Тайная жизнь моего мужа

Алиса до того, войдя, боялась на него смотреть, а тут решилась, наконец, и повернулась. Посмотрела Игнату прямо в лицо. Протянула руку и коснулась пальцами его щеки. Провела по плечу. Прижала ладонь к его локтю.
Впервые за долгие годы она чувствовала желание обнять кого-то, чувствуя при этом тепло другого человека. Нет, не другого, не абстрактного какого-то, а именно того, кто сейчас стоял с ней рядом. Игната.
– До сих пор не могу поверить, что это ты, – сказал он. – Это ты, Алиса? Ты мне не привиделась?
– Это я, – ответила она. Игнат обнял ее.
Они стояли так, обнявшись, долго-долго, и Алиса чувствовала, что улыбается невольно. Подняла голову и обнаружила, что Игнат тоже едва заметно улыбается, уголками губ.
– Что мы в прошлый раз творили-то… – с удивлением произнесла Алиса. – Помнишь?
– Нет, не помню.
– Не помнишь?!
– Нет. Нет. Поэтому придется все повторить.
– Ты шутишь… – засмеялась она. – Ты предлагаешь отправиться опять в лес?
Он поцеловал ее, потом с изумлением уставился Алисе в глаза, держа ее лицо в ладонях. Произнес озадаченно:
– У тебя синие глаза. Вот честное слово, настоящие синие глаза… Даже синее этого неба, представляешь? Как ты можешь быть такой красивой…
– Сказать секрет? – прошептала она. И засмеялась: – Я не про секрет красоты, если что.
– Скажи. Только не здесь, пойдем в номер. – Он пропустил Алису вперед, закрыл за собой балконную дверь. – Говори.
– Нет, не могу. – Она ощутила смятение.
– Ладно, потом скажешь. – Игнат поцеловал ее. Еще и еще. Затем принялся раздевать Алису. Она не сопротивлялась, позволяла ему делать все, что он хочет. Почему с Романом так никогда не было? Почему? Вот этого волнения, жаркого волнения внутри – она с Романом не ощущала…
Легла на уже разобранную постель, Игнат, скинув с себя одежду, лег рядом. Опять поцелуи, прикосновение твердых горячих ладоней.
– Не торопись… – тихо засмеялся Игнат. – Куда ты так торопишься?!
Но Алиса уже не могла остановиться, и потому прелюдия стремительно перешла в основное действо.
Тихо, тихо, потом дыхание стало громче, и потом случилось то, к чему так рвалась Алиса, о чем даже не подозревала до последнего времени, до того, как стала любовницей Игната.
– Ох, вот опять забыли… – через некоторое время произнес Игнат. – Я ведь все приготовил сегодня, собирался быть во всеоружии. – Он вытащил квадратик фольги из-под подушки, покрутил им в воздухе и убрал обратно.
Пожалуй, только сейчас Алисе пришло в голову, почему он так беспокоится. И ей стало неловко, словно она навязывала ему свою волю.
– Ой, – сказала она. – Я не подумала. Но, по моим расчетам, нам нечего опасаться, и вообще…
– Уходи от него.
Он опять говорил о Романе!
– Между нами ничего нет уж года полтора, – сказала Алиса. – Не ревнуй. Правда, это ты зря, пожалуйста…
– Я все равно ревную, – усмехнулся Игнат.
– Он умирает. Приехал весь такой серо-зеленый. Со мной не говорит, отнял все ключи. Я боюсь, что в любой момент с ним что-нибудь…
– Даже здесь, даже сейчас – мы опять о нем! Да что ж это такое…
– Он умирает. А мы с тобой за его спиной занимаемся любовью…
– А он всю жизнь за твоей спиной творил то, что ему хотелось, – покачал головой Игнат. Сел, накинув на себя простыню. – Послушай, Алиса. Надо как-то заставить его пойти к доктору.
– К тебе?
– Я скажу, к какому доктору. Но не ко мне. Судя по всему, Роман не по моему профилю.
– Он не пойдет. Ни к тебе, ни к какому-то другому доктору. – Алиса тоже села, подогнув ноги. – Я не знаю, что должно произойти, что может на него подействовать… Нет, в этом плане Роман просто непрошибаем.
– Ты считаешь, что на него никак нельзя подействовать? – спросил Игнат, завороженно глядя на ее грудь.
– Никак, – покачала головой Алиса. – Внешне он очень мягким кажется… Кивает, соглашается, не спорит никогда. Это ошибочное впечатление. Роман на самом деле – скала. Если уж что решит, то мнения своего не переменит. Нет, может, может переменить, упертым его нельзя назвать, но тогда причиной должно стать нечто грандиозное, особенное…
Игнат помолчал, потом произнес осторожно:
– А Роман уверен, что дети Галины – именно от него?
– Что? – удивилась Алиса. – Почему ты об этом спрашиваешь?
Игнат пожал плечами. У него были красивые плечи. Широко развернутые, но не огромные, а… аккуратные. Крепкая шея, бицепсы. Ничего гипертрофированного, перекачанного, но вместе с тем – ощущение силы шло от мышц. Так называемые «кубики» на животе. Алисе тоже нравилось рассматривать Игната. Пожалуй, и она им сейчас любовалась.
– Галину никто не считает… гулящей, – рассеянно пробормотала Алиса. – Она очень хорошая мать.
– Да, вот именно, она очень хорошая мать, – согласился Игнат. – Она на все готова ради детей. Я знаю. В этом смысле она безупречная женщина. Все лучшее – детям.
– Возможно, она специально выбрала Романа в отцы, знала, что тот способен финансово их обеспечить, – продолжила Алиса рассуждать вслух. – Случайная встреча в чужом городе, встретились два одиночества… Она приняла вдруг решение – здесь и сейчас. Именно с этим человеком, с Романом Эрлендом. Я так это представляю.
Алиса замолчала, опустив голову. На самом деле ей неприятно было все это представлять. Как ее муж и Галина… А Галина хитренькая, да. Знала, действительно, с кем закрутить короткий роман. Роман с Романом! Потом, после того, Галина вела себя очень примерно, ни с кем не встречалась, тайну отцовства Романа не разглашала, принимала его деньги, старательно воспитывала детей. Никто даже не догадывался, что их отец – знаменитый эзотерик Эрленд, ни соседи, ни даже тот родственник, что рядом с Галиной, говорят, живет, у которого все это под носом происходило, никто ничего не знал. Даже она сама, Алиса, ничего не заподозрила! Хотя о чем там можно было подозревать, если Галина после родов стала совершенно неинтересна Роману.
В маленьких городках, таких, как Костров, с одной стороны, все на виду. Все про всех знают, любые передвижения, действия, даже переглядывания, заметны окружающим. Выводы делаются легко и быстро.
С другой стороны, именно в маленьких городках цветут буйным цветом самые нелепые и даже чудовищные предположения, вешаются ярлыки на тех, кто ни сном ни духом не причастен к произошедшему. Невинные – объявляются развратниками, праведников – делают злодеями. Нигде еще люди не ошибаются так, как именно в маленьких городках…
Галина поставила на правильную карту, выбрав в отцы своим детям Романа. И вот именно эта «правильность» и подозрительна. Пожалуй, уж слишком красиво все – для случайности.