, что преград нет, она твоя. Что случилось?
Не выдержав, Ник рванул вперёд, схватил Ктуула за грудки и припечатал к стенке, вызвав у того неподдельную радость, от которой янтарные глаза бога вспыхнули огоньками, чтобы тотчас погаснуть, приглушая удовлетворение вечного от несдержанности чёрного короля.
— Селесту похитили твои последователи. Они приковали её к столбу и накачали какой-то гадостью. Она сказала, что они пытались управлять её разумом. Что ты задумал, вечный? — цедя слова как гвозди вбивая, заговорил Ник, сильнее вжимая Ктуула в стену. Ему нравилось чувство власти над вечным, нравилось держать его жизнь в своих руках.
Бог улыбнулся и накрыл руку Никлоса своей тёплой рукой, легонько сжав.
— Они хотят угодить тебе, мой мальчик. Это их подарок. Я понял ритуал, который они проводили. Он разбудил в Селесте желания ариуса. Вашу связь, которая, из-за твоей осторожности, никак не могла проснуться. Всё, чтобы ты был счастлив, милый друг.
Ник отшатнулся, отпуская вечного и тот с доброй улыбкой сам подошёл к нему, кладя ладони на плечи.
— Почему ты печален, Ник? Неужели больше не желаешь обладать ею?
— Она говорила тоже самое, — глухо ответил Ник, опуская голову и позволяя Ктуулу встать совсем близко. — Это не сработало. Её любовь к Артану сильнее нашей связи. Она не чувствует меня так, как я её.
Рука на плече сжалась, по лицу вечного прошла волна крайнего недовольства, сминая черты Томара и обнажая нечто звериное, дикое. Ник ничего не заметил, а голосом Ктуул не выдал своей злости:
— Это странно, — спокойно сказал он. — У меня есть некоторые предположения, но здесь я как в ловушке, не могу их проверить.
Ник будто очнулся. Он вскинул голову и отшатнулся, настолько близко оказался рядом с ним бог. Отойдя в конец комнаты, с подозрением глянул на него.
— Даже не мечтай выйти отсюда. Вчера вечером твои последователи разрушили единственный шанс на мир с подводниками. Я понял, куда пропала Сэлавелия. Это морвиусы её убили, и сегодня начнётся война с королём Агондарием. Он просил тебя вернуть в клетку. Интересно, если я сделаю это, вернётся ли мир в наши воды?..
В ответ полилось сплошное ядовитое презрение, бог говорил скривившись, будто объелся неспелых слив:
— Агондарий — всегда будет себе на уме. Он не человек, не забывай об этом. Забавно, но по существу, он ближе к нам, чем к смертным. Когда умирает спрут, его поедает преемник, тем самым забирая часть воспоминаний предшественников. Такая форма вечности. Для него ты всего лишь несмышлёный ребёнок, а с детьми переговоры не ведут. Когда начнётся война — я твой козырь против него, так как знаю секреты подводного мира, никому более неизвестные.
Ник расслабился от этих слов, глядя на вечного как на притворщика.
— Как удобно, не так ли? Куда не ткнись — везде ты. И на моей стороне. Что не попрошу — всё дашь? А взамен мелочь — выпусти из клетки. Так просто. Агондарий предупреждал об этом.
Ктуул развёл руки в стороны, лукаво улыбаясь и совсем не обидевшись на слова короля.
— Как хочешь — так и будет. Если не нужна моя помощь, крепче держись за Селесту. Сейчас твоя сила не так велика, как ты думаешь. Она урезана той самой Сделкой, текст которой пытаешься найти в архивах. Хочешь я скажу, что именно в ней было? Нет? — заметив признаки раздражения, Ктуул улыбнулся шире, возвращаясь обратно на соломенный тюфяк. — Тогда будь рядом с ариусом. Ты уже знаешь, что вместе вы способны утихомирить океан. Но только если будете заодно. Сам понимаешь, ваша связь станет крепче, когда она сдастся тебе и станет продолжением нориуса. Ты даже не представляешь, на что вы способны, будучи вместе. Единственная причина, почему Клэрия не была уничтожена — это то, как она влияла на твоего предка. Удивительная сила любви, — Ктуул, воскрешая воспоминания в памяти, мечтательно вздохнул. — Я был готов полюбить и принять её, как принял Карга. Жаль, она оказалась слишком простой в своих желаниях и помыслах. Надеюсь, Селеста окажется сильнее.
— Ты говоришь так, будто мы, как в Заокеанских верованиях, реинкарнация душ Карга и Клэрии. Будто у неё нет свободы воли в выборе кого любить. Будто я обречён желать только белую драконицу. Что убеждает тебя считать, что наши судьбы предопределены?
Ктуул прикрыл глаза, прислоняясь затылком к стене и возвращаясь в позу медитации.
— Сделка, — просто ответил он. Ник раздражённо фыркнул и уже собирался уходить, как на пороге его окликнул просьбой вечный: — Мой милый друг, ну разве я был неправ в своих суждениях?
Король замешкался, чувствуя какую-то слабость, из-за которой захотелось задержаться.
— Не спеши на свою войну, побудь немного со мной. Хочешь я расскажу тебе о сказочных песках фиолетового мира, что нежны как шёлк кожи молоденькой красавицы? Или о городе-королевстве, что раскинулось на многие сотни километров вширь, а в высоту сравнилось со скалами твоего дворца? Присядь рядом и послушай. Такого ты больше нигде не услышишь.
Дверь с грохотом захлопнулась и Ктуул удовлетворённо кивнул своим мыслям. Никлос Каргатский остался внутри. Прочистив горло, вечный заговорил:
— Когда я был чуть старше тебя, дикий портал занёс меня в мир, где небеса имели радужный цвет, а воздух был так сладостно-пьянящий, что кружилась голова, а ноги сами отправлялись в пляс. Там встретил я удивительную особу, чьи глаза пылали серебром…
* * *
Ник планировал лично проконтролировать подготовку к военному положению. До установленного Агондарием срока оставалось всего три часа. Достаточно, чтобы завершить ещё ночью начатую Акрошем подготовку к военным действиям. Но вновь планы были нарушены. Пришло сообщение из темницы Лакраш. Сектанты умерли, не приходя в сознание. По словам Свентра, на них было наложено заклинание, которое тюремный колдун не смог сразу определить. Единственным выжившим оказался Ниркес. Более того, он потребовал встречи с Никлосом, заявив, что говорить будет только с королём.
Коллаборационист. Неожиданно для морвиуса, учитывая их самоубийственную преданность делу.
Поэтому Никлос вновь переложил дела на приближённых. Не забыв и о Селесте. Чтобы у девушки не возникло соблазна ввязаться в очередную авантюру, он передал её заботам Совета Женевры под покровительство Винелии Барбской и приехавшей вместе с мужем во дворец Милан дэ’Виньё. Богарт выглядел отлично, старания белокрылой не прошли даром, канцлер рвался в бой и одним из первоочередных целей поставил себе в задачу выяснить, как морвиусы узнали, что Селеста покинула дворец и отправилась к нему.