Эпсилион. Буфер обмена
– Так и будем молчать? – не выдержал затянувшейся паузы Немов.
Нужно было что-то сказать, но я смотрела на него и не понимала, что за человека сидит передо мной. Тогда, в Эпсилионе, я готова была умереть, лишь бы навсегда остаться вместе с Деном, разделить с ним жестокую судьбу. Но вот только кто сейчас смотрит на меня до боли знакомыми глазами?
– Я думала, Вы погибли.
– Погиб мой аватар ДЕН, я, как видишь, живой, – улыбнулся уголками губ Немов, не сводя с меня пристального взгляда, словно пытаясь прочитать мои мысли.
– Аватар не может погибнуть – это проекция сознания пользователя, перенесённая во время подключения к виртуальной реальности в Сеть, – машинально поправила я.
– Это как посмотреть, – хмыкнул Дима. – В современном мире если нет аватара, то нет и человека.
– Я не совсем поняла, о чём Вы?
– Вы? – нахмурил брови Немов, а потом демонстративно оглянулся. Обведя пустую аудиторию взглядом, он ехидно заметил: – Так я, вроде, один тут. Или ты еще кого-то видишь?
– Очень смешно, – фыркнула я, когда поняла, что он надо мной потешается.
– Мы ж всегда раньше на «ты» были, вот я и посмотрел, может не увидел кого рядом, – пожал плечами горе шутник.
– На «ты» я была с Деном, а Вас я совсем не знаю, – вспылила я, ощущая горечь предательства.
Он профессиональный хакер, один из лучших программистов страны, что для него обычный геймер, случайно встретившийся на пути в виртуальном пространстве пару месяцев назад? Он обманом затащил меня в Эпсилион, заставил поверить в реальность происходящего, а потом беззастенчиво использовал в своих целях. Нестерпимо захотелось влепить пощёчину по его наглой физиономии.
– Полностью с тобой согласен, – неожиданно заявил Немов, отвлекая меня от кровожадной мысли разбить ему нос. – Так давай познакомимся заново. Дима.
Он протянул руку с открытой ладонью, а я замерла на месте, не решаясь ответить на приветственный жест.
– Неужели ты меня настолько презираешь, что даже руки мне пожать не можешь? – насупился парень с протянутой ко мне рукой.
– Могу, – неуверенно отозвалась я, так и не решившись на рукопожатие.
– Но общаться со мной не желаешь, как я понимаю, – резюмировал Дима, опуская руку.
– Это Вы не хотите со мной общаться. Это от Вас три месяца не было никаких известий. Это Вы даже не удосужились сказать, что спаслись после перезагрузки Системволд! – моя боль с криком вырвалась наружу, слезы предательски покатились по щекам.
На миг Дима завис, явно не ожидая от меня такой реакции, а потом подошел ближе и обнял за плечи. Уткнувшись ему в грудь я разрыдалась.
– Ну, ты чего? – тихо прошептал парень мне на ухо, несмело гладя по голове. – Всё же хорошо.
– Почему? Почему ты не сказал, что жив? – захлебываясь слезами прошептала я, не отрывая головы от его груди, оставляя разводы туши для ресниц на светлой рубашке.
– Прости, но я не мог тебе позвонить или встретиться раньше. Пойми, на то были причины. А в виртуальность я не смогу зайти ещё несколько месяцев. У меня просто не было возможности сообщить тебе, что я жив.
– Почему ты не можешь зайти в виртуальность? – всхлипнула я.
– Я жду удаления своего аккаунта в Эпсилионе. Ты же знаешь, что разработанная совместно с нейрофизиологами программа подключения к виртуальному городу, с использованием специальных приложений, позволяет работать компьютеру и человеческому мозгу в синергии. И при такой схеме работы создаваемый в системе аватар являлся цифровой проекцией сознания юзера, – я согласно кивнула, – с особенностями работы в Эпсилионе я была отлично знакома, и Дима продолжил: – Учитывая наличие у человека всего одного мозга, аватар, создаваемый в Эпсилионе, обычно тоже один. При всех своих возможностях изменить внешние параметры аватара я не могу изменить своё сознание. Для поддержания легенды о своей гибели я никогда больше не должен выходить в Сеть под старым ником ДЕН, иначе меня сразу же идентифицируют агенты ГОКБ и служба безопасности Системволд.
– И что, теперь ты вообще не сможешь выйти в Эпсилион? – ужаснулась я, ведь вся жизнь хакера была связана с виртуальным городом. От этой новости слезы мгновенно высохли.
– Мне нужно подождать до нового года, когда искусственный интеллект, управляющий Эпсилионом, запустит очередной цикл очистки памяти от ненужной и не используемой информации, к которой, после дополнительного вмешательства, и будет отнесен мой аккаунт. После обновления данных Эпсилиона я смогу заново пойти регистрацию в Сети под новой учетной записью, навсегда удалив из виртуальной памяти свою предыдущую личность.
Со смешенными чувствами я слушала его объяснения. С одной стороны, я была рада, что у него имелись веские причины, не позволившие рассказать о своём спасении мне раньше. Но с другой стороны, не отпускало чувство тоски и сожаления, что я никогда больше не увижу привычного для меня Дена.
– Ну что, мир? – спросил Немов, отрывая меня от своей груди и заглядывая в зарёванные глаза.
– Угу, – всхлипнула я, попытавшись вытереть с его рубашки оставленные мою следы туши.
– Ага, давай, разотри ещё сильнее, чтобы было заметнее, – хмыкнул Немов, проследив за моей неудачной попыткой очистить его рубашку. – Меня и так на кафедре считают ненормальным за занятия в реальности, так теперь ещё скажут, что я студенток до слёз довожу.
– Ты бы предпочёл следы от губной помады? – съязвила я.
– О моих предпочтениях ректор не спрашивал, но дал чётко понять, что за губную помаду, оставленную студентками на мне, уволит, – засмеялся Немов.
После этого разговора он и предложил мне поучаствовать в новом проекте "CIM-безопасность", в очередной раз воспользовавшись моим талантом находить выходы из любых помещений виртуального города. Помимо гонорара за работу, в качестве дополнительного бонуса я получила почти ежедневное общение с директором компании, то есть с Димой. Хотя общение по большей части было либо по работе, либо по учебе, но каждый день я с нетерпением ждала его звонка, чтобы увидеть зеленые глаза и услышать его голос.
Дмитрий Евгеньевич быстрым шагом вошел в аудиторию, поприветствовал студентов и в пару кликов скинул персональные задания каждому студенту.
– Шпаргалки, компьютеры, телефоны можете не прятать, – недобро усмехнулся он. – Разрешаю использовать любые подручные средства, если конечно сможете найти ответы.
По аудитории разлетелся нестройный шёпот разочарованных голосов и вздохов, стало понятно, что молодой преподаватель приготовил для нас нечто особенное. Открыв окна своих индивидуальных экзаменационных заданий на планшетных компьютерах, мои одногруппники с усердием принялись стучать по клавишам интерактивной клавиатуры, пытаясь найти решение поставленным задачам. Последовав их примеру, я открыла окно своего теста.
– Дмитрий Евгеньевич, тут какая-то ошибка, – позвала я преподавателя, прочитав условия для написания исходного кода.