Завоеванная драконом

Решимость Вейрона пугает меня. Он не сомневается, что поймал ту самую. Которую столько лет искал. Причину стольких бед драконов.
– Что ты сделала с драконьим оракулом, почему он не работает? – рычит дракон.
Что? Так та штука и есть тот самый древний драконий артефакт?!
И он не работает…
 
32
– Говори или прямо сейчас за все ответишь!
Серебряные путы на шее ведьмы явно сжались сильнее, она задергалась и посинела.
– Отпусти, Вейрон! Так она точно ничего не скажет.
– Беатриса ведьма, Марианна, и поопытнее тебя. Она опасна, – с презрением говорит дракон, но все же ослабляет магическую хватку. – Это она предала драконов много лет назад и украла драконий оракул. Что ты с ним сделал, отвечай?!
– Нет, в ней больше нет прежней силы, – уверенно заявляю я, действительно, не ощущая родной силы, Беата не врала. И, подумав, решаю, признаться. – И она не причинит нам вреда. Это Беата, моя служанка.
Взглядом дракона можно было прорубать новые тоннели. Я даже вздрогнула и нервно вцепилась в край дорожного плаща.
– Ты знала? – в голосе дракона слышится горечь разочарования, от которой у меня все внутри скручивает.
– Я только этой ночью узнала, и не знала, как об этом рассказать… Прошу, дай ей шанс. Она все расскажет.
Рискую попасть под горячую руку, но все равно подхожу к мужу и осторожно опускаю ладонь на широкое плечо. Его мышцы похожи на камень, разве что не холодные, а пылают огнем. Дракон в гневе и огонь внутри него бушует. Но меня не обжигает, и я продолжаю его уговаривать.
– К тому же ты нашел артефакт, это уже что-то да значит.
– Он будто пустой, от такого нет никакого толка…
Вейрон не договаривает. Резко отпускает Беату, и та падает на пол.
– Без ключа артефактом теперь не воспользоваться, – откашлявшись говорит женщина. Она все еще потирает место, где были магические путы.
– Где этот ключ?
– В надежных руках.
Я хмурюсь и ничего не понимаю.
– У меня нет никакого ключа, – отвечаю Вейрону, который смотрит на меня с нехорошим подозрением.
– Где он? – возвращается дракон к допросу Беаты.
Взгляд служанки на мгновение останавливается на мне. Она вообще старается смотреть куда угодно, только не дракону в глаза.
– Есть вещи, которые я не могу сказать, как бы того не желала.
Вейрон молчит. А мне в голову приходит догадка, которую я незамедлительно озвучиваю.
– Печать молчания, она тоже ею связана.
– Нет, – не соглашается со мной Беата, и тут же поясняет. – Сестринская клятва, но тоже… очень сильная. Обойти ее хотя бы немного очень трудно.
– Кстати, о силе, – вспоминает дракон. – Почему у тебя нет больше ведьмовской силы?
– Я много лет назад отдала ее, чтобы спасти жизнь новорожденной, судьба которой была слишком важна и на то, чтобы создать ключ.
Вейрон как-то неопределенно хмыкнул, уперев руки в бока и оценивающе посмотрел на Беату. Будто прямо сейчас решал ее судьбу.
– Поднимайся, мы идем в замок. Там расскажешь остальное.
Беата не увиливала от вопросов, но все равно говорила загадками. Я уже знала, что спасенная жизнь моя. Но почему она не сказала об этом повелителю сейчас? И почему не говорит прямо, где ключ от драконьего оракула.
Вейрон смотрел на ведьму с непроницаемым выражением, только хмурый взгляд выдавал его недовольство. А я пыталась быстро придумать как отсрочить возвращение в замок. Моя-то задача еще не исполнена.
Но Беата меня опережает.
– Нельзя в замок, у вас еще тут имеются незаконченные дела.
– Она никуда не денется, – вставляю я свое слово, глядя на хмурого дракона, и пока он молчит выпаливаю на одном дыхании. – Драконий оракул у тебя. А мой отец где-то здесь и может стать жертвой монстра в любой момент.
– Монстра? – переспрашивает Вейрон.
В ответ я быстро киваю. Мысленно ругая себя за то, что не попробовала рассказать дракону о том ведении, которое показала мне ведьма, когда вручила кинжал. Похоже, печать молчания на эту информацию не распространялась. Или я смогла подать информацию достаточно завуалировано.
– Того саблезубого медведя? – уточняет Вейрон.
– Да, – радуюсь, что могу ответить.
Я не могу быть уверена, что отец рядом с Калебом. Но не говорить же нынешнем мужу, что я видела рядом с монстром своего жениха. Бывшего или несостоявшегося. Даже не знаю, как правильно его называть. Чувствую, ему это не очень понравится.
– Ладно, ты идешь с нами, – не стал упираться дракон.
– Конечно, иду с вами, – фыркает Беата, будто и не была на волоске от возмездия повелителя драконов. – Вы же не знаете куда идти, а я знаю.
Что?!
На мгновение захотелось придушить свою старую служанку. Внешность у нее, может, и поменялась, и не такая она теперь старая, но характер остался такой же скверный. Вредная… Теперь понятно почему. Пусть и без сил, но все же ведьма.
– Ты все это время знала, где искать отца?! – не могу я сдержаться.
Чувствую, как гнев поднимается внутри огненной волной. И, будто отвечая на него, стены вдруг задрожали.
– Полегче, девочка, похоронишь нас тут раньше времени, – предупреждает меня Беата, оглядываясь с опаской. – Силу прибереги, она тебе еще пригодится.
Вейрон смотрит на меня внимательно. И под его взглядом я остужаю пыл. Даже не заметила, как вместе с эмоциями всколыхнула магию. Раньше такого не было.
Пришлось быстро брать себя в руки.
Беата отряхивает юбку, поправляет платье и собирает волосы в тугой хвост. А потом уверено ведет нас к одному из тоннелей.
Вейрон мрачнеет, когда мы подходим ближе.
– Ты уверена, что нам туда?
– Да, еще как.
Какое-то время мы идем молча. Часы тянутся, но я не ощущаю усталости. Все внутри кричит о том, что я скоро встречусь с отцом. Но все же вопросы не оставляют меня.
– Почему ты не помогла с поисками?
Уже спокойно спрашиваю у Беаты. Но бывшая ведьма не торопится с ответом, играя на моих нервах.
– Твой отец нашел то, что искал. Хотя стабилизировать портал так и не смог, возвращаясь с той стороны, он попал в ловушку моей сестры, – снизошла она до ответа. – Сама я не могла спасти его. Нет у меня больше магии. Зато тебе это вполне под силу.
На языке вертятся ругательства. Если бы она рассказала раньше. Все сложилось бы по-другому.
– Я не могла позволить тебе делать это в одиночку, – говорит Беата, будто прочитав мои мысли. Оборачивается на дракона, как-то странно ухмыляется. – А теперь у тебя есть защитник.