Да, девочка. Да!
— Серьезно?
В это не сложно поверить. Но беременность и Света! Настоящая беременность?!
— Совершенно. Неделю назад Леха звонил и говорил, что если я не сделаю тебе предложение, то придется нам сначала ехать на их свадьбу.
— То есть он тебя заставил сделать мне предложение? — с напускным разочарованием смотрела на него и хмурилась. — Вот значит как…
Его губы растянулись в улыбке, а я, едва дотрагиваясь, порхала пальчиками по его телу и в одно мгновение начинаю сильно его щекотать. Он перехватывает мои ладони и заваливает меня на спину, прижимая своим телом. Так близко и так горячо. Даже одеяло не нужно рядом с ним. Это моя и подушка, и покрывало. Это мое все. С ним я готова пойти хоть на край света, куда бы ни позвал. Я всегда буду с ним.
А все остальное — пустяки.
*****
Скромная церемония бракосочетания — это не про нас. Я бы не хотела делить ни с кем этот праздник, отметить его в кругу семьи, но так не получилось. Наши с Тиграном отцы, как принято в деловых кругах, пригласили на торжество своих бизнес-партнеров, а мамы — всех своих подруг. В итоге народу набралось столько, что чужих будет больше чем тех, кого я знала. Разумеется, из-за этого и к самому торжеству требования поднялись. Одно только платье для меня выбирали с обеими мамами и побывали в каждом салоне для новобрачных нашего города. Хорошо, до соседнего не добрались.
Тигран порой отбирал у меня блокнот и телефон, чтобы я отдохнула от приготовлений хотя бы вечером. Никогда бы не подумала, что подготовка к столь радостному событию может превратить жизнь в ад. Я очень волновалась, чтобы все прошло на уровне, Тигран скрипел зубами, но шаг за шагом мы подошли к этому дню…
*****
Картеж из дорогих машин въезжает ко мне во двор, громко сигналя. Мы решили не делать выкуп невесты — еще и этого напряжения я бы точно не вынесла, так же, как и Тигран. Он поднимался ко мне в комнату, и для меня эта минута была длинною в вечность. Руки дрожат, ноги дрожат, от волнения тяжело дышать.
Жених открывает дверь и входит. Его глаза блестят от радости, а когда взгляд ловит меня, на лице ярко проявляются изумление и полный восторг. Я и сама, когда увидела себя в зеркале, не могла оторвать взгляд и поверить, что это я.
— Ты у меня такая красивая… — он подхватывает меня на руки и, счастливо смеясь, кружит.
Камеры снимают, мелькают яркие вспышки фотоаппаратов. А нам все равно. Он рядом, и больше никто не нужен.
Уже стоя в ЗАГСе, держа за руку Тиграна, я вновь поражалась тому, какой терпеливый у меня мужчина. Оглядываясь назад, я видела много поводов для его недовольства и возможных ссор, но он всегда был выдержан и заботлив, находил нужные слова, когда у меня начиналась истерика из-за всех этих приготовлений.
— …Эмилия, я люблю тебя и буду любить тебя до конца своих дней. Уважать и почитать как свою верную супругу. Советоваться и прислушиваться к твоему мнению. Оберегать и защищать. Я всегда приду на помощь, в любую погоду, несмотря на любую занятость и возможные обстоятельства, потому что ничего важнее тебя для меня нет и не будет. Клянусь быть тебе верными и честным с тобой мужем. Я люблю тебя. Ты — моя, и всегда будешь моей, даже если мы сильно поссоримся, если между нами возникнет разногласие, помни это: ты — моя. И это неизменно.
Тигран говорил это только мне, не произносил слова клятвы пафосно и на публику. Нет, он говорил их только мне, тихо, уверенно и так проникновенно, что верила я, верило мое сердце, плакала от избытка чувств душа. Мир и все люди вокруг исчезли, я слышала и видела лишь его, и каждое слово легло в память теплом и уверенностью — у нас все будет хорошо. Его вечная ухмылка, которая когда-то бесила, стала такой родной и необходимой, теперь я понимала ее: сейчас Тигран впускает меня в себя раз и навсегда, открывается для меня полностью, он уверен во мне, в наших чувствах, и для меня его доверие, открытость, любовь и эта свадьба — лучшая награда в жизни, лучший подарок, который он мог мне преподнести. Я слушала его и оглядывалась назад, уже не понимая: как я могла вообще не доверять этому человеку? Как могла сомневаться в нем и не верить ему?
По щекам катились слезы благодарности и счастья, когда я заговорила в ответ:
— Тигран , я очень люблю тебя. Ты — лучшее, что случилось со мной и могло случиться. Ты — мой свет, ты — моя жизнь. Я не представляю себя без тебя, не смогу без тебя жить. Я буду тебе верной женой. Клянусь доверять тебе как себе, прислушиваться к тебе. Я буду честной с тобой и верной тебе. Мое сердце говорит тебе это. Я люблю тебя всем своим существом. Я — только твоя. Ты — мой. И это не изменится.
***
Тигран крепко держит меня за руку. Мы идем к машине, и только дверца закрывается за нами, как я спокойно выдыхаю.
— Устала? — ласково поглаживая меня по руке, шепчет на ушко уже мой муж.
— Устала, — прикрывая глаза, нежусь в его ласке.
Чувствую и его усталость, хочу поддаться порыву и сбежать с ним от гостей, но понимаю, что нельзя.
— Подожди еще чуть-чуть. Нам нужно пару часов в ресторане поприсутствовать для приличия, принять поздравления, а потом сбежим.
— Это будут самые долгие два часа...
Мы приезжаем в кафе, где нас ждут гости и журналисты. Тигран выходит из машины и открывает мне дверцу с другой стороны. Я много репетировала свой грациозный выход, но под прицелом камер и множества взглядов все равно сильно волновалась и боялась, что буду неловкой. В этот момент как никогда злилась, что устроили это показательное торжество, превратив наш с Тиграном личный праздник в деловую тусовку городского бомонда.
Но когда Тигран подает мне руку и я вкладываю в нее свою ладонь, чувствую себя уже уверенно — страх мгновенно исчезает, когда я чувствую поддержку своего любимого мужчины. Я выходу из машины нарочито не спеша, чтобы платье расправилось, а журналисты могли сделать больше кадров и потом выбрать лучший. Мы на несколько секунд замираем с мужем, смотря друг другу в глаза.
Муж…
До сих пор не верится…
Он предлагает мне свой локоть и ведет по дорожке в украшенный зал кафе. Нам аплодируют, но не обсыпают зернами и мелочью — мы просили не делать этого, как и избавить нас от каравая с солью, шаров и плакатов, серпантина и бантиков. Тигран ведет меня во главу столов, я мельком оглядываю гостей, ища знакомые лица.
— Ты говорил, я не вижу Свету с Лешей... — шепчу.
— Они только подъехали, вслед за нами, еще не успели войти — там негде парковаться, ему придется постараться, чтобы найти себе место... Волнуешься? — он сжимает мою ладонь, но не сильно. И я перевожу на него взгляд.
— Не знаю. Сегодня я вообще напряжена. Надеюсь, ничего плохого не случится.
Я еле сдержалась, чтобы не нахмуриться. Что ни говори, но встреча с бывшей подругой меня тревожила. Хоть и прошло пять лет, и Тигран уверял, что она изменилась, но я отчего-то все равно беспокоилась о том, как пройдет наша встреча. После всего, что она творила, я уже не была уверена, что в ней не осталось подвоха, что она еще что-нибудь не выкинет.