Mayday. Я влюбляюсь

Она подхватила с пола пульт и сделала тише. Собиралась и вовсе выключить передачу, напомнившую ей какое-то запоздалое «Доброе утро», но услышала речь приглашенного гостя, под именем которого красовалось множество специальностей – социолог, психолог и еще несколько подобных слов.
– Знаете, что ответил мне двадцатилетний крестник на вопрос об апокалипсисе? Только бы не при мне. Мы растим эгоистов и потребителей! А раньше…
– Ну, раньше и на телефон отвечали не «алло», а «чем могу помочь», – вмешался в монолог телеведущий. – Сейчас что? Увидели имя на экране и быстрее прячете мобильный в карман, вдруг что попросят! Равнодушие распространяется в обществе, как злокачественная опухоль, – стремительно и беспощадно. Эта нравственно-психологическая ржавчина разрушает в нас челове…
Ника выключила телевизор. Отбросила пульт и снова подхватила листы с неподвластной ей головоломкой, чтобы уйти в раздумья и забыться.
Прошло несколько часов, прежде чем Алик проснулся. Он застал Орлову сидящей в позе лотоса с собранными в импровизированный хвост волосами. Задумавшись, она кусала нижнюю губу, глядела на разложенные по всему залу листы бумаги. И ведь не догадывалась, как сексуально выглядела в домашней одежде и без косметики. Кто бы там ни был с ней вчера, он полный придурок, что ее отпустил. Алик больше не прозевает шанс. Больше никогда.
Закат медленно стекал по стене. Ника вертела в руках карандаш, в очередной раз перебирая варианты. Она что-то упускала, вот чувствовала это. Что-то ускользало, как только подбиралась близко.
И снова разбив строки бесконечных цифр на группы, она глубоко задумалась и прикусила пластиковый кончик карандаша зубами. Услышала покашливание и тотчас повернулась. Алик сладко потягивался, отчего черная майка задралась и обнажила крепкий живот.
– Прости, что уснул и оставил тебя один на один с этим.
Он указал на расшифровку данных с флешки. В чем была сила этих цифр? В чем смысл?
Ника ничего не ответила, вернулась к бумаге.
Алик заметил, что в комнате стало не хватать света. Встал, чтобы включить светильник. Пока наблюдал в окно клонящееся к закату солнце и размышлял, как лучше предложить Нике отвлечься и выбраться из дома, чтобы не сойти с ума, зарывшись в бумагах, у девушки громко заурчал желудок.
Черт, она же за весь день съела только два куска пиццы!
– Кажется, самое время поужинать.
– Да мне бы просто перекусить, – смущенно произнесла Орлова.
Вот всю уверенность перед ним теряла. Перед ним и тем внезапным притяжением, которое росло с каждым часом.
– У меня пустой холодильник. Максимум овощи замороженные найдутся. Последние дни голова была забита совсем другим. Так что поехали, нормально поедим где-нибудь.
Поехали. Нормально. Поедим. Где-нибудь. У Ники живот скрутило от этих слов. Ужин с Аликом – это все, чего она сейчас хотела. Вот только для свершения данной миссии нужно было надеть колготки в зацепках, убийственные каблуки и вчерашнее платье, которое жутко помялось. Еще и выйти без грамма макияжа и со спутанными волосами. Прелестный вид для первого свидания.
А это свидание? Почему я вообще подумала, что это свидание? Черт!
Алик слышал, как девчонка выругалась. С трудом скрыл улыбку. Видел, с каким ужасом она покосилась на мятое платье, что лежало на спинке дивана. Молча встал и открыл комод, достал оттуда женские джинсы, вязаный свитер и бросил ей.
– Могут быть большие, но однозначно меньше, чем мои.
Ника невольно натянулась, как струна. Все в ней запротестовало против одежды, которую носила женщина из жизни Белозерова.
– Не стоит, я…
– Это Алеси, моей сестры.
Алик будто прочитал ее мысли.
– Я пойду кеды ее посмотрю. Где-то были. А ты сама выбери, куда хочешь. Я этот район на предмет гастрономии плохо знаю, – последние слова Алика доносились уже из-за закрытой двери.
Ника подхватила шмотки и быстро облачилась в них, не переставая мечтательно улыбаться. Затем взяла телефон с кучей уведомлений и забила в картах ближайший ресторан сети «Пей чай, ешь мясо». Это было ее любимое место с потрясающей кухней и пирожными, которые она позволяла себе крайне редко, но сегодня обязательно собиралась съесть. И не одно.
Орлова нажимала в программе на обнаруженный неподалеку ресторан, чтобы построить маршрут, но случайно удержала метку дольше обычного. На необозначенном месте появился красный флажок, а ниже данные и…
– Это координаты! – закричала Ника так громко и внезапно, что сама не узнала свой голос.
    
Глава 16
Алик через мгновение примчал с кухни.
– Это координаты!
Ника трясла документы и не верила, что до сих пор не сумела разгадать. Все было на поверхности. Ведь видела же эти цифры с градусами и апострофами в красном блокноте, который сейчас судорожно листала.
– Вот, – указала она на похожий ряд чисел на исписанной странице дневника. – Не зря они казались мне знакомыми!
Алик нахмурился, но отрицать не стал. Пока еще плохо понимал взаимосвязь. Ника взяла в руку карандаш и выписала строку произвольных на первый взгляд чисел.
655151410334435.
После нескольких манипуляций графитом картина стала обретать смысл.
6°55’15 (14?). 103°34’43 (5?).
Потом Ника загнула пальцы один за другим, вслух перечисляя английский алфавит. И с довольным лицом исправила цифры в скобках на соответствующие буквы, получив точный результат.
6°55’15 N. 103°34’43 E.
Алик прочитал координаты северной широты и восточной долготы. Брови сошлись на переносице. Он открыл карты и вбил данные в поисковую строку.
Красный маркер появился на бескрайнем голубом фоне. Белозеров уменьшил масштаб. Еще. И еще. Место в Сиамском заливе. Где-то между Малайзией и Вьетнамом. В акватории Тихого океана.
Алик свернул карты и открыл браузер. Ввел координаты и получил множественные ответы на запрос. В большинстве своем непонятные ресурсы на арабском языке, китайском. А затем один за другим иностранные сайты с информацией об исчезновении самолета Индонезийской авиакомпании, следующего рейсом Джакарта – Токио. Последняя передача данных с приборов осуществлялась в пределах координат.
– Что это значит? – прошептала Ника, заглядывая в его телефон через плечо.
Алик, всегда такой уверенный, растерянно покачал головой. Его пугали масштабы обнаруженный фактов.
– Понятия не имею.
Он в тот же миг набрал Марка и сообщил ему о разгаданном ключе. Сфотографировал страницу из красного блокнота с указанием координат и попросил выяснить хоть что-нибудь. Настойчиво попросил, друг даже удивился, не вспомнив, когда слышал подобный тон в последний раз.