Дурная земля. Проклятый (СИ)

Он мучил ее всю ночь и все следующее утро. Утолив наконец свою похоть, Бакли встал с кровати и велел Клер убираться:
— Все, пожалуй хватит с тебя, давай вали отсюда сука! — произнес он, стянув ее на пол. Кое-как доковыляв до входной двери, Санчес собрала валявшуюся на полу одежду. Хотела по-быстрому накинуть на себя что-то, но капитан не дал ей такой возможности:
— Ну че ты встала? — рявкнул на нее Бакли — пшла на…й, шлюха е…ая! — открыв двери, он выпихнул ее в коридор.
— А как же?!… Как же?!…- взволнованно крикнула Клер — ведь вы обещали!…
— Тот придурок на 42й станции загорает!…- Бакли сказал это так, словно плюнул ей в лицо, и сразу же захлопнул дверь прямо у нее перед носом. Какое-то время она еще стояла под дверью его квартиры, отходя от пережитого. Из этого ступора ее вывело раздавшееся за спиной чье-то ржание и гогот, обернувшись Клер увидела нескольких военных. Они стояли и пялились, тыкая в нее пальцами. Тут до нее дошло, что она стоит посреди общаги вояк совсем голая. Ублюдок Бакли! Он специально это подстроил, гребанный козел!! Кое-как натянув на себя одежду, ботинки, она запахнула куртку и поспешила убраться оттуда. Все время пока Клер шла по чертовому коридору, она слышала смех и сальные шутки у себя за спиной.
До казармы-общаги, в которую ее переселили вместе с остальными девчонками, Клер добралась лишь через полтора часа. Едва войдя в комнату где она сейчас жила с тремя своими бойцами, Санчес сразу же отправилась в душ, и долго — долго терлась мылом и мочалкой, смывая с себя сперму: эта долбаная образина забрызгала ее с головы до ног, своей вонючей хренью. Едва она вспомнила это, ее сразу стошнило. Дерьмо! Сучий потрох!! Кое-как успокоившись, она выбралась из кабинки и принялась яростно тереть себя полотенцем. Внезапно ее пальцы коснулись большого, уродливого шрама на передней части плеча, возле ключицы. Когда-то, там находилось клеймо которое ей поставили в борделе, и которое она ненавидела больше всего. Сразу после побега она срезала его ножом, вместе с лоскутом кожи. Отдернув руку, Клер натянула на себя одежду и отправилась к своей команде. После всего что было, она прекрасно понимала что Бакли молчать не будет, и уж наверняка растрепит всем кому только сможет о том, как он нагнул Санчес. Так что через день, самое большее через два, слухи об этом разойдутся по всей базе. Клер опасалась что после этого, отношение мужской части сектора к ним, окончательно изменится не в лучшую сторону. Хоть оно и так раньше было не ахти каким, но сейчас… Ведь все здесь знали о их ненависти к мужчинам. Ко всем без исключения. Слышали ее слова, и слова ее девчонок о том, что они уж лучше будут дружить с местными тварями, чем с кем-нибудь из них. И тут вдруг такое… И ведь это произошло не с кем-нибудь, а с нею — командиром. Как бы после ее истории с Бакли, другие не решили что им тоже можно… Серъезными преступлениями на базе считались лишь убийство и воровство — за это наказывали сразу и жестко, а вот на все остальное, начальство здесь смотрело сквозь пальцы. Так что если какую-нибудь из них изнасилуют — никто даже и не почешется. Всем будет пох…, на это. Поэтому Клер решила уехать с Гаммы на какое-то время. За пределами базы, у них было небольшое но хорошо оборудованное, и замаскированное убежище, о котором не знал никто кроме них. Они оборудовали его на тот случай, если буря застанет их снаружи. Сейчас она шла к своим людям чтобы рассказать об этом, и заодно решить вопрос с отъездом. Чем раньше они свалят отсюда, тем лучше. Ее рассказ, девки восприняли спокойно — несмотря на все, она еще была для них авторитетом. С отъездом они тоже решили не тянуть. В итоге, уже сразу после полудня их броневик выехал за ворота, и на полном ходу погнал прочь от базы, по хорошо накатанной в снегу дороге.
***
После ухода Санчес, Бакли проверил установленные в гостиной и спальне камеры. Все было в порядке, камеры все записали. Удовлетворенно хмыкнув, он скачал с них все на планшет и отправился в душ. После, натянул свою форму с капитанскими нашивками, и напевая что-то себе под нос, отправился в офицерский клуб. Настроение у него было просто прекрасным. Наконец-то! Он! Выиграл! М-да, ведь если подумать, то он утер нос всем и даже самому Макарову. Обошел их всех! Уделал как самых последних лузеров! Тодд вспомнил как они все пытались обломать ту строптивую сучку, да вот только не вышло у них нихрена, а он смог. Уж теперь-то они все слюнями изойдут от зависти… Бакли усмехнулся, когда представил выражение лица коменданта, когда он увидит снятое им порно. С Тоддом Бакли в главной роли. Эти мысли грели его пока он шагал по улице. Дойдя до клуба, капитан прошел внутрь и сразу же поднялся на второй этаж, в бар. Ему повезло. В это время там находились почти все офицеры вместе с комендантом. Увидав сидевшего за карточным столом в центре зала коменданта и нескольких офицеров, капитан Бакли ухмыльнулся и направился к ним:
 
— Эй Тодд, чего это ты светишься как елочная гирлянда? — сразу же окликнул Бакли один из сослуживцев, как только тот подошел к столу. Остальные сразу же посмотрели на капитана:
— Да так, повод есть — снова ухмыльнулся тот.
— И какой же это?
— Помните наше пари, насчет Санчес? Я его выиграл — одним духом выпалил Бакли. После этих слов, в зале повисла тишина и все присутствующие, включая коменданта, посмотрели на него. Полковник отложил карты, которые мусолил пальцами и впившись Бакли в глаза, спросил:
— То есть капитан, ты хочешь сказать, что Недотрога Санчес, сама, пришла к тебе и дала? И ты думаешь, что я поверю в эту фигню?
Вместо ответа, Бакли вытащил планшет, открыл его и выложил на середину стола:
— У меня все записано тут, сэр…
После этих слов, о каких-то картах уже не могло быть и речи. Все кто был в баре сгрудились у стола, кто-то из офицеров подключил планшет к монитору на стене и включил. Зал мгновенно наполнился криками и стонами Клер, а также рычанием капитана. Наблюдавший за происходяшим на экране полковник, застыл словно статуя, глядя в одну точку:
— Вот так Бакли! — громко произнес кто-то и заржал. Его поддержали своим смехом другие. Бар вновь наполнился шумом, гоготом и ржанием. Полковник Макаров вышел из оцепенения первым и произнес:
— Блин… Ну это… Черт, не ожидал я от тебя такого… — вытащив из кармана несколько купюр, он положил их на стол:
— Пари твое. Поздравляю.
Остальные проигравшие спорщики, сделали то же самое.
— Эй, такое событие нужно отметить! — подал идею кто-то.
— Само собой — сказал Бакли, собрав деньги он тряхнул ими, и направившись к стойке с бухлом добавил: — кто со мной? Сегодня я угощаю…
БОльшая половина посетителей заведения присоединилась к нему.
***
Антон выскочил из-за массивной колонны, пробежал несколько метров, бросился на пол, перекатился по нему, и заполз за обломок стены. Пулеметная очередь хлестнула по тому месту, где он находился лишь мгновение назад. Едва он укрылся, пулемет с ревом застрочил снова, осыпая обломок градом пуль, которые постепенно крошили бетон, не позволяя ему высунуться. Из дальнего угла огромного помещения, выполз большой, паукообразный дроид с двумя пулеметами на спине. Он приближался к Антону, шустро перебирая конечностями и не переставая вести огонь. Не останавливаясь, машина отстрелила несколько блоков, которые после падения на пол неподалеку превратились в пауков поменьше, и тоже рванули к укрытию, за которым скрючился человек. С помощью сканера, Антон сразу заметил что его обходят справа и слева. Он вытащил термитную гранату, дернул чеку, выбрал момент когда машина перестанет поливать камни из пулемета, и швырнул ее в приближавшихся справа дроидов. Едва грохнул взрыв, Антон вскинул автомат и стал отстреливаться от паукообразных слева. Одного из них пули разнесли в щепки, двое других открыли огонь в ответ и рванули вперед еще шустрее, зигзагами. Выпустивший их большой дроид, стал поддерживать бегущих огнем. Приблизившись к его укрытию, один из мелких вдруг подпрыгнул высоко в воздух. Увидав это, Антон упал на спину и вскинув автомат, всадил в машину очередь гранат. Паук взорвался в воздухе, так и не долетев до него. Антон швырнул в наступавших роботов еще гранату, и метнулся к зиявшей в стене напротив, дыре. Он сиганул в нее рыбкой, за мгновение до взрыва. Приземлившись на руки, он перекатился в сторону и зашипел от боли. Сука! Таки зацепили, уроды железные!… Прислонившись спиной к стене, Антон осмотрел себя как смог. Ткань куртки на левом боку, в незащищенном броником месте, была разорвана из раны сочилась кровь. Он достал инъектор из аптечки, вкатил себе дозу какой-то нанохерни вместе с обезболивающим, и вытащив флакон с гелем залепил сквозную дырку, выдавив его содержимое прямо в рану.