Претендент
И на том первом свидании, и на последующих они с Ником много говорили, теперь уже не только о сыне и семьях. По сути, они только начали узнавать друг друга, потому их разговоры стали больше походить на исповеди. Элис поймала себя на мысли, что ей вовсе не хочется выглядеть в глазах Ника лучше, чем она есть на самом деле. Удовольствие быть самой собой ей знакомо, но искренняя заинтересованность в этом другого человека — нет.
С Ником было так легко, что она даже как-то рассказала ему об Алане, хотя тема бывших в самом начале отношений всегда и для всех — табу. Разумеется, она прекрасно отдавала себе отчёт, что такой мужчина как Ник Холланд монахом не был, и совершенно не собиралась забивать себе голову информацией об его прошлых связях.
И всё же следующий вопрос не задать не могла:
— Почему ты никогда не был женат?
— Потому что ещё не встретил тебя.
Ответ хоть и был предсказуем, но Элис он всё же рассмешил.
— Хочешь сказать, это что-то вроде благословения на будущее — встреча со мной? Что после меня — хоть потоп? Ну, давай, польсти моему самолюбию.
— После тебя — выжженная пустыня, цветочек. И это вовсе не лесть.
Она оказалась вовсе не готова к его серьёзному тону, потому предпочла перевести всё в шутку.
— Это самый необычный комплимент, который мне делали, но всё же я предпочту думать, что ты усердно строил карьеру.
- На самом деле, ты не далека от истины. Пока строилась моя карьера, я мог неделями не ночевать дома.
— Знаешь, мне не очень-то интересно слушать о твоих похождениях…
— Не в том смысле, детка. Когда «Неотек» только выходил на рынок программного обеспечения я работал по восемнадцать часов в сутки. Спал, где работал. Там же ел. Функциональность нашего здания — детский центр, фитнесс-клуб, магазины — это всё из тех времён, когда никто из моей команды не желал тратить время на дорогу.
— Для чего же ты тогда купил тот дом?
— До последнего времени он был всего лишь инвестицией.
Вопрос о том, что же изменилось, так и вертелся у Элис на языке, но озвучить его означало поставить Ника перед необходимостью вести речь о будущем. Опыт предыдущих отношений подсказывал, что чем меньше строишь планов, тем меньше разочаровываешься, когда они рушатся. И пусть она в который раз ругала себя за сравнение двух совершенно непохожих мужчин, Ника и Алана, от прошлой ошибки Элис дала себе слово удержаться: она не будет строить иллюзии, что близкое знакомство с семьёй парня что-то да значит. Не будет форсировать события, подталкивать к решениям, которые он принять не готов. Позволить себе плыть по течению — роскошь, которую она заслужила. Так почему бы не насладиться тем темпом развития отношений, который выберет сам Ник.
Он не любил мессенджеры — сообщения от него всегда были лаконичными. А вот говорить по телефону мог часами. Они действительно не могли наговориться, и часто прощались далеко за полночь. Ник был первым звонившим утром и последним, кто желал Элис спокойной ночи.
В пятницу они ходили в театр, после которого снова был ужин, на это раз в тайском ресторане. Лукас остался с её родителями и, опять же, впервые за долгое время на Элис был новый комплект белья. Врать себе она не привыкла, потому прекрасно отдавала отчёт в своих действиях, предпочитая быть во всеоружии, когда Ник предложит что-нибудь помимо модной пьесы и пад тая с креветками.
Домой она вернулась в одиннадцать. Пусть её губы опухли от поцелуев, и укладка сбилась на бок, всё же в ту ночь и каждую следующую после их свиданий Ник привозил Элис домой.
Она даже предприняла попытку затащить его к себе, но он всегда находил повод отказаться от предложенной чашки кофе или ещё одного пива. И чем страстнее становилось их прощание на пороге дома, тем оно было короче. Николас будто бы сбегал от неё, чтобы на следующий день появиться как ни в чём не бывало.
За ужином во вторник Ник сообщил, что до конца недели уезжает в деловую поездку пообещав вернуться в субботу, чтобы остаток уик-энда провести вместе с ней и Лукасом. В тот вечер Элис предприняла ещё одну попытку пригласить его в квартиру, но Ник уехал настолько быстро, что даже блеск на её губах остался цел.
Из командировки он не звонил, однако сообщения с пожеланиями доброго утра и спокойной ночи для неё и сына слал регулярно. Её звонки переводились на голосовую почту, но Элис так и не нашла в себе силы оставить сообщение. Казалось, начни она говорить, и от слёз не удержаться. Или, наоборот — от истерики. Умом она понимала, что Ник занят, но он настолько приучил её к своему присутствию, что теперь Элис находилась на грани отчаяния от его нехватки.
Она попала в собственную ловушку: плыть по течению оказалось не так уж приятно. А самое противное, что похоже, «трусики силы» от «Агент провокатор» в её случае больше не работали.
Глава 29В субботу утром телефон молчал, что было, с одной стороны, необычно, с другой — вполне ожидаемо. Ник либо возвращался и находился в воздухе, либо отдыхал после ночного перелёта. Игнорируя сосущее ощущение под ложечкой, Элис предпочла сосредоточиться на первом варианте.
Обычно развлечения для себя и сына она планировала заранее, но, разумеется, не на этот раз. С другой стороны, не сидеть же весь день дома в ожидании, когда Ник позвонит. Всегда можно пойти в парк или же в ближайший сквер на детскую площадку.
Однако погода этим утром оказалась под стать настроению, преподнеся неприятный сюрприз в виде снега с дождём и промозглого холодного ветра, дующего со стороны озера.
Прогулка отменялась. За домашние дела браться не хотелось. Оставив сына наедине с мультиками, Элис спустилась в магазин.
— Доброе утро, мисс Элис! — Широкое краснощёкое лицо Энцо расплылось в приветливой улыбке. — Ну и погодка!
— Доброе утро, Энцо. И не говори. Мрак.
— Сеньора София заходила за пекарским порошком. А больше никого и не было. Чувствую, тот ещё будет денёк! Ничего не наторгуем.
— Оно и понятно. Кому захочется высунуть нос из дома в такой-то ливень. Кстати, спасибо, что согласился сегодня выйти.
С самого начала между Элис и её единственным продавцом была договорённость, что по выходным он работать не будет, но Энцо всегда с радостью приходил ей на помощь, с первого дня став больше другом, нежели подчинённым. Что, в общем-то, неудивительно: их отцы приходились друг другу троюродным кузенами.
— Не за что. Ты же знаешь, я всегда рад помочь. Да и дома сидеть — скука смертная. После обеда Ронан обещал зайти — всё веселее. Кстати, твоя мама передала, что ждёт вас с Лукасом на обед.
— Спасибо. Можешь закрыться сегодня пораньше, если хочешь.
— Сориентируюсь на месте. Пятничный отчёт по остаткам на твоём столе. Можешь посмотреть, если хочешь.
— Хорошо. Как раз собиралась этим заняться.