Мастер осенних листьев

Эльга сползла со стула.
– Где?
Она вроде бы и шагала, но по ощущениям словно плыла. Жаркий воздух пружинил и с трудом уступал дорогу. И ему нельзя было скомандовать, как листьям.
– Посмотри, все ли я затерла. А то у меня рябит.
Мастер Мару сидела на коленях на полу и держала в руках тряпку и горшок с воском. Светлели натертые плитки.
Эльга опустилась на корточки.
– Вот здесь, – указала она пальцем на темный участок.
– Ага.
Унисса немедленно затерла пропущенное.
– И вот тут. – Эльга перевела палец выше, на несколько пятен в середине панно.
– Хорошо.
Мастер Мару прошлась тряпкой и там, потом с гримасой боли поднялась, отодвинула лавку, отложила горшок на край стола.
– Ну-ка, давай вместе.
Она взяла ученицу за руку. Вслед за мастером девочка сделала два шага назад, и еще один, чтобы оказаться с ней вровень.
– Ой!
Эльга прижала ладонь к губам.
– Кажется, мы молодцы, – сказала Унисса.
Панно мягко светилось. Прожилки дерева проступали сквозь свет и, казалось, бежали через ограничительные бортики. Рисунок складывался завораживающий, пусть и чуть ломающийся на стыках плиток.
Полукружья, дорожки и островки разных оттенков.
– Это мы сделали? – спросила Эльга.
– А кто еще? В центре будет Дивий Камень, а вокруг него – местечки надела. Думаешь, зачем мы столько листьев перебирали? Каждое местечко расцветет через свой букет.
– Это будет как карта?
– Да, большая и не очень точная, но нам очень точная и не нужна.
– А потом?
– Суп с горьким листом, – сказала Унисса, щелкнув девочку по носу. – Нас еще два мешка ждут, не забыла?
– Я уже отдохнула, – сказала Эльга, – я могу.
– Да, давай-ка мы разберем их вместе.
Солнце сползло с невидимого шпиля над головой и покатилось к западу, пачкая небо бледно-желтым. На горизонте застыл облачный пух, похожий на тростниковые метелки, но он совсем не двигался или плыл себе стороной.
Они расправились с мешками менее чем за час, перевязали, определили к собратьям. Тени удлинились. Ветер играл мертвыми листьями, переворачивал их, будто жарил на солнечных лучах.
– Все? – спросила Унисса.
– Да, мастер Мару.
– Что ж, пойдем ополоснемся?
Эльга кивнула.
Платье мастера подмело листья. У Дивьего Камня женщина вдруг застыла.
– Вот оно что.
Вода из трещины выплескивалась с долгими перерывами. Сначала где-то в основании Камня зарождался клекот, потом он нарастал, переходил в сипение, и только затем прохладный поток, словно плевок через губу, тягуче переливался в короткую ванночку перед желобом. Эльга принялась считать секунды и добралась до двенадцати прежде, чем Камень разродился новой порцией.
Унисса, присев, погрузила в ванночку руки.
– Мойся, пока есть, – сказала она девочке, и лицо ее сомкнулось, становясь тревожным.
– Родник пересох? – спросила Эльга, по примеру мастера промокая ладонями щеки, лоб и шею.
Вода была восхитительно холодной. Хотелось нырнуть в нее с головой.
– Да.
– И что теперь?
– Нам придется поторопиться. Но не сегодня. Завтра. Сегодня мы, сверяясь с картой, наметим границы местечек.
Вернувшись в беседку, Унисса поставила Эльгу у панно и, развернув карту, вложила ее в пальцы ученицы.
– Держи, чтоб я видела.
Вооружившись острой палочкой, сама она встала на лавку и, вытянувшись, повела линию от верхней плитки в углу.
– Подойди чуть ближе.
– Да, мастер Мару.
Эльга сделала шаг.
– Ага, это, значит, Супрыня, – сказала Унисса.
Палочка выписала зигзаг, следуя рисунку местечка на бумаге, потом пробежала вправо и вниз, изображая «пятачок» выступа.
– Четко видно?
Эльга выглянула, приопустив карту.
– Да, мастер Мару.
– А ниже у нас идут Бархатцы и Плешкин Луг.
Унисса на мгновение вернулась к Супрыне и подправила один зубчик границы.
Бархатцы обозначились кривым птичьим клювом, а под ним округлился Плешкин Луг, который, по Эльгиному разумению, был похож на головастика.
– Вы здесь!
Вместе с возгласом в беседку ввалился эконом и, едва не опрокинув мешки, рухнул в кресло.
– Что случилось? – спросила Унисса.
– Родник! По водоводу течет жалкая струйка!
Мастер Мару сошла с лавки на пол.
– Мы видели, господин Канлик.
– Все одно к одному. – Эконом запрокинул голову и страдальчески уставился в потолок беседки. – Люди едва не забросали меня камнями.
– У вас есть колодцы?
– Да, но они высохли почти все. А в хранилищах воды всего на три дня. Может, на четыре. Мастер Мару! – Канлик вскочил и поймал ладони Униссы в свои. – Вы обязаны вызвать дождь как можно быстрее!
Унисса вздохнула и высвободила руки.
– Я постараюсь.
– Что вам нужно, чтобы ускорить создание панно? – Глаза у эконома лихорадочно заблестели. – Работники, охрана, тишина? Я распоряжусь, чтобы никто не смел шуметь! Если надо убрать лишние листья, их уберут.
Казалось, господин Канлик только и ждет кивка мастера, чтобы убежать и привести в действие механизм доставшейся ему власти.
– Господина энгавра похоронили? – спросила Унисса.
Эконом моргнул, напряженно посмотрел на нее, словно она сказала какую-то бессмыслицу, потом лицо его обмякло.
– Да, – сказал он. – Да, с час назад.
– Вам необходимо отдохнуть.
– Это невозможно. Я не могу спать. Я бы хотел, но тогда все остановится, рассыплется, перестанет быть прежним. Я боюсь, что за время моего сна случится еще что-нибудь.
– И сколько вы не спите?
– Это не важно, наверное, три или четыре дня.
Унисса улыбнулась эконому как маленькому ребенку.
– Что же вы, господин Канлик?
– Господин энгавр умер, – прошептал эконом. – Он спросил у меня воды, но я не успел принести… Я, наверное, на секунду заснул.
В пальцах у Униссы появились два незнакомых Эльге листа. Один серо-зеленый, похожий на лодочку, а другой – красный, с заворачивающимися краями.
– Господин Канлик…