Турецкий дебют (СИ)

Вот и в этот раз, увидев нас с Женькой ещё издали, Альха что-то сказала и начала стягивать с себя купальник. Впрочем, две узкие полосочки ткани назвать купальником можно было с большой натяжкой. С визгом и весёлыми выкриками, за ней последовали и остальные девчонки. Насмешливо посмотрев в нашу сторону, Альха подхватила ладонями свои совсем не детские груди с маленькими коричневыми сосками, призывно покачала ими вверх-вниз и… резко развернувшись к озеру, побежала к деревянным мосткам. В самом конце настила, она мощно оттолкнулась от досок и, сделав сальто с пируэтом, красиво вошла в воду. Следом за предводительницей, толкаясь и поднимая тучу брызг, сверкая каплями воды на обнажённых телах, устремилась вся девичья компания.
— Чё делать будем? — повернул ко мне голову друг, — Там сплошные аристо, да ещё и… в натуральном виде. Мне в ту сторону и смотреть-то нельзя, не то что подойти.
Женька был сыном начальника службы безопасности имения, которого ещё дед сделал слугой рода, и дворянского титула, естественно, не имел.
— Брось, девчонки сами начали эти игры. Пошли присядем, хочу посмотреть, как они выкручиваться будут, когда вода немного хмель из них вытянет, — ответил я, стягивая футболку, и заметив, как друг расстегнул штаны, добавил, — Вот только до плавок раздеваться не советую, иначе все увидят твой сильно выпирающий интерес, а им только этого и надо.
Раздевшись по пояс и скинув обувку, мы сели на расстеленное Женькой большое махровое полотенце и, блаженно жмурясь на солнце, начали громко обсуждать достоинства весело плескающихся в воде девиц. Пока из озера не вышла Альха. Ничуть не стесняясь, она подошла к нам, прямо на ходу подхватив с травы широкое полотенце и чуть склонив голову набок, начала вытираться. Скосив глаза на друга, я увидел его отвалившуюся челюсть и толкнул его локтем в бок.
— Это женщина, Женька. Прикольная вещица, рекомендую.
— Хам ты, Кирюха, — заметила девушка, обернув полотенце вокруг мокрого тела, и села между нами, подвинув меня и Женьку своими бёдрами, — У нас завтра сабантуй намечается, приглашаю вас обоих.
— По какому поводу праздник и кто будет? — поинтересовался я.
— Ты совсем дебил, Турчанинов? — хитро сощурившись, спросила Альха, — "Алые паруса" же. Из взрослых будет только охрана, так что…
Она многозначительно замолчала.
— Не можем, Аля. Завтра у сестрёнки именины и ей двенадцать. Понимаешь?
— Ритуал окольцовывания… Печально. Передавай ей мои искренние поздравления, — совсем не радостно сказала девушка, рассматривая своё кольцо на среднем пальце, и вдруг встрепенулась, — Тогда приходите послезавтра, веселья будет поменьше, зато только свои останутся.
— Эмм… — глухо просипел Женька.
— Не менжуйся, я не из тех, кто нос воротит от простых людей, — ответила Альха на невысказанный вопрос друга и в доказательство своих слов, положила свою руку ему на плечо.
— Обязательно будем, Аля. Во сколько сбор и что брать?
— Ты точно дебил, Кирюха. Ты же не на день рождения идёшь и не в поход, зачем с собой что-то брать? Всё будет, — весело ответила Альха и, подмигнув, повторила, — Всё будет.
…
— Алё, братишка, ты тут? — выдернул меня из воспоминаний голос Костика, — Никак вчерашнее приключение вспомнил? Я тебе даже позавидовал.
Увидев мой недоумевающий взгляд, брат рассмеялся.
— Пляж хоть и общий, но он на нашей территории. Ты же сам помогал там камеры устанавливать.
"Чёрт, быстрее бы в Питер вернуться, тут кругом глаза и уши", — выругался я про себя, натягивая второй кроссовок.
Пока его зашнуровывал, отец с братом уже покинули мою комнату. Рванув было за ними следом, я вернулся и переложил Алёнкино кольцо из брюк в карман спортивных штанов. Бережёного бог бережёт, а уж свою малолетнюю сестричку-лисичку я начал опасаться, как только она начала ходить.
Выйдя из дома, я запрокинул голову и потянулся. Стояла прекрасная летняя погода, и утренняя заря разлилась в небе мягким румянцем. Но тут из дома выбежала сестра и все ощущение моего единения со вселенной в один миг куда-то испарилось.
 
Алёна ещё не была представлена высшему обществу, да и ритуал получения родового кольца гостей не предусматривал, поэтому в этот раз на её праздник никого не приглашали. Этот день праздновали исключительно в тесном родовом кругу. Узнав вчера вечером эту обидную до слёз новость, сестрёнка надулась — ведь покрасоваться таким замечательным подарком было не перед кем; подруги приехать без взрослых не могли. Вот и сейчас эта неугомонная пигалица пристала к отцу со своими меркантильными женскими вопросами. Впрочем, отец быстро её успокоил, пообещав взять с собой в Петербург на следующей неделе. После чего, победно задрав носик вверх, Алёнка гордо удалилась в дом. Мы немного размялись, метнув по паре молний в сторону леса и, перешучиваясь, отправились на обычный маршрут.
Вот так, неспешно переговариваясь, наша троица и бежала примерно с полчаса. Пока со стороны усадьбы не раздался мощный взрыв. Резко остановившись, мы дружно повернулись, глядя на быстро растущий над деревьями багрово-серый гриб.
И тут мне на грудь плеснуло чем-то горячим. Прямо из затылка стоящего передо мной Костика. Он тут же начал заваливаться назад, и мне пришлось быстро нагнуться, чтобы подхватить его тело возле самой земли. Осторожно опустив брата на дорогу, я непонимающе уставился на аккуратную тёмно-красную дырку, появившуюся на его переносице.
— Пригнись, — дико заорал сзади отец, — Мой переход!
Хлопок!
Прыжок на пятнадцать минут назад 
— Стоять! Впереди засада, — резко остановившись, скомандовал отец, тормозя нас с братом.
И тут же рухнул на дорогу с простреленной головой. Костик моментально присел и…
Хлопок!
Прыжок на одиннадцать минут назад 
— Засада! — заорал Костя уже в полете, делая кувырок в сторону.
Мы с отцом моментально последовали за ним. Рефлексы не подвели — прямо над нашими головами зло пропели пули, а еще через мгновение просвистел огненный шар, оставив за собой жирный чадящий след.
— Неужели Красницкие? — раздался слева от меня удивленный голос брата.
Дар огня имелся у нескольких родов, но только у Красницких пламя получалось дымное, словно горела нефть, а не чистая энергия.
— Папа, мне прыгать? — нервно крутя на пальце кольцо, спросил я, — Они же скоро дом взорвут, а у вас с Костиком откат идет.
— Погоди, у них наверняка там новая засада.
— У меня с собой не только своё кольцо, но и Алёнкино.
Все родовые кольца Турчаниновых имели свою "длину прыжка" и моё бывшее колечко имело интервал в две минуты. Перешедший же ко мне после смерти деда, Костин артефакт был пятиминутным.
— Не знал, что придётся благодарить небеса за твоё разгильдяйство, — невесело усмехнулся отец, — Тогда будем прыгать по Алёнкиному, они явно не рассчитывали, что у нас будет с собой лишняя печатка.
— Да как эти сволочи вообще смогли места для засад вычислить? — поинтересовался Костя.
— Как, как… — отец ненадолго замолчал.
Дар Турчаниновых — перемещение назад во времени. Мы не можем узнать будущее, пока оно не случится, и уж тем более мы не пророки, как многие думают. Зато в наших силах манипулировать ближайшим будущим, прыгнув из него на несколько минут назад в прошлое. Когда случается что-нибудь непоправимое, мы возвращаемся и стараемся переиграть ситуацию по-новой.
Есть и пара неприятных моментов, но как говорил дед: — "Это чтобы жизнь мёдом не казалась". Во-первых, после использования дара кольцо получает откат на перезарядку, сроком примерно раз в пять больше, чем время прыжка. А во-вторых — то, что произошло, помнит только сам прыгнувший. Остальные члены рода ничего о будущем не знают, но у них в этот момент начинается ощущение дежавю, которое длится именно столько времени, на сколько был сделан переход. У всех. Кроме меня. Я помню всё, и иногда отец ласково называет меня уродцем.