Дракон и золотая фея

Уловив во взгляде зеленых глаз отблеск щенячьей благодарности, я развернула на панели браслета с ПК месенджер, отыскала официальный аккаунт скорой помощи Артемиса и написала сообщение, в котором описала ситуацию и дала адрес. Вскоре мне пришел ответ, что команда скорой уже выехала и будет через четыре минуты.
— Все в порядке, врачи скоро прибегут, — сообщила я, устало садясь на край кровати. — Тебе что, правда так плохо?
— Да, очень, — обессиленно поговорил Брент.
— Ну держись, скоро тебе помогут...
— Если успеют, — перебил дракон с горькой улыбкой.
— Успокойся, все будет хорошо.
Он ничего не ответил. Лишь прикрыл глаза и, продолжая постанывать, ухватился за мою руку, прижимая ее к своему лицу — слово котёнок, прячущий мордочку в ладони хозяина. Глядя на него, я не удержалась и коснулась второй рукой растрёпанных, взмокших от пота каштановых волос, бережно запуская в них палицы.
— Кажется, это конец, Канарейка, — слабо выдохнул Брент, не открывая глаз. — Я... Больше не могу.
— Что ты такое несёшь? — возмутилась я, замерев с широко распахнутыми глазами.
— Прости, мне жаль, — простонал он. — Но знай, я счастлив, что встретил тебя, и не жалею ни об одной минуте, которую провел с тобой. Спасибо тебе, Канария. Я...
Как вдруг прощальную речь Брента прервал звонок в дверь, услышав который, мужчина резко вздрогнул.
— Скорую вызывали? — донеслось из динамика интеркома.
— Вот, видишь, сейчас тебе помогут, — заверила я и инстинктивно, не думая, прижала руки Брента к своим губам. А после молнией пронеслась к входной двери.
— Где там у вас больной? — спросила дебелая лепреконка в медицинском халате с вышивкой на груди в виде красного креста, окруженного кольцом магических искр. Следом за ней, неся в руках саквояж, вошёл молодой медбрат, за которым летел чемоданчик.
— Вон там, проходите, — сообщила я и провела врачей в комнату с тусклым освещением, где Брент судорожно обнимал подушку.
Не теряя времени даром, я описала им, что да как, и сообщила, какие лекарства принимал больной. Оперативно осматривая дракона, докторка жестом подозвала медбрата, и тот достал из парящего чемодана красный кристалл. Схватив картридж, женщина взяла у пациента пробу крови из пальца и капнула ею на кристалл. Прошло несколько секунд, прежде чем тот изменил цвет на светло-лиловый... После чего я услышала тяжкий вздох.
— В общем, продолжайте колоть ему «Фортадил» по графику и давайте пить побольше жидкости, — поговорила докторка, принявшись торопливо собирать лабораторию. — Будет дальше вредничать — игнорируйте. Можете вообще надеть наушники, слушать музыку и играть в какую-нибудь игрушку, отвлекаясь только на уколы.
— То есть... у него что, в самом деле просто простуда? — растерялась я.
— Самая обычная, — подтвердила леприконка.
— Но он говорил, что ему очень плохо, чуть ли не с жизнью уже прощался...
— То есть, вы раньше никогда не видели мужчину с температурой 37,2? Ой, это так мило, — хихикнула женщина, направляясь к двери. — Большинство из них вот физически не приспособлены терпеть температуру, жгучие мази или компрессы, и такое прочее. Это только в фильмах они все крутые, а на деле — вредные дети. Так что не обращайте внимания на капризы вашего мужа, а то ещё на шею сядет.
— Он мне не муж! — торопливо сообщила я двери, закрывшейся за командой скорой помощи. И, бурча, вернулась в комнату, где Брент продолжал валяться с видом великомученика.
— Канария, а докторка уже ушла? — обеспокоенно спросил он.
— Ушла-ушла, — тяжко вздохнула я, сев рядом на край кровати. С одной стороны, все это дичайше минусовало то, что можно было условно назвать мужскими очками крутости. Но в то же время...
Черт возьми, эта детская беспомощность и капризность почему-то казались такими милыми! Сама не знаю как, но при виде Брента, искренне страдающего от простуды, я не могла сдержать желания погладить его и ласково почесть за ушком, слушая тихое благодарное мурлыканье.
— Что теперь со мной будет? — пролетал дракон, подаваясь навстречу моей руке, трепавшей его волосы.
— Помучаешься ещё несколько часиков, потом знаешь, проснёшься как огурчик и пойдешь на «ХардСкрим» ради безнадежной попытки разнести меня в пух и прах, — вздохнула я. — А пока я приготовлю тебе побольше ягодного напитка и буду поить тебя им в перерывах между уколами.
— Слушай, уже ведь вроде поздно?
— Восемь вечера, — кивнула я, посмотрев на часы.
— И тебе ещё мне три укола делать?
— Ну да. А после них за тобой тоже посмотреть не помешает, так что не надейся, будто я уйду и оставлю тебя, чтоб ты побежал глотать «Дарвиколд», убивая результаты лечения.
— Извини, что напрягаю. Тебе ведь завтра тоже выступать.
— Да забей, — улыбнулась я, продолжая гладить моего умирающего лебедя.
— Чувствуй себя как дома, — пробормотал Брент, не открывая глаза. — Можешь принять душ и переодеться в то, что найдешь у меня в шкафу. Ну и мой диван — твой диван. Я бы конечно предложил тебе лечь спать рядом, кровать-то у меня большая, места хватит... Только боюсь, ты не согласишься, — хмыкнул он, неожиданно нагло ухмыльнувшись.
— Правильно думаешь, — рассмеялась я, легонько стукнув его по плечу.
— Не доверяешь мне? — хитро прищурился он. — Или, может, не доверяешь себе?
— Ты мужчина и ты дышишь. Как по мне, то этого уже достаточно, чтоб тебе не доверять. Даже если у тебя температура 37,2.
— Злюка.
— Ладно, через десять минут сделаю тебе следующий укол, а потом пойду разбираться с твоей душевой.
— Давай. Но если передумаешь — ложись рядом, я не возражаю, — хихикнул Брент, явно издеваясь.
— Совсем от своей температуры сбрендил, — шутливо подмигнула я и торопливо вышла на кухню. Где смогла занять себя на следующие десять минут готовкой ягодного напитка, а заодно и справиться со вспыхнувшим на щеках румянцем прежде, чем Брент его заметил.
    
Глава 15. ХардСкрим
Ощутив сквозь сон, как что-то щекочет мой нос, я проснулась и неохотно открыла глаза, чтобы увидеть наглую рожу совершенно здорового и бодрого Брента. Сев на пол, дракон облокотился на край дивана, положил голову на подушку прямо напротив моей головы, и с видом шкодливого кота водил по моему носу кончиком пряди моих же волос.
— Ну блин, — проворчала я, нервно отмахиваясь, и стараясь скрыть за возмущением смущение. Черт, он, похоже, решил, что не нужно соблюдать вообще никакую дистанцию! Нет-нет, мне конечно приятно, что Брент считает меня настолько близкой подругой. И все же, в некоторых вещах ему лучше не пересекать черту и не забывать, что я всё-таки девушка, а он — мужчина.