Я папу по ладошке узнаю

— Ой, вы тоже пришли? Отлично. Проходите в группу, там поймете, какая помощь потребуется.
Стас здоровается сдержанно, проходит в группу и прежде чем преступить, внимательным цепким взглядом осматривает помещения на безопасность и требуемую помощь.
После того как он ушел, я осталась одна в предбаннике, единственное развлечение было это слоняться между детских низких шкафчиков с цветными дверками. Уж лучше любоваться на различные мордашки, наклеенных на дверки шкафчиков, чем находится в серпентарии.
— Лера, пойдем, поможешь мне в другой группе, там надо цветы полить, — говорит Юлия Валерьевна, наш воспитатель.
А я что? Мне делать нечего и, чтобы убить хоть немного времени, с удовольствием соглашаюсь.
— Где набрать воду ты знаешь, — протягивает небольшую лейку и отправляет за водой.
Полив несколько цветов, мне показалось, что на этом все. Но как же я ошибалась, услышав такое.
— Лера, я понимаю это не мое дело, но ты уверена? Просто он такой мужчина, сразу видно не из простых, — тихим голосом интересуется воспитательница.
— Да, это родной отец Славы, — ну, а что я еще должна сказать?
Итак прекрасно вижу между нами разницу, как небо и земля. Он наследник империи и я простая переводчица хоть и на хорошей должности и то по блату, спасибо брату. Понимаю, как на нас смотрят и что думают: залетела, нашла, замуж еще потащит. Да плевать.
— Мужчина он хороший, видно. Держись его, Лера. Не будь дурой, как я когда, — неожиданные откровения прозвучали в пустой игровой комнате, не успела оглянуться, как воспитательница покинула комнату, оставив меня одну в недоумении. Что только что было?
Полив цветы и немного протерев подоконники, присела на один из стульчиков у окна. Наблюдая, как солнце прячется за высотки, а солнечные лучи проглядываются между ними, улыбаюсь. Как же я люблю закат. Если бы умела рисовать, то наверно только его и рисовала.
— Привет, — Стас стоял у входа, сложив руки на груди и облокотившись плечом на дверь, улыбался самой искренней улыбкой на свете.
— Смотри, как красиво, — киваю на окно, приглашая к просмотру уходящего солнца.
— Безумно, — он обнимает меня за плечи, нежно массируя, целует в макушку. — Как насчет того, чтобы оставить Славу у моих родителей сегодня?
— Прости, но я боюсь, что она еще не готова. Может через недельку? — смотрю через плечо в его затуманенные глаза, не сразу соображая, куда он смотрит.
— Хорошо, тогда пусть еще ненадолго задержится у них. Поехали домой, — голос звучит глухо, а пожар разгорается в глазах все больше. Опускаю глаза и наблюдаю прекрасную картину, пуговицы рубашки расстегнулись так, что видно все самое интересное, а для него так вообще выбран наилучший ракурс. Покраснев, застегиваю пуговицы и выхожу из комнаты. Чувствую, он идет рядом.
На улице он обнял меня за талию, притягивая к себе. Так мы и шли до дома, медленно, наслаждаясь теплым летним вечером. И только дома, переступив порог квартиры, мы забыли обо всем.
Дорожка наших вещей начиналась с порога, когда захлопнулась за нами дверь, практически сразу полетела моя рубашка, последняя вещь была снята в нашей теперь уже в комнате.
А дальше? Дальше было обжигающие поцелуи, горячие руки, ласкающие тело, плавные движения и фееричный оргазм.
 
23
ЛЕРА
Середина недели протекает довольно сносно, если не считать косые взгляды сотрудниц, пытающихся когда-то охмурить наследника всея империи.
Так уж получилось, что Стас не намерен скрывать наши отношения, а меня это, если честно. бесит до коликов. Мало того, что мы появляемся в компании вместе, так еще ежедневные обеды в его кабинете, несложно догадаться, о чем сплетничают в компании. Какая пара самая обсуждаемая и одновременно ненавистная женским коллективом. Я пыталась объяснить, что в наших и так хрупких отношениях все слишком быстро закрутилось и завертелось, нельзя торопиться. Было у меня какое-то нехорошее предчувствие, засевшее где-то внутри меня, и коготочками скреблось наружу. Я отгоняла это не пойми что и кто как можно дальше. Ссылаясь на быстрое развитие наших отношений, переезда в квартиру Стаса, так как дочь категорически отказалась возвращаться в съемную квартиру. Знакомства с бабушкой и дедушкой, которые за три дня умудрили накупить столько, что пора обзаводиться новой игровой и гардеробной, тоже не прошло мимо моих нервных клеток. И также пришлось понервничать, ожидав в гости брата с женой, я боялась, что он не поймет. Но оказалось все наоборот, он подошел ко мне, по-родственному обнял и прошептал на ушко «Я счастлив за тебя, сестренка. Доверься ему и все будет хорошо». Тогда я расслабилась и ходила счастливая.
Среда, день, который не задался с самого утра и дело не в косых взглядах и шушуканьях за спиной. Легкое недомогание, что было утром, к обеду перелилось в тревогу. Состояние, где дергаешься при каждом левом движение, оборачиваешься в поисках причины и расстраиваешься, не найдя ее.
— Да, малыш? — деловой, но в то же время такой родной голос звучит с того конца трубки, тепло, что разливается в душе заставляет невольно улыбнуться.
— Алло, ты скоро? Я уже освободилась, — собираю документы, чтобы убрать их в шкаф, выключаю процессор, предварительно поставив пароль. Мало ли что.
— Прости, сегодня задержусь, дождешься меня? Я в пробке на Машковино стою, минут через сорок только подъеду, — и голос такой расстроенный, будто ожидавший совершенно другое.
— Не переживай, я сама доберусь. Забери тогда дочь, хорошо? — хватаю сумку со спинки стула и выхожу с кабинета, не забыв попрощаться с коллективом, конечно, теперь только из уважения.
— Хорошо, заеду за ней. Лера?
— Да?
— Вызови такси, пожалуйста, — мне послышалось или голос его действительно показался тревожным?
— Хорошо. — разъединяю вызов и направляюсь на выход из компании. В лифте вызываю такси и, решив дождаться его на улице, покидаю здание.
В сообщение сказано, что машина будет ожидать на парковке, улыбнувшись и убрав телефон в сумку, направляюсь к месту ожидания автомобиля.
Я стояла и любовалась зданием, даже не так, правильней будет работой архитектора, человека, что спроектировал такую роскошь. Тридцать шесть этажей и все это полностью сплошное остекление. А какой вид с высоты, особенно с кабинета генерального директора. Красота, да и только.
Я настолько засмотрелась и не сразу поняла, что случилось. А произошло все так быстро, что я не успела понять, что мне угрожает смертельная опасность. На меня неслось ярко-красное пятно, не произвольно я закричала, но пошевелиться просто не смогла, ноги будто вросли в асфальт. Внезапно меня подбросило вверх, показалось, что внезапный удар вышиб грудную клетку и весь воздух из легких. Тело мое с легкостью перелетело через автомобиль и, распластавшись на парковке, словно поломанная кукла, последнее, что я увидела это надвигающуюся тучу, почувствовала капли дождя на щеках, или может слезы. Мои слезы.