Слишком чужой, чтобы быть родным
Минеральная вода без газа и листик мяты, стали моим подручным средством спасения, которое хоть немного помогало от токсикоза. Я старалась не злоупотреблять питьем, и делить литровую бутылку воды на несколько приемов в течение дня.
— Катерина Юрьевна, запросите в бухгалтерии смету выставки, у меня не бьется сводная таблица с отчетом отдела продаж, — раздался голос Ковалева по громкой связи.
— Хорошо, Вадим Денисович.
Быстро созвонилась с Анной Тимофеевной — главным бухгалтером нашего выставочного центра.
— Катюша, придется тебе к нам спуститься. Я сейчас распечатаю смету на бумаге.
— А по электронной почте нельзя? Я бы, и сама распечатала…
— Да с радостью, но сейчас это невозможно. Наш сервер полетел сегодня утром, — тяжело выдохнула женщина. — Ни один документ не открывается нормально, успеваем только быстро на печать запускать. Артем наш системщик, уже два часа воюет с ним, никак не перезапустит.
Ничего не поделать, так и придется идти сначала в отдел бронирования, а потом в бухгалтерию.
Проверила почту, но письма с паролем от Инны, так и не поступило. Я позвонила на рабочий, но и там тишина.
«Неужели она уже уехала, и забыла мне скинуть необходимые данные?»
Переобула элегантные лодочки на небольшом каблуке, заменив их мягкими кожаными лоферами с заостренными носами. Как не хотелось мне, но потребовалась сменка.
Оттеки нежелательным образом проявились в самый неожиданный момент, когда любимые туфли безбожно стали давить, и в один из дней, я стерла ноги в кровь. Максимально старалась оттягивать тот момент, когда меня могли в чем-то уличить и заподозрить. Вадим, хоть и делал вид, что ничего не происходит, между нами, но все чаще я стала ловить на себе его задумчивые взгляды, издалека. И если бы я резко изменила себе, сменив красивую шпильку на удобную обувь, то Ковалев наверняка это бы заметил.
Вышла из приемной и направилась в сторону кабинета Михайлова. Инны не оказалось на своем месте, и я уже собралась уходить, как вдруг услышала голоса из приоткрытой двери заместителя генерального.
— Сережа, может быть заедешь ко мне сегодня вечером? Я приготовлю вкусный ужин. — томно проговорила Инна.
— Инна, напоминаю, здесь мы на работе и одна случайная ночь… — тяжело выдохнул Михайлов. — Я ничего не обещал, и мне казалось, ты была совсем не против.
— Но ты же знаешь, как я к тебе отношусь и что чувствую! — продолжала она настаивать.
— Я не обязан поддерживать твои ложные ожидания! — грубо прервал ее Сергей. — Прошу не занимайся самообманом, и не заставляй меня искать себе новую помощницу.
Я, осознав, что стала невольным свидетелем чужой личной жизни, хотела незаметно покинуть кабинет. Я осторожно попятилась назад и старалась передвигаться совсем бесшумно. Как только я потянулась к дверной ручке, то почувствовала движение, и что за спиной кто-то стоит.
— Катерина Юрьевна, вас не учили, что подслушивать нехорошо? — знакомый голос прервал тишину в кабинете и мужское дыхание опалило мою шею.
Я медленно развернулась и посмотрела на Ковалева, впервые с такого непозволительно близкого расстояния. Сердце резко ухнуло в пятки, потом на мгновение перестало совсем биться, как мне показалось и стало трудно дышать.
Вадим, не двигался и продолжал смотреть только на меня, лишь слегка нахмурившись. Между бровей у него залегла небольшая морщинка, абсолютно его не портящая.
— Я не специально, — перешла на шепот, — я по делу.
— Надеюсь, все что ты успела услышать, останется только в этих стенах? — с ноткой язвительности уточнял Ковалев.
Я вспыхнула от негодования словно бенгальский огонек.
«Да за кого он меня принимает? Неужели, я создаю впечатление настолько ненадежного человека?»
— Екатерина? Вадим Денисович? — с непониманием на нас уставилась Инна, только что вышедшая из кабинета Михайлова. — Что-то случилось?
— Я насчет пароля для компьютера, — решила внести ясность своего нахождения здесь.
— Сергей Александрович у себя? — быстро отреагировал Ковалев и сделал вид, что-только что вошел.
— У себя, — откликнулась Инна, проигнорировав меня. — Я сейчас сообщу, о вашем приходе, — подобралась секретарь.
— Не стоит! — Ковалев стал меня обходить и вновь пристально посмотрел, добавив: — Что-то вы в росте уменьшились, Катерина Юрьевна?! — и не дожидаясь моего ответа скрылся за дверью кабинета заместителя.
«Все-таки заметил!»
Я постаралась сделать невозмутимое выражение лица и развернулась в сторону Инны.
— Напиши мне, пожалуйста пароль, и я пойду, — обратилась к девушке, стараясь выкинуть из головы их разговор с Сергеем.
Пока Инна склонилась над компьютером в поисках необходимой информации, я успела заметить у нее, чуть красноватые глаза и перехватила очень расстроенное выражение лица. Выдержки, ей, конечно, не занимать. Сдержаться и с достоинством покинуть кабинет Михайлова, после подобных откровений — это сильно. Мне стало ее жаль, и вся эта ситуация вызывала одно лишь сочувствие.
«Нет ничего хуже, чем страдать от неразделенной любви. Уж я как-никто это прочувствовала на личном опыте»
— Катерина Юрьевна! — в дверной проем просунулась мужская фигура Давида Шкрла. Оценивающим взглядом он окинул приемную, задержавшись взглядом на Инне, затем посмотрел на меня: — Наконец, я вас нашел!
«Надеюсь, на этот раз Давид не успел попасть в неприятности…»
Глава 31— Спасательница, Катенька, вы моя спасательница! — твердил, коверкая русский язык, как заговоренный чех.
— Давид, что произошло? — внутреннее беспокойство нарастало с каждой минутой, а еще этот его щенячий взгляд… Начинал меня беспокоить и моментами даже пугал. Каждое его новое появление, сродни тридцати трем несчастьям, свалившимся на мою и без того загруженную событиями голову.
— Николаева, — зло прервала наш разговор Инна. — Вот пароль, если ты еще не забыла…
— Спасибо, — я сухо поблагодарила девушку, решив сегодня простить ей излишнюю грубость в мой адрес. Сергей явно дал Инне понять, что будущего у их отношений нет, и не будет. Снова подумала об Ольге: не совершаю ли я ошибку, пытаясь сблизить ее с Михайловым? Невольно подслушанный разговор, наводил на определенные мысли, о личности Сергея.
— Воды… — Давид ухватился за мой локоть и переходя на вопрошающий тон, тихо повторил: — Воды…
Машинально перешла на английский, чтобы понять эти странные потуги со стороны мужчины.
— Давид, объясните, что произошло в конце концов? Вас мучает жажда? — я попыталась разгадать сложный посыл иностранца на доступных языках.
— Катерина… — он расслабился и сразу оживился, перейдя на английский. — Выставка открывается послезавтра, а в нашем павильоне мы не сможем угостить потенциальных клиентов кофе. Канистры с водой прибыли пробитыми и уцелела, лишь небольшая часть. Этого не хватит на всю неделю, что будет проходить автомобильная выставка.