Суженая из другого мира. Наши в Блонвуре

— Отлично.
На этом преподаватель ушёл немного передохнуть перед следующим зачётом – у шестикурсников.
Шелда продолжала лежать на руках у Ситала чуть живая. Но Эльджета сказала брату поставить её на землю.
— Извини, что не оправдала надежд, — она устремила на Лонгаронеля виноватый взгляд.
— Перестань, — возразил тот с тёплой улыбкой. — Надежды ты, напротив, более чем оправдала. Лично я бы, на твоём месте, поступил точно так же. А что никакого места не заняла – это такие мелочи…
На его лице отразилось буквально непреодолимое желание поцеловать её Только вот стояли они хоть и окружённые толпой, но прямо под окнами главного корпуса.
И вдруг сразу несколько вампиров развернули крылья, перегораживая всякий обзор из корпуса и общежития Арда.
Благодарно улыбнувшись соплеменникам, Лонгаронель всё-таки притянул к себе Эльджету и прильнул к её губам долгим чувственным поцелуем.
Не преминул воспользоваться случаем и Элестайл, поцеловав Джейлис.
Тем более что этим вечером вампиры всё же улетали к себе в Бордгир.
А двухлиговый забег, состоявшийся следующим утром, выиграл именно Ярый, заработав-таки именной серебряный кубок.
***
Экзамены остались позади. Все сдали сессию достаточно успешно. Рондвир вернул себе звание лучшего студента курса, которое в прошлом семестре, ввиду отсутствия главного конкурента, досталось Ассарту. А на втором курсе данное звание завоевал Морис. Как ни странно, но технарь оказался талантлив не только в точных науках, и изрядное количество дисциплинарных взысканий тоже не помешало ему получить «титул».
Правда, для всех оставалось загадкой, как хакеру удалось сдать на «отлично» ферлланский – у магистра Ки-Чжяна эта оценка была беспримерно редка. Сам Морис утверждал, что разобраться с иероглифами ему помогла некая математическая модель. К сожалению, в Блонвуре не было тех, кто мог бы по достоинству оценить идею выпускника земного университета. Впрочем, Ворон с Дэлвиром ею всё же заинтересовались.
После сдачи сессии большинство студентов разъехались на каникулы по домам. В Блонвуре оставались лишь те, кто жил слишком далеко – в том числе, эльфы. Что же касается компании друзей, они отправлялись встречать Новый год в Бордгир. Учебное заведение на время своего отсутствия Ворон вверил Верховер.
Кстати, на всей остальной территории Альтерана Новый год праздновали в первый день весны. Однако вампиры тут издавна придерживались собственной традиции, отмечая наступление Нового года в день основания Бордгира, то есть третьего числа Белого Медведя[1].
Землянам, понятное дело, вампирская традиция была куда ближе, нежели всеальтеранская, да и отмечать Новый год по несколько раз для них тоже было в порядке вещей. Остальные же просто были рады приглашению на королевский бал.
 
Ранним утром в день отъезда, Ворона у дверей его апартаментов подкараулила Сэйлиа́р.
— Можно мне с вами? — эльфийка посмотрела на проректора с мольбой.
— Можно – куда? — опешил тот.
Девушка замялась, но потом всё-таки вымолвила еле слышно, опустив глаза:
— В Бордгир.
— С чего ты взяла, — поразился Ворон, — будто мы направляемся туда?
— Я… знаю, — пролепетала она ещё тише. — Прошу вас…
Лично он ничего не имел против. Вот только Элестайл не давал ему права привозить с собой кого-либо по собственному усмотрению.
— Тебе следовало заручиться приглашением кого-нибудь из вампиров, — ответил Ворон.
— Если мне не будут рады, я сразу же уеду, — заверила Сэйлиар[2].
Интересно, кто бы там должен был обрадоваться её появлению во множественном числе? Но понятно, что она говорит о Лиссанте. К сожалению, Ворон не имел представления и о его настроениях. Вдруг тот был намерен ограничиться парой ночей, проведённых в обществе девушки здесь, в Блонвуре?
И Логвэй, как назло, уже уехал в Лорвейн.
— Поговори с Дальгондером, — предложил Ворон. — Как-никак он – сын вашего шид’вэра. Если он сочтёт возможным взять тебя с собой…
— Вряд ли, — в её глазах блеснули слезы. И вдруг эльфийка устремила на него дерзкий взор: — Я думала, Блонвур возглавляете вы.
— Я возглавляю учебное заведение, но не экспедицию в Бордгир, — холодно парировал вампир.
— А кто возглавляет экспедицию?
Ворон замешкался с ответом. По сути, будучи ответственным за своих студентов, возглавлял её всё-таки он. Но как втолковать девушке, что в Бордгире не жалуют непрошеных визитёров?
Отворилась соседняя дверь, из неё вышли Дальгондер с Фортейл.
— В чём дело? — осведомился эльф, посмотрев сперва на Ворона, затем на соплеменницу.
— Сэйлиар просится поехать с нами, — пояснил вампир.
Дальгондер уставился на девушку в упор холодным взглядом:
— Но он тебя не звал. Неужто гордости совсем не осталось?!
Сэйлиар заметно побледнела, прочтя в глазах эльфа гнев:
— Нам не удалось проститься.
— И кто же помешал? Кридирнор?
— Очевидно.
— Кридирнор – глава могущественного клана. Тем не менее ты намерена потягаться с ним за его сына, да ещё на его же территории?
    
Глава 95
— Да, — выдохнула эльфийка еле слышно.
— К сожалению, ни я, ни Влад не вправе привозить с собой незваных гостей, — произнёс Дальгондер, и в его голосе действительно просквозило сожаление.
Совершенно сникнув, Сэйлиар удалилась, с трудом сдерживая слёзы.
— А ведь тебе бы хотелось, чтобы она поехала! — накинулась на Дальгондера Фортейл. — Неужели вовсе не жаль бедную девочку?! Кридирнор наверняка стёр бы её в порошок. А то и вовсе не выпустил бы из Бордгира живой.
— Вирджина, не драматизируй, — отмахнулся эльф. — Разве за любовь не стоит бороться?
— Но тебя-то вдохновила не её любовь, а факт, что она готова бросить вызов могущественному вампиру.
— Только если отчасти. Не нужно считать меня монстром, — оскорбился Дальгондер. — К тому же король в Бордгире не Кридирнор.
— Вряд ли Элестайл станет вмешиваться в чужие семейные дела.
— Но и расправиться с девчонкой не позволит.
Резко развернувшись, Фортейл удалилась обратно в квартиру. Дальгондер последовал за ней. Если спор между ними и имел продолжение, то уже за закрытыми дверьми.
Ворон тоже вернулся к себе, погрузившись в размышления.
Неслышно появившись из спальни, Дайнрис положила руку ему на плечо:
— Лично я считаю, что за любовь стоит бороться.
Ворон был уверен, что она ещё спит. Но, оказывается, Дайнрис слышала весь разговор.