Предел не положен
Закнафейн скрестил руки на груди и не двинулся с места. На невысокой крыше за его спиной Джарлакс заметил движение – снайпер-дроу поднял перед собой арбалет.
– Ложись! Ложись! – крикнул Джарлакс, а сам, отступив на шаг, скрылся в дыре.
– У тебя все в порядке, мастер оружия? – услышал Джарлакс голос с крыши.
– Он в порядке, – ответил ему другой голос. – Это же Джарлакс, как мы и ожидали.
Джарлакс в замешательстве выглянул из-за края магической дыры. Закнафейн все так же стоял на месте, скрестив руки и вроде бы даже улыбаясь. Дроу за его спиной опустил арбалет и внимательно осматривал улицу.
Джарлакс выпрямился и вышел из дыры, а потом подтянул за собой магический предмет, закрывая проход.
– Думаешь, я настолько глуп, чтобы сегодня вечером выйти в одиночку? – спросил его Закнафейн.
– Так это До’Урдены?
– Конечно.
«Умница Закнафейн», – подумал Джарлакс, но не сказал этого вслух: он не хотел еще сильнее увеличивать самомнение Закнафейна, и без того наверняка раздутое после боя. Едва появившаяся улыбка мгновенно исчезла с его лица, когда он заметил еще одного представителя Дома До’Урден – подходившую сбоку злобную и жестокую дочь Мэлис, Бризу. Жрица могла применить заклинания, чтобы заглянуть в его мысли и распознать его ложь, и Джарлакс сразу почувствовал себя невероятно уязвимым, почти голым, поскольку вместо магической повязки на нем была самая обычная кожаная лента.
«У тебя чешется голова». – Пальцы Джарлакса двигались чуть заметно, передавая сообщение Закнафейну.
– Что?
«Чешется голова!» – На этот раз движения стали более отчетливым.
Закнафейн ухмыльнулся, но все же поднял руку и поскреб голову. Этим же движением он незаметно стащил с себя повязку, не забыв спрятать в кулаке единственную видимую ее часть – заднюю ленту. Опуская руку, он бросил предмет между собой и Джарлаксом, и тот поймал добычу.
Легким движением Джарлакс опустил магическую повязку во внутренний кошелек, заполненный жидкостью, снимающей чары невидимости.
Жрица Бриза уже приближалась, и Джарлакс отвесил глубокий и изящный поклон, используя его, чтобы поднять руку к лицу и якобы передвинуть повязку на другой глаз, как он часто это делал.
На самом деле он при помощи ловкости рук и еще более низкого поклона заменил обычную повязку на зачарованную.
– Верховная Мать Мэлис будет говорить с тобой, – бесцеремонно объявила Джарлаксу старшая дочь и первая жрица Дома До’Урден. – Я полагаю, она тобой недовольна.
Она не сводила с него взгляда, и Джарлакс заподозрил, что жрица пытается наложить на него какое-то заклятие.
– Насколько я знаю, Верховная Мать Мэлис бывает довольной лишь в определенные моменты, – ответил он.
Бриза напряглась от такого откровенного намека на сексуальный аппетит Мэлис.
– Мужчин убивали и не за столь дерзкие шутки, – предостерегла она.
Джарлакс только улыбнулся:
– Передай, что я скоро навещу ее.
Он еще раз вежливо поклонился и стал поворачиваться, словно намереваясь уйти, но заметил, что со всех сторон к нему приближаются солдаты-дроу.
– Ты сам ей об этом скажешь, – возразила Бриза, и они пошли все вместе.
– Неужели ты думаешь, что можешь подвергать опасности ценного мастера оружия Верховной Матери Мэлис и не возбудить этим ее гнев? – спросила Бриза у предводителя наемников по пути к Западной Стене, где находился Дом До’Урден.
– Это был всего лишь Авинвеса Фей-Бранш, – заметил Джарлакс. – Неужели можно подумать, что Закнафейну действительно грозила опасность?
– Среди зрителей было много агентов Дома До’Урден, – сообщила Бриза. – Так что нет, мы не должны были этого допустить.
«И еще там было много агентов Дома Фей-Бранш, более могущественного, чем Дом До’Урден», – мысленно добавил Джарлакс, но снова предпочел промолчать.
Что за глупая игра это бесконечное соперничество и опустошительная враждебность. Но Джарлакс обычно умел извлечь выгоду в этих битвах. Оставалось только понять, как этого добиться сейчас с Верховной Матерью Мэлис.
– Ты уже собрал свои монеты? – спросила у Джарлакса Верховная Мать Мэлис, когда он поставил к подножию ее трона в Доме До’Урден увесистую сумку с золотом и серебром.
– О, едва ли, – ответил он. – Но было бы неправильно заставлять Верховную Мать ждать ее выигрыша.
– Мудрое решение.
– Я понял это, когда стал достаточно взрослым, чтобы сообразить, кто держит в руке змееголовую плеть. – Джарлакс сопроводил эти слова низким поклоном.
Мэлис фыркнула, но не стала развивать тему.
– Я пошла на огромный риск, позволив своему мастеру оружия покинуть Дом ради затеянной тобой мелкой игры, – заметила она.
– Риск был не так и велик, – заверил ее Джарлакс, но после небольшой паузы передумал, увидев, как она нахмурилась. – Да, некоторая опасность существовала, – признал он. – Но я внимательно наблюдал за поединком, и без вмешательства извне Закнафейн ни в коем случае не мог проиграть сильно уступающему ему мастеру оружия Дома Фей-Бранш. И заверяю тебя, как уверял при заключении этого… сопутствующего соглашения, что присутствие моих агентов исключало такую возможность. Сделки были лучше, чем предлагаемые ставки.
– Два к трем? – предположила она.
Джарлакс слегка напрягся и пожал плечами:
– Соотношение было, скорее, три к четырем.
– Неприемлемо, – с преувеличенным спокойствием сказала Верховная Мать Мэлис.
– Я не в силах контролировать…
– Неприемлемо, учитывая, чем рисковал Дом До’Урден, позволив поединок.
Джарлакс кивнул.
– Знаю, Верховная Мать. – Он осторожно улыбнулся. – По содержимому этой сумки ты поймешь, что выплата сделана один к одному.
Он понял, что поймал ее врасплох: Верховная Мать выпрямилась, и на миг показалось, что она может упасть со своего трона. К чему Джарлакс и стремился своей ложью. На самом деле ставки вовсе не менялись так, как следовало из его слов, даже немного приблизились к паритету, но Джарлакс добивался ее расположения, а Верховная Мать Мэлис не будет тратить силы, чтобы копаться в грязи и выяснять, каким было соотношение, когда неназванный агент Джарлакса размещал ее совсем не маленькую ставку.
– Мастер оружия Верховной Матери Биртин мертв? – осведомилась Мэлис.
– Я думаю, он выжил. По крайней мере, когда я уходил, им занималась жрица, и рана начала затягиваться.
Мэлис недовольно заворчала.
– Это уже не имеет значения, – быстро добавил Джарлакс, не желая продолжать обсуждение этого неприятного обстоятельства. – В любом случае Авинвеса недолго будет служить Верховной Матери Биртин в этом качестве. Он просто греет рукояти мечей для настоящего аристократа Фей-Бранш.