Беглец
— Куда?
— Так Нефритовому императору же!..
— Божок?! — взревели стены.
— Мелкий дух места, — ничуть не смущенная этими завываниями продолжила Ноу Ниу. — У него работа такая: раз в год он отправляется на Небеса, во дворец к императору, где докладывает о поведении домочадцев.
Домовой? Причем домовой-стукач? Что не так с этим народом, у которого король ада не страшный демон с рогами, а чиновник, следящий за перевоспитанием грешников, а домовые докладывают Яшмовому Владыке о том, кто был хорошим мальчиком в этом году?
Я представил себе Небесную Канцелярию — у китайцев она именно канцелярией и была — куда раз в год стягиваются такие вот Цзао-ваны со связками свитков, в которые вписывают все проступки жителей своих домохозяйств. Получилась приличная такая очередь, учитывая многомилионное население Поднебесной. От подобного вида я даже разулыбался.
— А чего ему надо-то? — уточнил я. — Ну, докладывает он — нам-то что? Не во дворец же Чэна Шу, правильно? До Нового года еще много времени, как ты сама сказала, да и плевать мне, если честно. Пусть стучит!
— Подношение сейчас будет выпрашивать, — пояснила Лиса. — Мол, тогда буду молчать. Совсем стыд потерял на съемном жилье!
Стены дома к этому моменту уже тряслись, будто на территории Хоугуня проснулся вулкан. Со стропил сыпалась пыль вперемешку с опилками и ссохшимися трупиками пауков. Наконец показался и сам домовой — к моему удивлению, он и правда был крупной, с дворовую псину, жабой в черном халате и круглой шапочке между выпученных глаз.
— Я требую уважения, хвостатая! — пропищало это недоразумение. — Иначе все хранители очагов в этом городе узнают, что вы замышляете!
Лиса сразу как-то поскучнела и даже погасила огонь в своей ладони. Хмуро взглянула на жаба в халате и пробормотала:
— Чего конкретно ты хочешь?
— Для начала уважительного обращения!
— Ты что, договариваться с ним собралась? — удивился я. — Только что же, хотела его дом по бревнышку спалить?
— Паскудник знает, чем угрожать! — прошипела оборотень. — Убить я его не смогу, а он растрепать всем домашним хранителям о нашем плане может.
— И что? Нам чем-то опасен этот заговор мелких духов?
— Среди сотен найдется один, который живет в доме мистика, монаха или Заклинателя. Как думаешь, есть такие в городе? И что они станут делать, если узнают о готовящемся покушении на гуна Чэна? Сейчас евнух Цзы о нас не знает… возможно. То, что я приняла за слежку, было подслушиванием этого паршивца. А когда узнает?
Черт! Об этом я как-то не подумал. Потому что просто не знал о домовых, которые у местных настолько подлые существа.
— Я жду!
Понимая, что победил, Цзао-ван стоял со спесивым выражением на жабьей морде. Сейчас он так походил на чиновника — причем не китайского, а на международного и вневременного — что я даже глаза потер от недоверия. Да нет же, точно! Вот аура власти в конкретном положении, жадность в глазах и на губах эта улыбочка вседозволенности с ноткой глумливого веселья.
И ведь, если Лиса права — а она права, кто из нас специалист по метафизическим сущностям Китая, в конце концов? — нам придется договариваться. Точнее, мне придется договариваться.
— Почтенный Цзао-ван… — начал я, но маленькая четырехпалая лапка прервала меня властным взмахом.
— Нет! Не ты, человек! Пусть она!
И вторая жабья лапка указала на Лисицу.
Я закатил глаза. Если сейчас горделивая Вольная полезет в бутылку, придется придумывать еще и как божка очага убить. Вот не хватало же нам проблем!
Но девушка удивительно спокойно поклонилась как младшая старшему и почтительным голосом произнесла:
— Лисица Ноу Ниу приносит свои извинения господину Цзао-вану за свое неподобающее поведение. Лисица Ноу Ниу спрашивает почтенного господина Цзао-вана, как она может искупить свою вину?
На жабьей морде расцвело выражение удовлетворения. Будто сразу тарелку комаров заглотил, упырь! Если у любого чиновника на ряхе появляется такая улыбка — быть беде. Она значит, что сумма взятки только что выросла в пару раз.
Глава 82. Желтый баран— Желтый баран?
Когда домовой озвучил свои требования, я, честно говоря, растерялся. Ждал чего-то вроде денег (фиг его знает, зачем они могут понадобиться божеству очага — китаец же!), крови девственниц, артефактов, то есть небесных реликвий, килограмма ци, если уж на то пошло. Но барана? Тем более желтого? Нет, такого я и представить не мог.
Может быть, он имел в виду золотого? Типа как в греческих мифах — золотое руно, Колхида и тэдэ?
— Почтенный Цзао-ван, — осторожно, чтобы не разозлить мелочного божка, спросил я. — А что это за штука, желтый баран, и где его можно купить?
Бред, конечно! Напоминает квест из онлайн-игр, причем из начальных локаций. «Путешественник, так как ты избран всеми богами, и я вижу в тебе задатки настоящего героя, не принесешь ли мне десять клыков полевой мыши?»
— Да где тут его купить?! — искренне посетовал домовой. — Они же на юге не водятся, только на севере, в степях хунну. Это такая животина рогатая, вроде оленя, но размером с козу, с шерсткой желтой и сверкающей, а мясом сладким, как мед! Если приготовить его с плодами драконьего дерева и острым перцем, можно язык проглотить! Ах, это чудесный зверь — желтый баран!
Описывая этот гастрономический восторг, Цзао-ван натурально пускал слюну. Смотрелось это на его жабьей морде довольно отталкивающе: широкий безгубый рот открывался и закрывался, показывая длинный язык и, как ни странно, тонкие и острые зубы. Не знал, что у лягух они имеются. Или это только у божков?
— А как мы сможем тебе его достать, если здесь он не продается, а водится исключительно в северных степях? — я уже понял, что речь идет о каком-то виде антилопы, которые, как оказалось, тут обзывались баранами. — Что за выкуп такой ты требуешь, раз его заплатить невозможно?
— А мне все равно! — взвизгнул жаб. — Я хочу желтого барана! Хранителю очага городского наместника поднесли его в дар перед концом года, так он его ел и расхваливал, а я слюной давился! Теперь мой черед!
— Ну, тогда можешь сразу отправляться и рассказывать о том, что тут видел и слышал, — отрезал я, отвернулся и сделал шаг по направлению к дверям. — В степи ради твоей прихоти не поеду.
Конечно, дух места не был торговцем китайского рынка, но на аргумент, которому я еще в прошлой жизни научился, отреагировал точно так же.
— Подожди, добрый человек!
Мне показалось, что я услышал: «Друга, пагади!» — дальше, видимо, будет: «Можана десевле!»
— Можно обычного барана! С местного рынка! Только не старого, а возрастом до года! И чтобы откормленного!