Ящер (СИ)

Я кивнул и готов был уже попрощаться, как меня остановил Камнев.
— Макар, насчет Ерохиной. Не стоит.
Мне в горло и сердце с башкой мигом будто кто ракетного топлива плеснул.
— Слушайте, мужики, я вас уважаю, но тут ни хера не ваше дело! Лиза и я — взрослые люди, и что там между нами никого не *бет.
— Ты — взрослый и мужик, а Ерохина еще сопля зеленая, — возразил Андрей. — Тебе она на поиграться ведь, а девчонка вдруг решит все всерьез воспринять. Может срезаться с первой же попытки, а она перспективная.
— А я вам говорил, что ваша эта идея — херня, и мнения своего не изменил. Признаю, что Лиза сработала четко, и я ей, вполне вероятно, жизнью обязан, но самого факта, что бабы не должны подобным заниматься, это не меняет. А насчет у кого там чего серьезно или поиграться, повторюсь — не ваше дело. Срастется там или нет — кто знает? В конце концов, я ее в койку насильно тащить не собираюсь, а хоть в ресторан сводить в благодарность — святое дело.
— Не собираешься? Да кому ты паришь, Лебедь? На тебя раз взглянуть было, и понятно, что ты один сплошной ходячий стояк на Лизку. Небось девку-то вызвал в качестве средства для экстренного спускания пара? — Ну, для чего бы ни вызвал, чего вспоминать теперь. — Надеюсь, у Ерохиной мозгов хватит понять, что нельзя воспринимать всерьез мужика, такое исполняющего.
Угу, а не хватит, так найдётся кому подсказать, да, Боев? Так что, надо девочку из зоны твоего влияния выдергивать, а то ты мне своим брюзжанием реально все обломать сможешь. Вот был же свободный стрелок — душа человек, а теперь окольцевался и весь испоганился, правильный, смотри, до тошноты.
— Да чья бы мычала, — снова огрызнулся я. — Ладно, я на связи. Пошел, а то дел еще полно.
— Деловой, бля. Смотри лоб не расшиби, через стояк спотыкаясь, — пробурчал язвительно Андрюха мне вслед.
Пошел по коридору на гул мужских голосов, перемежаемый редкими взрывами смеха, и нашел мою Ерохину в окружении целой толпы молодых самцов из орионовской опергруппы. Походу, псевдодружеское общение тут у нас. Потому как девушка-то может с ними как с друзьями, а эти молодые голодные волки на нее совсем по-другому пялятся. Жрут глазами, прямо как я сам. Но мне — можно, и не только глазами, а этим щенкам — хрен на рыло. Распихал плечами всех, подошел, прижал по-свойски Лизу к своему боку, обхватив за талию.
— Разбор полетов окончен, можем идти, — сообщил ей, удержав, когда попыталась незаметно рыпнуться и создать больше дистанции.
Ерохина косо зыркнула, но попрощалась со всей компанией и позволила себя увести на улицу.
— Блин, мы же без колес, — сообразил я и, отпустив девушку, подошел к краю проезжей части. — Придется тачку ловить до гостиницы.
— Не стоило, — проворчала она мне в спину. — Я тут все же работаю.
Если все пойдет, как я хочу, то уже нет, девочка. А пока типа я ничего не услышал. Только чего это ты так распереживалась? Есть кто на примете из тех жеребцов? Или уже было с кем-то что-то? Ну так, было и прошло, ягодка моя аппетитная.
Частника тормознуть удалось минут через пять и до гостиницы мы ехали молча. Жалеешь, девочка, что сгоряча смело пообещала мне многого и теперь обдумываешь пути отступления? Бывает.
— Я наверное домой… — начала Лиза, но я опять чуток глуховатого сыграл.
— Ух ты, время-то как пролетело! Уже пять, а нам к полседьмому на ужин к моему местному бизнес-партнеру! — махнул я перед ней запястьем с часами. — Лиз, успеешь собраться или будем опаздывать?
— Успею, конечно, — ответила она после короткой заминки, сопровождаемой пристальным взглядом на меня, который я тоже типа не заметил.
Артур подорвался с дивана в гостиной, а умытая и спокойная Таня осталась сидеть, глядя на нас с любопытством.
— Все нормально, — сказал ей, протягивая паспорт и деньги. — Артур, пойдите и договоритесь насчет номера для девушки. Отправкой домой завтра уже займемся.
Таня принялась благодарить, снова разревевшись и пытаясь полезть обниматься то ко мне, то к Лизе, но наконец удалось их с Артуром выпроводить.
 
— Лиз, вещи твои тут, так что ты располагайся и собирайся. Я пойду душ приму у охраны в номере и переоденусь там же, — прихватив вешалки со шмотками, я смотался, не дав девушке повода и времени засомневаться.
Обратно к двери своего номера вернулся не в состоянии уже перестать скалиться и стукнул костяшками.
— Лиз, ты готова?
Дверь распахнулась, девушка шагнула наружу и-и-и… Я в полной жопе. Мне конец. Серьезно.
— Твою же ж…
В той гребаной примерочной мне башню покосило от ее переодевания, но сейчас и вовсе крыша усвистала с одного взгляда, и это без всякого стриптиза! Ткань синего струящегося платья ее не просто обтекала — прямо-таки страстно облизывала каждый изгиб, мигом заставив зазудеть мои руки и губы от зависти. Лиза собрала волосы в простой высокий хвост, заставив заподозрить ее на пару мгновений в изощренном издевательстве. Как мужик может смотреть на все это роскошное великолепие открытой кожи и не покуситься на него, оставаясь при этом в своем уме? Ответ — никак, чудом разве, и я его совершил, хоть и не хотел.
— Что-то не так?
Все не так. Соблазнять тебя я как буду, если ты мне сходу чердак своротила и заставила способность к связному произнесению слов иммигрировать в область промежности.
— М-м-м… Все так. Ты выглядишь… — ох*енно, так, что за ребрами внезапно заболело. — Хорошо.
— Ладно. Идем тогда? — и пошла вперед, покачивая бедрами на тех самых, выбранных моей же прихотью, туфлях на каблуках, вколачивая каждым шагом мне их не иначе, как прямо в сердце и отупевшую от похоти башку.
— Макар? — оглянулась, подтягивая меня вопросительным взглядом к себе, как дурацкий шарик на веревочке.
Эти открытые плечи, шея, изящные руки… Эти губы, взгляд, от которого дыхание перехватывает и во рту сохнет, грешные изгибы под подлой тряпкой, тонкие лодыжки, которые до смерти хочу ощутить на своих плечах… Как быстро интересно можно свернуть долбанный деловой ужин, не вызвав у Лизы подозрений? Сколько влить успеть в нее шампанского при этом, чтобы никакие тормоза не включились? Факт возможной обиды будущего партнера вообще в башке не всплыл.
Дороги до ресторана не помню, под моим неотрывным взглядом Лиза порозовела щеками и под тонкой тканью обозначились соски, и я сжимал зубы, сглатывая и запрещая себе представлять, как вжираюсь с налету в ее губы и заваливаю на сиденье, подминая и вклиниваясь между ног.
Виктор Ливадный — мой партнер — уже дожидался, оказывается, и нас проводили в отдельный кабинет ресторана. И только тут я смог собрать немного не стекших в яйца мозгов и обратить внимание на то, что он какой-то дерганый. При рукопожатии его ладонь тряслась и была противно влажной от пота, а глаза бегали.
— Присаживайтесь, — указал он подрагивающей рукой на стол.
— Еще кто-то будет? — нахмурился я, заметив, что приборов на нем что-то многовато.
— Да, кое-кто… Тут люди одни пообщаться с тобой хотели… — откровенно заюлил Виктор, и моя забитая в угол сознания интуиция наконец очнулась.
Жаль только с опозданием, потому как вслед за нами в кабинет ввалился колоритный тип в малиновом пиджаке, с толстой золотой цепью с сиротским полукилограммовый крестом поверх черной рубашки, а за его спиной маячили еще несколько громил в кожаных куртках со зверскими рожами.
— Ну ты эта… Присаживайся, фраер залетный, и куклу свою сажай, — радушно-угрожающе предложил-приказал новый персонаж, поигрывая четками в пальцах с массивными перстнями и виднеющимися из-под них синюшными наколками. — Перетереть надо нам за жизнь и твою удачную работу на нашей земле.
— А что не так с моей будущей работой? — спросил, прекрасно понимая, что услышу в ответ.
— Так не будет ее, если не договоримся. Склады сгорят, производство опять же пострадает, людишки забастуют. Места у нас такие. Без надежной крыши — никак. А надежная крыша — дело не дешевое.
— А я все же рискну без нее обойтись. — ухмыльнулся в раскормленную рожу, сжимая руку Лизы и сигнализируя сместиться мне за спину. Куда там!