Липовый барон
Пока мы бегом спустились по узкой лестнице башни, пока добежали до ворот, накал страстей перевалил за все мыслимые пределы.
Я видел, как с другой стороны стены навстречу нашему бежал отряд Марвука кор-сэ́ Стена, ещё одного рыцаря из пятёрки нейтралов. У стены две деревни, одна называется просто и незамысловато – Стена, или у Стены, а вторая названа со всей фантазией бывших военных – Вторая. Они населены не абы кем, а теми, кто знает с какого конца за меч браться – бывшими ветеранами. Так сказать, постоянный стратегический резерв от моего самозваного батюшки. Смысл в этом есть: они через час объявления тревоги будут на стене, а остальным ещё сутки по долине тащиться.
Отчасти из-за того, что Марвук владеет деревней вблизи от стены, я ему и доверяю. Такие стратегические деревеньки просто так не даются. К тому же в случае падения обороны его деревню первой будут грабить, и никакие договорённости с графом тут не помогут: в первые часы после взятия никто не может толком контролировать своих солдат. Так что в Стене и пограбят, и баб изнасилуют, и, наверное, пожгут при любых раскладах. По моему, это достаточное резюме, чтобы доверять Марвуку…
* * *– Тащите телеги к воротам! – орал Марвук. – Лучников сюда и сюда! Щиты, копья к воротам! Мечи за телегами!
– Делайте то, что сказал кор-сэ́ Марвук! – кричу я тем, кто спешит за мной. Так-то это опрометчиво, я таким макаром свой авторитет принижаю, но тут уже не до этого, выстоять бы…
Накал страстей тем временем всё усугублялся. Если вы когда-нибудь видели толпу из пятидесяти человек, двигающихся по законам броуновского движения, вы поймете, что я наблюдал.
Ворота дышали на ладан. Они не пали до сих пор только потому, что тарана за стеной уже не было: граф пожертвовал им ради взятия ворот.
Всё оказалось на удивление просто. Таран был для отвлечения внимания, не на него была ставка. Пользуясь темнотой, войска Илмара подтащили к стене четыре катапульты. До этого момента граф не светил их перед нами. Они то ли были укрыты за лесом шатров и палаток, то ли были собраны из комплектующих за четыре дня простоя.
Так-то метательные машины против такой стены – это ерунда, брешь в стене будут по второго пришествия долбать. Всё это, конечно, так, но есть один вариант: когда тяжёлым валуном попадают в створки ворот. Скажу сразу для всяких умников: теоретически это возможно, но на практике сложно реализуемо.
Первое, пока катапульты подтащат на дистанцию выстрела, мои машины уже разберут их на части. Мои метательные орудия стоят на башнях и дальность у них больше, плюс у моих пристрелка по квадратам.
Второе, у всех снарядов катапульт разная масса и форма камней, а это значит – разная траектория, и потому на излёте никакой суперкомпьютер её не высчитает.
Слышь, ты, умник! Да, ты, лупоглазый! Я про него не просто так заявляю! Для тебя специально обосновываю! Никакой компьютер не высчитает уравнение с четырьмя неизвестными переменными. Помимо неизвестной массы камня и формы снаряда надо ещё учитывать атмосферные явления и износ механизма. Каждый выстрел из катапульты – единственный и неповторимый: конструкция-то хлипкая, напряжение на узлы большое, ремни рвутся, балки деформируются. По сути, для любой крупной катапульты полсотни выстрелов – это предел до технического обслуживания.
Правда, все эти расчёты можно забыть при одном условии: если выстрелы из катапульт будут сделаны в упор, почти по прямой, без всяких поправок на дугу полёта камня. Это и сделал граф.
Темнота и отвлечение внимания факелами позволили подтащить машины почти к стене. Звуки тарана, ломающего ворота, перекрыли скрип колёс катапульт.
Из четырёх выстрелов только один более-менее точно попал в цель, но нам это стоило ворот, поломанными досками висящих на покорёженных петлях.
Под огонь катапульт частично попал и таран. Его, конечно, оттащили чуть назад и в сторону от ворот незадолго до стрельбы, но и его случайно зацепило. У орудия сильно помяло крышу от стрел и кипятка, а так, по сути, таран вполне целый.
Если бы не «флейта», то для нас вообще наступила бы полная амба. Железную решётку значительно помяло, но она выдержала, и теперь её хрен поднимешь: перекосило в пазах стены.
* * *– Кор-сэ́ Марвук. Докладывайте, – сказал я, стараясь не поддаваться общей панике.
Марвук смерил меня взглядом. Понятно всё с ним: для него я сопляк и мальчишка, по какой-то нелепости судьбы ставший на время над ним. Впрочем, надо отдать должное, рыцарь быстро взял себя в руки, чуть погасил огонь презрительного взора и начал отвечать.
– Барон, – сказал, словно выплюнул, Марвук, – воротам конец. Продержатся с лучину или чуть больше. «Флейта» их не остановит, таран ещё цел. Если повезёт, то она ещё три лучины продержится. Они пустят в первых рядах тяжёлые доспехи, мы против них не выстоим. Ополчение – мясо. Снять со стен всех дружинников не вариант. Дружинники помогут подольше удержать ворота, но нас тогда на стенах сомнут и ударят в спину… Какие будут приказы… ваша милость?
Видно, что ломает себя старик, называя меня не принадлежащим мне титулом.
– Масло по моему рецепту готово?
– Готово. И что дальше?
– Разлейте у «флейты» и до телег. Когда особо жарко станет, подожгите. Пусть согреются… Позовите Гаомэ, мастера по трофеям от зелёных, может, он чем поможет. Да и мальчишек под командованием моего оруженосца сюда к воротам. Будем их удивлять…
Сразу скажу: я собираюсь поджечь масло под ногами у штурмующих. Сам не уверен, что оно будет хорошо гореть, это же не бензин, но, в любом случае, это будет неприятно для атакующих. К тому же я потребовал, чтобы в масло добавляли белый налет, соскобленный со стен нужников. Для тех, кто не в курсе: селитра отлагается на стенах деревенских туалетов, а она горит и в воде…
Ну и в качестве бонуса у меня есть ещё один сюрприз для войск графа.
* * *Штурм сломанных ворот можно было бы назвать фарсом и фаршем, если бы не было так страшно.
Их остатки пали через пятнадцать минут. Лучники зря рвали тетиву луков. Из-за ворот раздавался бой барабанов, а это значит, что на первых рядах атакующих орочьи ожерелья против стрел. Стрелы просто летели мимо, и всё на этом…
«Флейту» сносили тараном. Хреново было то, что она стоит уже в самой башне и поэтому лить кипяток на штурмующих было невозможно. Решётка была сломана примерно за час.
Всё это время около стен маячило ополчение графа и не давало нам снять силы с возможных участков прорыва. Когда «флейта» начала сдаваться, на стену полезли смертники. Их встречали такие же смертники из нашего ополчения, но основной бой шёл не там, а тут, у сломанных ворот. Граф бросил на их прорыв всю элиту своего войска, а у меня мало кто может им противостоять один на один: заковка и опыт боёв не тот…
Когда решётку всё же доломали тараном, то у ворот вообще стало жарко. Сотня элиты против полсотни моих – это не самый приятный вариант. Остальных со стены снять было нельзя, на ней тоже кому-то надо быть. И так оттуда снимали всех, кого можно, чуть ли не поштучно отправляя к воротам лишних. Одно спасает: выход из второй башни относительно узок и всеми силами на нас не навалиться…
Между делом я вспоминал, что орки вроде как обещали помощь, но где они?! То ли не успели своими силами подойти, то ли ждут, пока граф в моих рядах увязнет окончательно. В любом случае веры неожиданным союзникам нет никакой. На них рассчитывать – это последние дело. Кому нужны слабые союзники, не способные удержать своё?!
* * *Когда выломали решётку, пошла жара. Личное охранение баронов и сами их рыцари пошли на прорыв. Они бы нас за минуту смяли, но им мешали телеги, баррикадирующие выход из башни с воротами, было не подняться и не спуститься, хоть тут я был спокоен. Ещё не хватало, чтобы они наверх забрались, прошлись по стене и сломали бы ворота в другие башни для спуска. Одна слабая надежда на щитников и копейщиков, стеной вставших за телегами.