Зыбкое равновесие (СИ)
В общем, стоим, пересмеиваемся, обсуждаем Александра Македонского. Только Алекс, если я иду с вами, то я требую долю. А на страницах газеты я так вас распишу, что все женщины Франции будут о вас мечтать.
Не знаю. Мой план, поначалу, заключался в том, чтоб сплавать в Африку. Накопать там с помощью местных царьков алмазов, и вернуться. И я бы прекрасно легализовался в этом мире. Странности поведения легко списались бы на леденящие кровь морские траблы, и победы. Богатство- вы знаете сколько алмазов он привез из Африки? Вот и никто не знает. Но потратил он уже дофига, а они все не кончаются. И сидели бы мы тихонечко с Бергом, где ни будь в тихом углу Империи, развивали артефакторику. Которая здесь спорадическая и невнятная. Типо, светильники — и все. Только на их основе можно столько придумать!
Но, за три дня до выхода, я поменял решение. Одолел меня школьник. Так ему стало невмоготу от похищения Мининой. Да и то. Пусть младшая, но правнучка Кузьмы Минина. Западло такое спускать. И, первоначально, в планах была месть. И капитана «Мазундыза» я спросил о Мининой скорее случайно. А он вдруг затрясся, и начал лепетать, что ему приказали просто как обычно захватить деревенских жителей. А графиню захватили и увезли не его люди. И везли не его кораблем, а на яхте кого то из турецкой знати. Ну а дальше понятно. Бей порта Шиле, честно сказал, что яхта была- Махмеда Али. Ну и, вываливаемся мы из Дарданелл, а он- вот он, сука. Сложнее всего оказалось захватить его живым. Так мы и узнали, где искать её и Катю. А про Тутанхамона я вспомнил случайно, когда подходя к Каиру, увидел вдалеке силуэты Гизы. Тож неплохо вышло.
А теперь эти дурацкие чествования. Мэр города заявил что это просто неприлично, не устроить праздник в честь таких побед. И вы же покажете публике найденные сокровища? И в конце концов общество желает услышать рассказ участников столь блистательного похода!
Ну и празднуем. Я исполнил тур вальса с госпожой мэр, женой городского головы. И, кажется, даже перемигнулся с ней, насчет попробовать морского героизьму. И она вроде как не прочь. Нужно будет потом подойти и усилить перемигивание.
Здесь с этим как то просто. Дамы не исключают для себя возможность иметь сердечного друга. Если муж по каким то причинам занят. Главное условие- соблюдение приличий. Тоесть не обжиматься и не трахаться прилюдно. А так, наличие героя капитана в партнерах- это, как я подозреваю, почти что крупный знак отличия. Так что я настроен. И мадам Варашди, тоже улыбается мне через зал. Что касается рассказов, то Леша и Паша полностью закрыли эту нишу, и из толп, их окружающих, раздаются дружные аханья и восклицания — не может быть! Так что я поймал лакея, разносящего токайское, и попросил коньяку.
Нам, с ребятами, предоставили особняк для вип персон. Приглашу мадам Эжен посмотреть как устроили героя. За этим размышлениями не заметил, как обстановка изменилась, и в центре внимания опять оказалась графиня Минина.
Она безусловная звезда сегодняшнего вечера и не только. Красивая. Но сейчас еще и в ореоле несломленной красавицы, стойко вынесшей гнусные застенки. Понятия PR здесь еще нет. Но ее папаша в самой технологии разбирается до тонкостей. Ибо по прибытии на отцовскую виллу, бывших пленниц посетил врач. И как то так вышло, что всем известны результаты осмотра. Ну, приватно, конечно, вы никому, ладно?
И Марина затеяла, ясное дело фанты, и прочие песенки. К моему удивлению, Неверов, сел за рояль, и неплохим тенором спел что то про «назарее ты её не буди..». А я понял что сейчас и до меня доберутся. И начал лихорадочно вспоминать, что же я могу исполнить, аутентичное? К позору школьника- он не знал современных ему романсов. Лошина! Мог играть на рояле Моцарта. А вот эти все «Сквозь чугунные перила..»- это гнусная попса, по его мнению. И вообще его отношение к русскому романсу, было похоже на отношение многих моих современников к рэпу. Гадость и неприлично! Но я то тоже не знаю романсов! И я лихорадочно думал, что ж исполнить. Школьнику было бы приятно спеть «Ели мясо мужики», КиШ. Я сам, с трудом, убедил себя не исполнять «Я скромной девушкой была…» из Вагантов.* И вот, в самый момент моих мысленных метаний, Маринка сазала:
— А этот фаааант! Попросит капитана Орлова спеть песню! Вы знаете, он пел Катеньке колыбельные! Такие замечательные песни! Чудесные! «Спят усталые игрушки»- напела она.
А ко мне подошла дочь капитана порта, Светочка Маврина, и, краснея пролепетала:
— Капитан! Не исполните ли вы нам песню?
И я плюнул, и решил не эпатировать публику блюзами с текстами типо- «И я сегодня напьюсь, и это- такой вот, сука, русский блюз». А сел за рояль, и, оглядев уставившуюся на меня публику сказал:
— У фрегата «Облом» есть гимн. Ни экипаж, ни командиры о нем не знают. Но это не значит, что его нет. И я вам его спою! — и пробежался по клавишам от ля минора.
В темно-синем лесу, где трепещут осины
Где с дубов-колдунов опадает листва
На поляне траву зайцы в полночь косили
И при этом напевали странные слова
Тут я уже перешел на русское народное ум-ца, ум-ца.
А нам все равно, а нам все равно
Пусть боимся мы волка и сову
Дело есть у нас — в самый жуткий час
Мы волшебную косим трынь — траву
А дубы-колдуны что-то шепчут в тумане
У поганых болот чьи-то тени встают
Косят зайцы траву, трын-траву на поляне
И от страха все быстрее песенку поют
А нам все равно, а нам все равно
Пусть боимся мы волка и сову
Дело есть у нас — в самый жуткий час
Мы волшебную косим трын-траву
А нам все равно, а нам все равно
Твердо верим мы в древнюю молву
Храбрым станет тот, кто три раза в год
В самый жуткий час косит трынь-траву (с)
На следующий день песню про зайцев распевал весь Триест. Я об этом узнал ближе к обеду. Потому что мадам Варашди оказалась ненасытной, и я с трудом её выпроводил. Да и то, из всех соседних спален раздавались звуки возвращения моряка из похода, что сильно подстегивало и меня и её.
А спустя три дня мы отправились в Краков. Договорившись о стоянке «Облома», и сдав его под временную команду нанятого офицера. Распустил команду. Хотя они сказали что достаточно громко объявить. И все вернуться.
* не могу не поделится чудесной студенческой песенкой из Вагантов. И в 13 веке студенты были людьми веселыми и отвязаными:
Я скромной девушкой была,
вирго дум флоребам, (Virgo dum florebam — когда я цвела невинностью)
нежна, приветлива, мила,
омнибус плацебам. (Omnibus placebam — всем нравилась)
Пошла я как-то на лужок
флорес адунаре, (Flores adunare — собирать цветы)
да захотел меня дружок
иби дефлораре, (Ibi deflorare — там лишить девственности)
Он взял меня под локоток,
сед нон индецентер, (Sed non indecenter — но весьма пристойно)
и прямо в рощу уволок
валъде фраудулентер. (Valde fraudulenter — очень коварно)