Тайная жизнь моего мужа
Она сказала «вот это да»… какой это восторг и чудо!
Игнат вскочил:
– Вставай, земля уже холодная, не лежи долго…
Он протянул руку, помог Алисе подняться.
Их вещи валялись где-то рядом, на траве, среди кустов, бюстгальтер Алисы лежал на листе лопуха неподалеку, словно на столике. Игнат оделся стремительно (привык за то время, когда работал в больнице, практически не покидая ее, в тот период свирепствовала эпидемия) и затем принялся помогать одеваться Алисе.
Пока одевал – натягивал, застегивал, искал петельки и крючки, и прочее, – целовал ее. Осталось последнее – застегнуть пуговицы на ее длинном платье.
Потом они стояли на берегу, обнявшись, и Игнат опять ощущал то же нестерпимое, едва выносимое счастье.
Возвращаясь назад, они немного заблудились в лесу, не сразу нашли обратную дорогу. В город попали, когда уже наступила темнота и зажглись на улицах фонари.
– Не возвращайся туда, – сказал Игнат. – И я никуда не пойду. Сниму номер в гостинице, и пока будем жить там. Вместе. Ты и я.
– Я бы так и хотела, – ответила Алиса. – Но он – умирает. Нельзя.
– Когда он возвращается? – спросил Игнат, с трудом подавив в себе желание спорить – «да не умирает Ромусик, возможно, все поправимо и излечимо, а он – просто обычный ипохондрик!» – Через сколько дней приезжает?
– Уже скоро.
* * *
Вот как так, вроде бы ничего не изменилось, ничего не произошло, а жить по-прежнему – уже нельзя.
Всего один разговор с Алисой, а для Елены все ее привычное существование перевернулось вверх тормашками. И кто мог предположить, что эта лупоглазая замкнутая девочка, казавшаяся порой чуть ли не ментальным инвалидом, вдруг, в один момент, превратится в какую-то мудрую пифию, изрекающую прогнозы насчет будущего и срывающую покровы с настоящего?.. Да никто. Никто и никогда эту Алису всерьез не принимал, и уж тем более она, Елена.
Елена даже не ревновала Алису к Роману… То есть ревновала, конечно, но очень давно, когда возлюбленный только-только привел молодую жену в дом, и потом, первый год-два после того, как Роман и Елена снова начали встречаться. Вот в те времена – да, ревность Елены цвела пышным цветом. Она постоянно приглядывалась к Алисе. Замечала все ее промахи, на весах взвешивала каждое слово, сказанное Алисой. Считала, сколько раз Роман посмотрел на жену и с каким выражением…
Потом ревность у Елены сошла на нет. Хотя бы потому, что Роман, оказываясь наедине с Еленой, оставался все таким же страстным и неутомимым. Как будто и не существовало никакой Алисы, так, просто призрак в женском платье бродил по коридорам «замка» Эрленда. Роман реже приходил к Елене, зато все чаще стал звать ее к себе. Оно и удобнее.
Главные ворота на участке, на той огромной территории, где располагался «замок», выходили на улицу. Не самую оживленную улицу Кострова, но и не пустую, и даже не полупустую. Незаметно к Роману и не проскользнешь, кто-нибудь, да и увидит – случайный прохожий, или проезжий, или из других домов кто-то мог наблюдать… Частный сектор, люди любопытные жили здесь.
Но на участок Эрленда можно было еще попасть через калитку на заднем дворе, почти незаметную, сливающуюся с прочной и высокой оградой, словно призванной отражать нападение врагов. Обычно через эту калитку Петрович вытаскивал мешки с мусором, вывозил и привозил какие-то материалы для работы в саду, поскольку неподалеку от этого входа располагался сарай для хознужд.
У Елены имелся свой ключ от этой калитки, ключ ей давно выдал Роман. Обычно все происходило так: договорившись заранее с Романом о свидании, она около одиннадцати вечера, через заброшенный пустырь, не замеченная никем из горожан, подходила к калитке. Там опять посылала сообщение Роману, что она рядом. Затем Елена открывала калитку. И оказывалась на заднем дворе, месте скучном и сугубо утилитарном, отданном в полное распоряжение Петровича. Алиса сюда сроду не заглядывала, да еще и ночью.
Хотя Алиса, рассказывал Роман, в сумерках гуляла по саду, бывало, но сад располагался с другой стороны «замка».
Петрович, насколько знала Елена, был в курсе каждого ее появления здесь. Поскольку в домике прислуги – специальная система слежения, туда, на монитор, транслировалось изображение со всех камер, расположенных по периметру участка. Возможно, еще какие-то датчики движения существовали, но тут уж Елена не углублялась в детали…
Прислуге было велено молчать о появлении Елены и не болтать соседям лишнего. Иначе – вон. Но, все равно, каждый раз, когда Елена проскальзывала на задний двор, она чувствовала себя немного авантюристкой… Страшновато, а секретность будоражила, добавляла адреналину в кровь.
От калитки до двери «черного входа», ведущего в «замок» – примерно метров пятнадцать, двадцать. За дверью уже стоял Роман, он впускал Елену внутрь помещения. Перед тем он обязательно проверял, где в данный момент Алиса, спит или бродит по саду… Несколько раз случалось так, что Елене приходилось долго стоять под дверью, дожидаясь, пока ее впустят. Это значило, что Алиса находилась в опасной близости и надо подождать…
Но обычно ничего такого не происходило, Елена сразу попадала в дом.
И оказывалась тоже в его задней, хозяйственной части, совсем непривлекательной для Алисы. Преодолев ее, Елена и Роман проскальзывали в его спальню, дверь закрывалась на ключ, и это было уже их время, Елены и Романа…
Примерно через час, с теми же предосторожностями, Роман выпускал Елену обратно…
Она возвращалась к себе домой и ложилась спать.
Иногда Роман желал встретиться с Еленой днем. Ну тут уж никак, Елена появлялась в «замке» вполне официально, при полном параде, с охапкой книг и тетрадей под мышкой. Несколько раз сталкивалась с Алисой, здоровалась…
Кажется, у Алисы даже не возникало никаких подозрений насчет этих дневных официальных визитов Елены к Роману. Что такого, многие желали побеседовать с эзотериком, получить его консультацию. И, кроме того, Елена, ну, и Марина – друзья Романа…
Алиса знала, что в часы этих визитов мужа нельзя беспокоить, и не лезла к нему.
Хотя, нет, случилось как-то раз… Алиса решила прорваться к Роману, когда он в очередной раз возжелал Елену. К счастью, они все свои любовные дела уже закончили и собирались уже прощаться. Роман, услышав стук, немедленно открыл дверь жене… Алиса, судя по всему, и тогда тоже ничего не заподозрила.
Роман говорил Елене, что с Алисой его связывают лишь духовные отношения, близости между ними давно нет. Его жена, как и планировал Роман, оказалась очень холодной женщиной.
Впрочем, в последний год Роман и сам «поутих», объяснял это своим возрастом… Тайные встречи с Еленой происходили все реже. Но, когда эти встречи все же случались, Роман опять поражал свою подругу тем, какой он по-прежнему «живчик»…
До недавнего времени Елена считала себя относительно счастливой. До тех самых пор, пока не чувствовала своего возраста. Ощутив же его, растерялась – а как дальше-то? И Алиса еще подлила масла в огонь, заявив, что Елена являлась для Романа всего лишь «тренажером».