Камень Книга одиннадцатая (СИ)
На пристани, как и на яхте, на несколько мгновений воцарилась гробовая тишина — до всех, в том числе и до нас с Ванюшей, медленно начал доходить тот факт, что Ранбар отделался максимум переломом, а не потерей нижней конечности.
— Сынок! — с робкой надеждой произнес король Индии, отодвинул в сторону уже не сопротивляющегося российского императора и подошел к Ранбару. — С тобой все в порядке? — Синг-старший нагнулся и принялся ощупывать левую ногу принца.
Ранбар от такой бесцеремонной пальпации со стороны родителя дернулся, посерел лицом, несмотря на смуглый цвет кожи, сжал губы и негромко ответил:
— Со мной все в порядке, отец, просто болевой шок не позволил мне продолжить поединок.
Выражение лица короля Индии с заботливого сменилось на раздраженное:
— Какой болевой шок? Мы думали, тебе ногу отрубили! Срочно поехали в больницу, необходимо сделать рентген и убедиться, что нет перелома!
— Не надо никуда ехать, отец, — голос принца потвердел. — Здесь присутствует доктор, да и Прохор в знании основ полевой медицины даст сто очков любому дипломированному специалисту.
— Твой дружок Прохор тебя чуть не угробил! — рявкнул король и, заметив движение русского императора с цесаревичем и их нахмуренные лица, тут же пошел на попятный: — Я настаиваю на больнице!
— Не поеду, отец! — отмахнулся Ранбар и, сжав зубы, наступил на поврежденную ногу. — Вот видишь? Все в порядке. Просто мой дружок Прохор, помимо великолепного владения холодным оружием, отлично знает анатомию и все болевые точки человеческого организма. Вернее, для господина Белобородова человеческий организм — одна сплошная болевая точка. Вот он и вырубил меня с гарантией, чтобы дальше не резать… — Принц погладил себя по повязке на руке со следами крови.
И демонстративно повернулся к Прохору, продолжив уже торжественным тоном:
— Господин Белобородов, в очередной раз признаю и вашу победу в поединке, и ваше подавляющее превосходство во владении холодным оружием!
Ранбар неуклюже поклонился Прохору, тот церемонно согнулся в ответ:
— Мне в очередной раз повезло, ваше высочество!
— Не говори глупостей, дружище! — хмыкнул принц. — Надеюсь, за оставшееся время нашего совместного пребывания на Лазурном берегу ты дашь мне несколько уроков?
— Как будет угодно вашему высочеству! — Прохор обозначил поклон.
— Отлично! — И Ранбар повернулся к японскому принцу: — Акихито, ты не передумал?.. — и многозначительно кивнул в сторону Прохора.
Внешне малоэмоциональный Акихито растянул губы в улыбке:
— Возможность сразиться со столь искусным противником будет для меня честью! — И кивнул Прохору. Получив ответный поклон, он продолжил: — Только я не повторю твоей ошибки, Ранбар, и хорошенько разогреюсь.
«Посторонние» в некотором недоумении смотрели, как японский бесфамильный принц снимает с Сингха браслеты, надевает их себе на запястья, отходит в сторону и начинает активно «разогреваться» с катаной, которую он поднял с бетона еще после падения Ранбара. Прохор же в это время совместно с корабельным доктором еще раз осторожно ощупывал ногу индийского принца, прося того ею вертеть, наступать и сгибать. Царственные особы тоже решили времени не терять:
— Николай, — индийский король привлек внимание своего русского «коллеги» по опасному бизнесу, — надеюсь, ты не обижаешься на меня за… это досадное недоразумение? Сын все-таки…
— Гулаб, я тебя как отец прекрасно понимаю! — расплылся в улыбке мой царственный дед. — Какие могут быть обиды между нами? Лучше давай вернемся на яхту и закрепим взаимопонимание коньяком?
— Иду. Только сына надо забрать…
Ранбар на яхту идти отказался и заявил, что будет судьей у Прохора и Акихито.
— В твоем-то состоянии? — хмурился король. — Не говори глупостей, калека!
— Меня Ваня подлечит, — кивнул принц в сторону Кузьмина. — Ваня, ты же поможешь старому боевому товарищу?
— Конечно, ваше высочество! — поклонился тот.
Король Индии повернулся к колдуну всем телом и совершенно обыденным тоном попросил того:
— Ваня, дорогой, ты сильно моего сына не лечи — пусть у Ранбара с болью сегодня ночью вся придурь из головы выветривается!
Кузьмин понятливо кивнул:
— Сделаю, ваше величество!
Гулаб же решил пойти еще дальше и обратился к корабельному врачу, покосившись при этом на моего деда:
— Уважаемый доктор, скажите, рану на плече моего сына зашивать надо?
— Безусловно, ваше величество, — поклонился тот и тоже покосился на императора. — Осмелюсь доложить, ваше величество, мой опыт в подобных делах и специально оборудованный медицинский кабинет на яхте позволяют сделать это на высочайшем профессиональном уровне! Готов выполнить все необходимые манипуляции и дальше наблюдать состояние его…
Доктор был остановлен властным жестом короля:
— Спасибо! Я нисколько не сомневаюсь в вашем профессионализме, особенно учитывая тот факт, что вы попали на службу именно на эту непростую яхту. И чтобы не ставить вас в неудобное положение, с вашего позволения, уважаемый доктор, обращусь к вашему государю. — Гулаб повернулся к моему царственному деду: — Николай, дружище, рискую остаться твоим должником до конца жизни, но не мог бы ты попросить уважаемого доктора нарушить клятву Гиппократа и зашить руку моего сына без местного наркоза?
Ранбар, который все прекрасно слышал, фыркнул, горделиво выпрямил спину и отвернулся, мой же дед просто хмыкнул:
— Гулаб, как я тебя понимаю! У самого иногда кулаки очень чешутся, а порой и идут в ход. — «Добрый» дедушка глянул в мою сторону: — Да, Алексей?
— Да, государь… — кивнул я, демонстративно потирая грудь.
— Что же касается твоей просьбы, дружище, — продолжил дед, — то как раз сегодня на яхте объявлены учения, максимально приближенные к боевым. Задача для медицинской части экипажа — отработка проведения неотложных операций в полевых условиях при полном отсутствии обезболивающих препаратов. — Император с улыбкой смотрел на врача. — Господин доктор, задача понятна?
— Так точно, ваше императорское величество! — вытянулся тот и щелкнул каблуками.
Пока довольные собой величества в сторонке восхищались «коварством» друг друга, мой отец решил поддержать индийского принца:
— Ранбар, у доктора вместо обезболивающего для тебя всяко найдется грамм двести-триста чистейшего и очень вкусного медицинского спирта! Да и Ванюше никто не запрещал…
— Государь выразил свою волю вполне однозначно, — хмыкнул принц и подмигнул своему сыну Джаю. — Ничего страшного, Саша, потерплю.
— Как знаешь… — кивнул родитель.
Вскоре все, кроме Прохора, Акихито, прихрамывающего Ранбара и корабельного доктора, вновь оказались на яхте, где князь Гримальди уже вовсю выполнял роль букмекерской конторы.
— Царевич, давай по старой схеме, — снова подзуживал меня Кузьмин на ставку. — Самурай нашему Зверю точно не соперник. Можешь даже больше, чем в прошлый раз, поставить, потому как выхлоп будет явно гораздо меньше.
Ваня был абсолютно прав — царственные особы и наследники оценили поражение Ранбара, прикинули шансы Акихито и учли антропометрические данные Прохора, который был выше японского принца на голову и, самое главное, имел большую длину рук. Одним словом, предпочтения благородной публики были в основном на стороне господина Белобородова.
— Бой!..
Очередная «дуэль» кардинально отличалась от предыдущей по стилю — если японский принц полностью придерживался более традиционного для своей родины кэндзюцу с его размашистыми рубящими «от плеча» ударами, то вот Прохор, тоже державший свою катану двумя руками, показывал смесь кэндзюцу с традиционными европейскими техниками, виртуозно отвечая на все атаки Акихито контратаками, состоящими из коротких кистевых уколов и резов. Уже через пару минут после начала поединка рукава рубашки японского принца покрылись кровавыми пятнами от этих самых уколов и резов, но пострадал и воспитатель, не успев сместиться в сторону от «падающей» катаны японца. Прохор получил легкое ранение левой ноги, но, несмотря на повреждения, оба отказались остановить «дуэль» и воспользоваться профессиональными услугами доктора.