Бывшие

Может, эта тема действительно слишком для нее больная и поэтому она выпустила колючки? Может, стоило быть чуть деликатнее и терпимее?
Хотя куда уж больше. Я и так не обвинял ее, хотя мог! Она не была со мной честна, скрыв действительно важные факты своей жизни, вспылила, выключила телефон, уехала на ночь к какой-то непонятной подруге. Кто так делает? В восемнадцать — да, это нормально, но не в сорок же лет, когда дух бунтарства давно должен смениться разумом.
Я не чувствую своей вины во всем случившемся, но все-таки решаю связаться с ней снова. Буквально наступив на горло гордости.
Я — мужчина, она — женщина. Я должен сделать первый шаг, поговорить с ней на остывшую голову. Играть в обидки просто глупо.
— Центр планирования семьи «Гармония», чем могу вам помочь?
— Я хотел бы поговорить с Иванной. Иванна Прохорова, сексолог. Она сегодня… читает у вас лекцию или что-то вроде того, — говорю, ощущая себя при этом полным кретином. — Ее мобильный выключен, поэтому… В общем, пригласите ее к телефону, будьте добры.
— Да, она была здесь, но уже уехала.
— А она… не сказала куда?
В трубке на секунду повисает неловкая пауза. Унизительная.
— Простите, ничем не могу вам помочь. Я не знаю.
— Спасибо, — роняю в трубку и сбрасываю вызов. Так нелепо я не чувствовал себя уже давно. И ладно бы косяк был на мне, так нет!
— Еще виски?
Поднимаю глаза на бармена и, подумав, киваю. К черту сухой закон.
Философствовать я тоже не большой любитель и в какие-то знаки свыше особо не верю — я прагматик до мозга костей, но трудно опровергнуть то, что все сошло с оси, когда на горизонте снова появилась Вика. Это предложение от ее назойливого и крайне упорного криминального сожителя, потом ссора с Иванной. Первая ссора, между прочим, и сразу же заставившая пересмотреть взгляд на наши отношения.
И отношения ли?
Как назвать то, что между нами происходило весь этот год? Удобный секс? Наверное, это ближе всего, теперь я это понимаю.
Нам было комфортно вместе, мы ничего не требовали друг от друга и не строили далекоидущих планов на будущее. Вернее, я пытался, но все какое-то эфемерное, «потом». Какое «потом», когда тебе почти сорок? А ведь я хотел семью уже лет с тридцати трех, действительно хотел, и когда появилась Вика желание стало особенно острым. А после разрыва… как-то потом не сложилось.
Первое время я думал о ней очень много, позже отпустило, но… я все равно ее помнил. Не получалось выбросить из головы окончательно. Может, поэтому и не выходило ничего путного ни с Иванной, ни с теми, кто был до нее.
Прокляла она меня, что ли. Вспоминаю ее взгляд: пристальный, дерзкий. Ее губы, когда целовала меня какие-то несколько часов назад…
Тихо матерясь под нос, запиваю послевкусие воспоминаний хорошим глотком виски. Провожу ладонью по лицу, прогоняя наваждение.
Я не должен был отвечать на ее поцелуй… Не должен. Но ответил, потому что хотел этого. Себя не обманешь.
Звук входящего сообщения раздался подобно взрыву гранаты: едва не роняя, неловко вынимаю из кармана кожаной куртки телефон.
«Ты все-таки не приехал».
Сообщение, на которое не ждут ответа. И сколько всего намешано в этих казалось бы банальных словах. Кажется, я даже вижу выражение лица, с каким она это написала.
Зачем? Почему она появилась именно сейчас, когда жизнь вроде бы уже встала на рельсы. И как бы не было стыдно признаваться в своей слабости даже самому себе, все эти чертовы дни с момента первой встречи в ресторане я думаю о ней не переставая.
«Я все еще здесь и жду тебя».
Мучительными толчками в кровь моментально просачиваются адреналиновые уколы. Я понимаю, зачем она меня зовет, я давно не наивный пацан. Ее поцелуи были слишком красноречивы.
Но я не могу. Это шаг назад. Бессмысленный шаг для нас обоих.
«Я не приеду».
Быстро набираю и отправляю адресату. Мне кажется, на этом все, она не дура и никогда ею не была. У нее отношения с серьезным человеком, который, если узнает, наверняка будет «слегка» недоволен. А он узнает. Такие как он привыкли держать все под своим неусыпным контролем. И Вика должна это понимать, а вот зачем творит это все — неясно.
«Боишься, да? Тиграна? Или, может, меня?»
Какого черта?!
Едва не свалив недопитое резким движением руки, нажимаю на номер из входящего сообщения.
В висках стучит пульс, я взбешен и одновременно чувствую нездоровое возбуждение. Уверен, взгляни я сейчас в зеркало, зрачки выходят за радужку.
— Я никого не боюсь, что за чушь, просто не хочу этой встречи, — бросаю вместо приветствия. — Или ты считаешь, что весь мир крутится только вокруг одной тебя?
— Я рада, что ты позвонил, — в голосе улыбка. — Правда, рада.
— Не присылай мне больше сообщений, я не приеду.
— Оказалось, что фотография подписана, — в динамике слышится шорох. — «Любимому Саше». Это так трогательно, я чуть не расплакалась от умиления. Мне казалось, подобным в наше время никто больше не занимается. Пережиток прошлого.
— Верни мне фото, ты взяла его без спроса.
— Так приезжай и забери. Или все-таки боишься? Зная тебя, власть Тиграна тебя мало трогает, стало быть… я? Боишься остаться со мной один на один? Себя рядом со мной?
— Это нелепо, Вик. Хватит уже.
— Тогда в чем дело? Не пасуй. Хотя зная тебя…
— Скоро буду, — сбрасываю вызов и залпом допиваю последний глоток алкоголя.
Я прекрасно отдаю себе отчет в том, что все это — провокация. Все — начиная от ее предложения в моем офисе и заканчивая последним сказанным ею только что словом. Она играет. Ну что ж, хорошо, я принимаю ее правила. К тому же мне совершенно не на что убить этот вечер.
Оставляю на барной стойке смятую купюру и выхожу в сияющий огнями поздний столичный вечер. Если верить градуснику, сегодня довольно холодно, но я чувствую разливающийся по венам жар.
Ерунда это все — «доказать, что не боюсь» и прочий бред. Я решил к ней поехать не потому что не хочу показаться слабым. Я просто очень хочу увидеть ее снова.
    
Глава 18
Жму на коричневую каплю звонка и сразу же слышу позвякивание ключей. Как будто бы тот, кто находится сейчас по ту сторону двери, очень ждал моего визита.
— Один? — спрашивает, не открывая.
— С охраной.
И нет, это не камень сарказма в огород ее «парня».
Шуршит замок и дверь распахивается — Вика, в тонком шелковом платье делает приглашающий жест ладонью, но я даже не двигаюсь с места.