По ту сторону сказки. Околдованные в звериных шкурах

— А что за ущелье сиринов? — заинтересовался Степан.
— Узкое противное, холодное ущелье, заканчивается тупиком. Сирины любят там останавливаться. Понятия не имею почему. Могли бы улетать подальше, где потеплее и поудобнее. Но, по-моему, им нравиться, именно чтобы было уныло и холодно — больше поводов для нытья! — Жаруся сама ничего такого не понимала, поэтому и выражения не выбирала. — Они там с января по май сидят почти каждый год. Подоходить туда смертельно опасно. Заснешь в тоске, можно и не проснуться. Из нас всех там только Катерина может находиться, даже Баюну там плохо будет, очень их много туда набивается и ущелье гулкое, эффект усиливает многократно.
— А Катерина как же? — удивился Ратко.
— Она же сказочница, у неё с нашим миром вообще особые отношения. — рассмеялся Баюн. — Она может любое количество сиринов перенести, да и алкностов тоже, разве что голова заболит ненадолго.
Волк в беседе участия не принимал, был мрачен, и Катерина после ужина попросила его с ней прогуляться.
— Как хорошо, когда никто под ухом не жужжит, куда мне идти, а куда не идти. — проворчал Волк взлетая с Катериной от крыльца.
— То есть, ты меня сбросишь вниз, если я спрошу, не будет ли разумнее Баюна послушаться? — жизнерадостно уточнила Катерина. — Только имей ввиду, что я сейчас сама не полечу, сил уже совсем нет, так что, если сбросишь, упаду и разобъюсь.
— Тьфу! — ответил Волк. — Кать, я не могу тебя отпустить. Ну, как ты не понимаешь?
— Волчок, так и я не могу… Я же и сказку не смогу рассказать, всё буду думать, а вдруг, тебя заметили и подстрелили? А как только меня Жаруся заберет, я сразу же к тебе прилечу! Слово даю! — Катерина погладила волчий загривок. — Ну, пожалуйста, я тебя очень прошу! Очень-очень.
К сказке летели сопровождаемые стонами и жалобами Баюна, которого опять разбудили, не дали толком поесть и вдобавок он летел один на Волке. — Ты специально меня везешь неровно! Там воздушные ямы! Меня укачивает!
— Только попробуй на мне укачаться! Я тебя в реальную яму уроню! А если внизу подходящей не найдется, подниму повыше и сброшу, чтобы ты сам яму сделал. Собой! — отвечал рассерженный Бурый.
Волк с Баюном отстали на подлете к границам царства Кусмана, как и было уговорено, а Катерина и мальчишки спокойно зашли в туман. Сказка нашлась очень быстро. В стороне от дороги лежала гигантская рукавица с вышитыми красной ниткой узорами, и оттуда высовывалась кабанья морда. Катерина и мальчишки спрятались у дороги и Катя начала рассказывать сказку:
Шел дед лесом, а за ним бежала собачка. Шел дед, шел, да и обронил рукавичку. Вот бежит мышка, влезла в эту рукавичку и говорит:
— Тут я буду жить.
Катерина досказала сказку до конца, и, наконец, воочию увидела, как звери рванули из огромной рукавицы, услышав собачий лай, а сама рукавица резко уменьшилась и стала обычной. Туман растаял, старик, подобрав рукавицу ушел вместе с собакой. И только мышка выглядывала из-под коряги, занесенной снегом.
— Кать, я вот чего понять не могу, как это так получается? Рукавица что ли волшебная? — спросил Кир.
— Нет, не рукавица, а норушь. — Катерина внимательно смотрела на блестящие любопытные глазки под корягой. — И не волшебная, а сказочная.
— Чего???
— Ну, норушь первая в рукавицу залезла, чего не понятно-то? Они же пространство меняют, как им нужно. Ты вон сколько времени в междустенье у нас был? Я же тебе говорила, что открыл его норушь Шушар.
— Простите, пожалуйста! А вы знакомы с Шушаром? — норушка уже выбралась из-под коряги и забавно, вприпрыжку пробираясь в глубоком снегу, подбежала к Катерине.
— Да. Знакома. — Катерина опустилась на колени, и протянула норушке руку. Та ни секунды не сомеваясь, прыгнула в неё.
— Меня зовут Норинка, я пятиюродная племянница уважаемого Шушара. И мне очень приятно наконец-то встретить в Лукоморье сказочницу! Настоящую сказочницу! Да ещё знающую о норушах, и знакомую с Шушаром! — Норинка от возбуждения подскакивала на Катиных коленях.
Катя вспомнила, что у неё в кармане были сушки и предложила одну Норинке. Та торопливо впилась острыми зубками в сушку, но откусив пару раз, задумалась, а потом, вздохнув, спрятала сушку за спину.
— Не понравилось? — удивилась Катя.
— Что ты! Очень вкусно! Но, у нас дома… Понимаешь, еды было не много, а туман всё шёл и шёл. Я лучше её домой отнесу.
— Я думала у вас есть самобранки? — удивилась Катерина.
— Есть, а как же! У главы рода! Он нам раньше присылал еду. А потом, видимо, тоже уснул в тумане. От их семьи давно нет вестей. И запасы не присылают. — Норинка повесила носик.
— Ешь на здоровье. У меня самобранка есть, и я с удовольствием оставлю вам еду. — Катя погладила Норинку. А та с радостью начала грызть сушку, с удовольствием поглядывая на ещё две, выданные ей Катериной. — Сейчас мне надо к друзьям, сообщить им что сказка проснулась, и сказать куда я собираюсь. Ты со мной?
— А кто твои друзья, они для норушей не опасные? — насторожилась Норинка.
— Я не знаю, кто опасен для норушей. Вот, мальчики, например, мои друзья. — Катерина представила Норинке Степана и Кира. Норушка их осмотрела и признала не очень опасными. — Кот Баюн, Бурый Волк, Жар-Птица, Сивка-Бурка и его братья. — перечисляла Катя.
— О Баюне я слышала, он норушей не трогает, остальные тоже для нас не страшные. — заявила Норинка, доедая сушку. Она решительно полезла в подставленный Катериной карман, где уютно устроилась и задремала.
Степан подул в рожок, стремительно прилетела Жаруся и унесла Катерину, а мальчишек забрал Сивка. Волк метался в воздухе, чтобы перехватить Катерину, и успокоился только, когда Жаруся опустила девочку на его спину.
— Норушью пахнет. — принюхался Волк.
— Правильно, одна из них у меня в кармане. — отрапортовала Катя. — Прошло всё замечательно! И норушку нашла, точнее она меня.
— Это они могут. — рассмеялся Волк.
Баюн, ожидавший их у крыльца избушки, просто расцвел, увидев Норинку. Оказывается, он лично знал её прадеда, и они с Норинкой прекрасно провели время, вспоминая общих знакомых и делясь информацией о норушах в мире людей и в Лукоморье. Баюн одобрил решение Катерины пополнить запасы норушной семьи. И абсолютно спокойно её отпустил в норушные норы.
— Там любой гость в полной безопасности! А мы пока тебя подождем вон там, у горного склона. — он махнул лапой указывая направление. — Жаруся и кони как раз по делам собираются слетать, так что очень всё хорошо складывается.
Волк доставил Катю и Норинку к небольшому обрыву неподалеку, и Норинка взяла Катю за запястье двумя розовыми аккуратными лапочками с чистыми коготками и приложила её ладонь к глинистой замерзшей земле под толстым еловым корнем, вылезшим на поверхность. Открылась маленькая норка, а потом вход в неё начал стремительно расти и увеличился как раз по Катиному росту.