Суженая из другого мира. Наши в Блонвуре

Дэлвир тем временем старался подлечить язвы на руках девушки, а та изливала ему душу.
— Я поздно возвращалась с работы. Машина была в ремонте, пришлось ехать на автобусе. Он напал по пути от остановки. Зажал рот тряпкой, смоченной в чём-то. Очнулась я уже в подвале, прикованная.
А потом и похититель появился. Стал говорить, что теперь я буду жить у него. Я умоляла отпустить меня. Поначалу он не произвёл впечатления изверга. Разговаривал так мягко, даже ласково… И вдруг в какой-то момент взбесился, избил меня. А затем сорвал всю одежду и… — девушка заплакала.
Дэлвир обнял её за плечи:
— Успокойся. Всё позади. Больше он тебе ничего не сделает. Никому не сделает.
— Так продолжалось всё время, — девушка попыталась утереть слёзы, но они упорно текли из глаз. — Он бил меня, если я пыталась дать отпор… и если я не сопротивлялась. А потом насиловал! О, господи, это он! — тихонько взвыла несчастная, завидев шагавшего по улице мужчину, и в ужасе нырнула под торпеду.
Дэлвир тоже пригнулся, не желая спугнуть негодяя.
 
Послышались шаги на лестнице. Лонгаронель с Визом замерли.
— А вот и папочка вернулся, — сладко-гаденьким тоном произнёс мужчина. — Моя девочка соскучилась? Сегодня у нас с тобой особенная ночь – последняя.
— Прям прорицатель, — усмехнулся Виз.
Щёлкнул выключатель, и в задней комнате загорелась лампочка – по счастью, слишком тусклая, чтобы ослепить. Послышался звук отодвигаемого засова, отворилась дверь…
— А мальчики тебя не интересуют? — произнёс Лонгаронель, скопировав тон мерзавца.
Оба «узника» ядовито осклабились, вампир при этом ещё и показал клыки.
В первый момент маньяк застыл в шоке. Затем дёрнулся было захлопнуть обратно дверь, но вдруг понял, что не может больше двинуть ни единым мускулом.
— Проходи, не стесняйся… — «пригласил» его вампир откровенно издевательским тоном.
Не по своей воле, но маньяк зашёл в комнату. Его приковали к верхней спинке поставленной на попа железной кровати, служившей ложем жертвам урода.
Лонгаронель изучал пленника с некоторым удивлением. Сказать по правде, он ожидал увидеть какие-нибудь зверские черты. А тут – самая обычная, ничем не примечательная, серенькая внешность – из разряда тех, что запоминаются с трудом. На вид ему было около сорока. Водянистые, как будто бы и совсем не злые глаза, тонкие губы, аккуратная бородка по последней моде. В общем, повстречав на улице, Лонгаронель никогда бы и не принял его за маньяка.
Сейчас, трясясь от страха, тот напоминал маньяка ещё меньше. Можно было бы даже усомниться, не ошиблись ли они с Визом, захватив кого-то не того, если бы не собственные слова гада – в особенности те, что про последнюю ночь. Ведь нынче на Земле шёл именно январь – с местными обозначениями временных отрезков путешественники уже успели ознакомиться.
— Ну что, роли сменились – готов побыть на месте жертвы? — ехидно осведомился Виз по-сэйноррски.
Его слов маньяк, естественно, не понял. Однако явно догадывался, что ничего хорошего его не ждёт, и отчаянно замычал. Впрочем, на звуки, издаваемые скотом, никто не обращал внимания.
— Не возражаешь, если я тоже подкормлюсь? — спросил Лонгаронель.
— Конечно, нет. Приятного аппетита, — саркастически улыбнулся Виз.
Заставив маньяка запрокинуть голову, вампир вонзил клыки в его шею. Опять эта мерзкая борода! Спасибо, хоть короткая на сей раз.
Он выпил полную дозу, даже с запасом. Мучения урода это вряд ли сократит. А здоровье ему по-любому больше не понадобится.
— Будешь убивать его – не забудь порезать шею по следам от моих клыков. Не стоит их оставлять, — сказал Лонгаронель. — Ладно, хорошей подпитки, — улыбнулся он, прикрывая за собой дверь.
— Верни ему возможность орать, — попросил Виз. — Так толку будет чуть больше.
И тут же послышались отчаянные мольбы.
— Твои жертвы тоже молили тебя, — холодно отрезал дварр по-английски.
Мольбы за дверью быстро перешли в вопли боли…
***
Виз вышел из задней комнаты часа через три, весь забрызганный кровью.
— Тебе бы переодеться, — заметил Лонгаронель.
— Хотя бы отмыться. Запасной одежды у меня с собой нет.
— Урод был примерно твоей комплекции…
— Нет, его вещи я надевать не стану! — наотрез отказался дварр.
— Придётся, Виз. Иначе ты до смерти перепугаешь девушку.
— Ей всё равно память подправлять.
— Но это не означает, что сперва она должна ещё натерпеться ужаса.
— Ладно… — хмуро согласился-таки он.
В шкафу маньяка, в отдельном отсеке, нашлись и женские вещи. Среди них оказалась одежда, которую девушка признала своей.
Затем друзья отвезли её домой. К самому дому подъезжать не стали, но проследили за ней до того момента, пока не отворилась дверь и не раздались радостные возгласы её родных.
Девушка помнила, что из плена она вырвалась сама – маньяк повёл её куда-то, возможно, убивать, но она сумела сбежать от него. Потом её подвез какой-то грузный мужчина средних лет. На всякий случай, номера на фургоне заблаговременно залепили снегом.
Что касается тела маньяка, его маги в итоге решили не оставлять в доме, а увезли с собой и потом сожгли вдали от города. В подвале, естественно, прибрались, ликвидировав все следы крови. Но вообще девушка по-любому не вспомнит, где именно её держали в плену.
 
Домой троица вернулась только под утро. К тому моменту их друзья уже изрядно переволновались. Однако новость о том, что удалось напасть на след Вилории, быстро подняла всем настроение. Правда, снова встал вопрос о том, где взять паспорта. Джей обещал подумать над решением проблемы, хотя, что найдёт его, не гарантировал.
Дайнрис отозвала Лонгаронеля в сторону.
— Виз что, напитался силой? — спросила она тоном обвинения.
— Неужели так заметно? — улыбнулся вампир.
— Очень! И кого же ты отдал нашему дварру на растерзание?! — гнев Дайнрис набирал обороты.
— Одного маньяка, убившего уже четырёх девушек и собиравшегося убить пятую.
— Вот как. Ну, туда ему и дорога, — враз успокоилась она.
— В процессе этот урод весь мозг Визу вынес, проповедуя о том, что всё женщины шлюхи и их надо карать за грехи.
— Надеюсь, в живых Виз его не оставил? — мрачно уточнила оборотница.
— Если бы тварь не прикончил он, это сделал бы я. Или Дэлвир – он с самого начала рвался разодрать ублюдка на части.
— Ладно, не буду мешать тебе отдыхать. Тем более что скоро вам снова ехать в Альбукерке. Хороших сновидений.