Предел не положен
Но он быстро понял, что этого не произойдет, и даже обладание колоссальной силой не защитит его от ужасных порождений Бездны. Смертные существа Гаунтлгрима не в силах его победить.
Бренор резко открыл глаза и кивнул.
– Нам нужен план, – сказал Джарлакс, стоявший прямо перед троном.
Стена зала задрожала.
– И как можно скорее, – добавил наемник.
– Дай мне своего коня, – настаивал Закнафейн, стоя немного в стороне с оружием наготове.
Бренор, не переставая кивать, спрыгнул с трона.
– Бренор, – окликнул его Джарлакс.
– Что ты узнал, любимый? – спросила королева Маллабричес.
– Да, что за мысль появилась у тебя в голове? – поддержала ее королева Таннабричес.
– Как ты сказал: что требуется для победы над этой тварью?
– Владыка демонов. Бог, – ответил Джарлакс.
– Соберите мне пять давилок и пять команд, – обратился Бренор к своим королевам.
– Здесь? – скептически спросили они, в то время как стена опять вздрогнула.
Казалось, у них совсем не осталось времени.
– Не-а, внизу, – ответил Бренор и в упор посмотрел на Джарлакса. – У меня есть план.
– Дай мне своего коня, – опять потребовал Закнафейн уже через миг, как только они отошли в сторону от остальных. – Если я намерен следовать примеру своего сына, я должен защитить друзей от опасности.
– Ты уверен, что сможешь ускакать от этой твари?
Закнафейн пожал плечами.
– Я думаю, надо попробовать, и бежать к открытому пространству лучше, чем позволить чудовищу загнать меня – нас – в угол в этих тесных тоннелях.
– Бренор сказал, что у него есть план, – напомнил ему Джарлакс.
– Похоже, твоя вера в него очень сильна.
То, как Джарлакс взглянул на Бренора, подсказало ему, что вера не настолько глубока, как он предполагал: на лице наемника он видел тревогу.
– До этого мы предлагали ему верить в нас, – заметил Джарлакс.
– До этого мы подвергали опасности только самих себя.
– Дзирт доверился бы Бренору, – решительно заявил Джарлакс. – А Закнафейн?
– А Джарлакс? Я тебя знаю. Я знаю тебя дольше, чем кто-либо вокруг, и потому подозреваю, что у тебя имеется какой-то выход на тот случай, если дворфу не повезет.
– Правда? Ты меня ранишь.
– И другие, возможно, тоже, – сказал Закнафейн. – Ты держишь этого коня наготове, и если уйдешь и не сможешь взять меня с собой, было бы неплохо, если бы ты перебросил скакуна ко мне, чтобы и я получил шанс выбраться.
– А не лучше было бы сделать так, чтобы ты не смог сбежать? Я имею в виду твое отношение.
– Звучит разумно. Но ты тоже давно со мной знаком и понимаешь, что я, возможно, найду способ уцелеть и тогда обязательно отыщу тебя.
Джарлакс нарочито громко вздохнул:
– Ах, Закнафейн, как хорошо, что ты вернулся.
– Лучше, чем ты себе представляешь, Джарлакс. Если бы меня здесь не было, этот паук, возможно, преследовал бы тебя.
К ним торопливым шагом вернулся Бренор, и Джарлакс закончил разговор задумчивым «гм-м».
Глава 22. …Учитель-мучитель…– Яне вижу ее глаз! – крикнула Альвильда Маргастер своей кузине Инкери. – Ее красивых серых глаз, таких сияющих, таких прекрасных!
– Ты думаешь, что сейчас это важно? – раздраженно отозвалась Инкери. – Перед нами открыт весь Север.
– Моя маленькая девочка.
– Заткнись! – заорала на нее Инкери.
«Заткнись», – приказал другой голос в голове Альвильды, голос, похожий на рык злобного гиганта с полным ртом жалящих ос.
– Возьми меня, – услышала Альвильда саму себя, но голос был не ее, а все того же демона.
– Да, – отозвалась Инкери и быстро сняла свою золотую цепь с крупным опалом, протянула его Альвильде и требовательно махнула второй рукой, приказав: – Дай мне твое ожерелье.
– Ничего я тебе не дам, – отказалась Альвильда, вернее, хотела отказаться, потому что слова превратились в неразборчивое бормотанье.
Они уже много раз менялись ожерельями, и всегда по настоянию Инкери. Она не знала, что за игру вела ее кузина, но демоны в каждом ожерелье были разными, и тот, который сейчас находился в подвеске Альвильды, обладал большим могуществом.
– Дай мне твое ожерелье, или будешь убита, – предостерегла ее Инкери.
Боль наконечником копья внезапно впилась ей в лоб, мысли спутались, и Альвильда даже не дослушала команду. Но это уже не имело значения, контроль над телом перехватило живущее в ней существо, и руки сняли через голову ожерелье, состоящее из золотой цепи и крупного рубина.
Альвильда ощутила разрыв контакта, но к тому времени ее собственное тело уже передало драгоценность Инкери, и та держала в руках оба ожерелья, по-прежнему протягивая кузине опал.
Альвильда отшатнулась.
– Думаешь, разумно предавать нас, сестренка? – осведомилась Инкери, воспользовавшись ласковым прозвищем, напоминавшим об их особой связи.
Альвильда была ее кузиной, а не сестрой, хотя воспитывались они вместе.
– Ты дала ей браслет, – обвиняющим тоном заявила Альвильда, подстегиваемая своим гневом.
– И существо внутри него в эти неспокойные времена защитит твою дочку Шэрон.
– Нет! – закричала Альвильда. – Нет, тысячу раз нет! Оно забрало ее глаза.
– Оно их не трогало.
– Кто же тогда? Какой демон? – потребовала объяснений Альвильда.
– Я не знаю, – призналась Инкери, но совсем другим голосом, голосом гиганта, который обитал в голове Альвильды, когда ожерелье было на ней. – Это неважно.
– Как ты можешь так говорить?
– Надень ожерелье, – приказал демон внутри Инкери, и в подкрепление приказа Инкери начала расти, руки и ноги стали огромными и сильными, волосы растрепались и приобрели оранжевый цвет, а лицо превратилось в морду орангутанга.
– А если не надену? – неуверенно пробормотала Альвильда.
Слова еще не успели затихнуть, как стоящий рядом монстр, уже не Инкери, а старший демон, известный как Барлгура, с устрашающей скоростью бросился вперед и схватил ее одной мощной рукой, словно детскую тряпичную куклу. Он поднял ожерелье над головой Альвильды, и женщина инстинктивно попыталась уклониться.
Барлгура сжал ее так, что перехватило дыхание, она упала на колени и сжалась в комок, стараясь превозмочь боль. Она чувствовала, что треснуло ребро. Она чувствовала, как сжалось ее сердце.
Ожерелье легло ей на шею, и Инкери – неожиданно она снова стала Инкери – отпустила ее.