Предел не положен

Далия выставила руку в блок, почувствовала, как ломается кость, и обнаружила, что летит спиной вперед. Она еще успела сгруппироваться и погасить инерцию удара, но все-таки перекатилась через голову и поморщилась от боли, пытаясь подняться и снова приготовиться к бою.
Потому что демон уже приближался.
 
Сквозь туманящую мозг пелену сонного яда Альвильда ощутила внутри себя поднимающегося демона и его стремление захватить контроль. На этот раз все было по-другому, ее охватили возбуждение и жажда активности, возникло ощущение двойственности – мысль о том, что демон – это не отдельное от нее существо.
Что она сама демон.
Она увидела приближающегося хафлинга, знакомого под именем Реджис Тополино из Виноградной Лозы – такое жалкое существо. Но затем открылась дверь, и Альвильда не могла проигнорировать вошедшего ребенка.
Ее ребенка.
Ее возлюбленную дочь Шэрон.
Шэрон взглянула на хафлинга и улыбнулась, и Альвильда почувствовала, что Реджис, несмотря на свое отчаянное положение, после проявления отношения к нему маленькой девочки почти полностью успокоился.
Благосклонного отношения Шэрон.
Альвильде это было непонятно, но она неожиданно отпрянула назад и опустила смертоносные клешни.
Она услышала рев глабрезу. Он отдавался гулом в каждой частице ее тела и разума. Рев яростный, угрожающий, злобный и требовательный.
– Все в порядке, мамочка, – сказала Шэрон, и слова пронзили Альвильду разрядом молнии.
Она очнулась, словно ото сна.
Глабрезу взревел.
Альвильда Маргастер, мать стоящего у двери ребенка, так сильно затронутого скверной, взревела еще громче.
Огромный глабрезу прыгнул.
От лица хафлинга отлила кровь.
Но демон пронесся над Реджисом и еще до приземления бросился в атаку, сомкнув клешни на поясе и шее Барлгуры!
 
От схватки могущественных демонов содрогнулась не только комната, но и весь дом, клешни глабрезу оставляли глубокие раны, кулаки Барлгуры молотили демона с собачьей мордой.
Далия не могла не воспользоваться предоставившейся возможностью и ткнула посохом в морду Барлгуры, выбив ему один из клыков. Сцепившиеся демоны откатились в сторону, и тогда она отдернула тройной посох и снова стала раскручивать, накапливая энергию, а потом соединила все части в единое целое. Сломанная рука отзывалась болью на каждое движение, но Далия не могла медлить. Только не сейчас.
Барлгура поднялся, таща за собой глабрезу, и обе его массивные лапы сомкнулись на клешне, вцепившейся в горло. Мышцы у него вздулись под кожей буграми, но он продолжал разжимать клешни, пока не сломал один коготь у самого основания, отчего глабрезу пронзительно взвизгнул.
Схватка должна была скоро закончиться, так что Далия решила действовать наверняка и ударила основанием посоха прямо в морду Барлгуры, потом ловко вывернула оружие вниз, подцепив массивное ожерелье, и выпустила заряд энергии. От мощного разряда голова демона дернулась назад, а толстая цепь с рубиновой подвеской лопнула, и Барлгура на мгновение замер.
Рубин отлетел в сторону, Инкери Маргастер инстинктивно перехватила контроль у оглушенного демона, и массивная туша приобрела форму женского тела, хотя и ненадолго.
Но этого мгновения глабрезу хватило, чтобы взмахнуть лапой с поврежденной клешней и единственным оставшимся на ней когтем рассечь и без того раненое горло женщины.
Инкери-Барлгура снова начала превращаться в демона, но процесс прервался, и чудовище с почти отрезанной головой, оставшееся наполовину женщиной и наполовину демоном, завалилось набок.
Глабрезу прыгнул навстречу Далии, но и демон, и эльфийка мгновенно отпрянули, когда между ними появилась маленькая рыжеволосая девочка.
– Дай мне твое ожерелье, мамочка, – ласково попросила она.
Глабрезу задрожал от внутренней борьбы двух существ.
Маленькая девочка вскарабкалась по телу глабрезу, и ее удивительно ловкие и умелые пальцы завладели серебряной цепью с молочно-голубым камнем.
Глабрезу затрясся, девочка покатилась на пол, потом подбежала к Далии, а та хотела было отпрыгнуть, но заметила второго ребенка, все еще улыбавшегося от двери.
Маленькая девочка рядом с ней протянула ей ожерелье.
– Уничтожь его, мамочка, – прошептала она.
Демон съежился, стал Альвильдой, потом снова глабрезу и опять Альвильдой, и в этот момент лунный камень внезапно сверкнул, принимая в себя дух.
Альвильда Маргастер упала.
Маленькая девочка рядом с Далией снова стала Реджисом. Он торопливо пошарил в своей волшебной поясной сумке и достал флакон с темной жидкостью. Хафлинг выдернул пробку, бросил внутрь ожерелье и снова запечатал флакон.
Далия шагнула вперед с намерением прикончить Альвильду, но Реджис схватил ее за руку:
– Нет!
– Ты не смеешь…
– Нет, умоляю тебя, – попросил он. – Она уже не представляет для нас угрозы.
Он изо всех сил потащил Далию назад.
Эльфийка сердито заворчала.
– А что делать с ней? – спросила она, кивнув в сторону двери, где стояла девочка.
Снаружи в холле послышались голоса – наверняка стражники.
– Они боятся этого ребенка, но это ненадолго, – сказал Реджис. – Торопись, надо бежать!
Реджис подскочил к упавшему кокону. Ему было страшно, но других вариантов не осталось, поэтому хафлинг нагнулся, взвалил кокон на плечо и на трясущихся ногах шагнул к большому окну, расположенному на этаж выше главного входа.
Далия помогла ему, насколько позволила сломанная рука, а когда они добрались до окна, она не стала тратить время на поиски защелки, а ткнула Иглой Коза, выпустив оставшийся заряд, которого хватило, чтобы стекло покрылось паутиной трещин и осыпалось на мостовую.
В коридоре послышались крики.
– К передней двери! – скомандовал кто-то.
Реджис подскочил к подоконнику и подтолкнул свою ношу вперед.
– Прости меня, – прошептал он и позволил кокону вывалиться наружу, а потом и сам перекатился через подоконник, вздрогнув от жуткого звука удара внизу.
Далия в отчаянии спрыгнула вслед за ним, проклиная хафлинга и суля жестокие кары, но кокон остался цел.
– Экипаж! Быстрее! – скомандовал Реджис.
Он снова начал поднимать кокон.
– Ох, ты мне заплатишь за все, – бормотал он, обращаясь к грозному мужчине внутри. – Если ты еще жив.
Как ни странно, но он искренне надеялся, что Артемис Энтрери еще жив – он сам удивлялся, насколько сильной была эта надежда.
Подъехала Далия, соскочила со скамьи и распахнула дверцу изящного экипажа, а потом помогла Реджису поднять Энтрери внутрь. Реджис первым запрыгнул на сиденье кучера, щелкнул поводьями, упряжка покатила экипаж по мостовой, и в этот момент передняя дверь распахнулась, и им вслед понеслись крики.