Суженая из другого мира. Наши в Блонвуре
Однако сейчас получалось, что квартира являлась домом для них обоих. А посему Ворон считал себя вправе находиться в ней даже в присутствии высокородных гостей короля Бордгира. Элестайл, впрочем, немало симпатизируя своему ставленнику, ничего не имел против.
Ульцана пригласил Лорго, не забыв старого друга. Лайра, правда, поначалу не собиралась идти в гости с ним и даже наотрез отказывалась, страшно стесняясь столь великосветского общества. Но так как Лорго очень хотелось познакомиться с невестой друга поближе, ей всё же пришлось преодолеть смущение. Тем более что король Кордака, выслушав объяснения Ульцана о причинах её отсутствия, просто взял и сам привёл её сюда за руку.
Что же касается Мориса, они с Рондвиром по-прежнему были практически неразлучны – куда один, туда и другой. А поскольку вампир частенько навещал брата, хакер тоже, можно сказать, уже прижился в королевских апартаментах. Излишне стеснителен он не был – скорее наоборот. И даже после инцидента со столиком не перестал здесь бывать.
Вместе со своими девушками, Рондвир и Морис явились на королевскую вечеринку последними.
— Поставь что-нибудь помелодичней! — обратился к хакеру Элестайл, едва тот переступил порог. Выбор Вайлда в виде Cradle of Filth его явно не впечатлил.
На самом деле Вайлд вовсе не собирался потчевать королей столь жёстким блюдом. Просто второпях перепутал флешки, прихватив ту, на которой у него был один только блэк, и на фоне её прочего содержимого Cradle of Filth являлся ещё весьма щадящим вариантом.
Морис без всяких сожалений выключил Крэдлов, тихонько показав Вайлду «фак», после чего запустил сборник медляков – лично он предпочитал проводить посвящение новичков в металл постепенно. Лорго действительно выдохнул с заметным облегчением, как только истошные вопли Dani сменились проникновенным вокалом DeFeis’а.
— Что означает этот жест? — осведомился Элестайл. Всё-таки Морис продемонстрировал Вайлду свой выставленный средний палец недостаточно незаметно для окружающих. — Помнится, мне ты его тоже показывал.
— Я был жутко пьян, — попытался Морис замять тему.
— Это я отлично помню. Но я тебя о значении жеста спросил.
— Ну, вообще жест считается неприличным… — промямлил Морис, не зная, куда деваться от впившегося в него взгляда вампира.
— А конкретней?
— Друзьям я его обычно в шутку показываю.
Элестайл продолжал сверлить хакера выжидательным взглядом.
— Ронд, сделай что-нибудь, — зашептала ему на ухо Лилит. — Он его убьёт!
По правде говоря, предсказать реакцию брата Рондвир не рискнул бы – туда короля Бордгира не посылал ещё никто. Пожалуй, может реально взвиться. Зато характер брата он знал хорошо – если насел, уже не слезет. А значит, от ответа на вопрос не отвертеться никак.
— Да он этот жест всем подряд показывает, — попытался разрядить обстановку Лонгаронель.
— Он у него любимый, — поддержал его поползновение Ворон.
— А его значение я когда-нибудь услышу?! — оставлять тему в покое Элестайл явно не собирался.
Желающих озвучить истину не нашлось, поскольку никому не приходило в голову пристойных вариантов.
— Ну, средний палец здесь выступает в роли фаллического символа… — еле выдавил из себя Морис, видя, что взгляд короля уже начинает леденеть.
— …И?
У Мориса подкатил ком к горлу.
— Короче говоря, — решил покончить с его мучениями Лонгаронель, — жест означает посыл на этот самый фаллический символ.
Не сказать, чтобы иносказательная формулировка спасла положение. Во взгляде Элестайла окончательно поселилась вечная мерзлота:
— Может, отрезать его тебе? — вопросил он то ли размышляя вслух, то ли… и вовсе вынося приговор.
Морис судорожно сглотнул, теперь уже капитально сбледнув:
— Кого?
— Конечно, можно и фаллос, но вообще я имел в виду палец.
— Не надо… — простонал Морис.
— Но ты же не думаешь, что я спущу тебе такое оскорбление просто так?!
— Я был пьян. И кто ты, понятия не имел.
Элестайл медленно вытащил из ножен кинжал.
— Я вернусь на Землю! — вскричал Морис, отшатнувшись ещё на начале его движения. — К чёрту эту вашу монархию! Может, у нас за такие жесты и бьют морду, но уж пальцы не отрубают!
Глава 61Он кинулся к двери. Однако та оказалась заперта. Безуспешно подёргав ручку, Морис затравленно обернулся… и вдруг напоролся взглядом на «фак», демонстрируемый ему Элестайлом. Лёд в глазах вампира уже растаял почти без следа, а на губах блуждала саркастическая усмешка.
— Сядь! — велел король, так же неспешно убирая кинжал обратно в ножны. — Монархия ему, видишь ли, не нравится.
— Умеешь ты напугать, — пробурчал Морис, опускаясь на диван рядом с Лилит. — А тебе большое спасибо за поддержку, — зло бросил он ей. Зол, впрочем, Морис был не только на неё. Наверняка же все поверили в серьёзность намерений Элестайла – однако никто и слова не сказал в его защиту! Если бы король действительно отрубил ему палец или даже член – они бы так и сидели тут молчаливыми изваяниями. Тоже мне друзья, называется!
— Лилит не могла оказать тебе поддержку, — неожиданно заявил Лонгаронель. — Равно как и многие другие здесь – кто знает Элестайла недостаточно хорошо.
Ворона он, правда, не брал под контроль – просто положил руку ему на плечо, когда тот собрался было вступиться за Мориса. Однако с другими это не вариант.
— Так это ты сделал?! — вскричала наконец отпущенная на волю Лилит. — Я даже пошевелиться не могла, не то что слово вымолвить!
— Прости, — Морис виновато обнял её. — Опять ни за что на тебя наорал.
— Брось, я бы на твоём месте тоже обиделась, — примирительно произнесла Лилит. — Со стороны это правда выглядело так, будто нам всем наплевать, — Она повернула голову к Рондвиру: — Но вот ты-то почему молчал?! Взять под контроль принца Лон наверняка не посмел.
Рондвир как-то странно усмехнулся.
— Взять его под контроль при необходимости я очень даже посмею, — невозмутимо заявил Лонгаронель. Похоже, его задела сама мысль о том, что он может чего-то не посметь. — Другое дело, что в данном случае действительно не брал.
— Да уж, «не посметь» это явно не про них, — заметил Лорго.
Вампиры, включая Ворона, тихо рассмеялись.
— Я знал, что Элестайл не станет его калечить, — наконец ответил Рондвир на вопрос Лилит. — А потому и отговаривать его от этого не имело смысла.
В колонках заиграла «Eighteen And Life».
— А вот, кстати, и ещё один любитель «факов», — произнёс Вайлд.
— Любитель чего? — не понял Лорго.