Измена. (не)единственная для дракона (СИ)

Недовольно морщась и шипя от боли сквозь стиснутые зубы, мужчина сел на край кровати и принялся расстегивать воротник рубашки одной рукой, чтобы проверить рану.
— Я помогу! — бросилась к нему.
Но Даррен грубо оттолкнул мои руки.
— Не трогайте. Я сам разберусь.
От неожиданности я пошатнулась. Но сдаваться не собиралась и настояла:
— Не глупите, я же целитель. Могу вам помочь.
— Не стоит. Все в порядке. Это просто царапина… — фраза оборвалась болезненным вздохом.
В попытках избавиться от мешающей одежды быстрее, Даррен резко дернул рукав и случайно зацепил рану. Ткань мантии и рубашки под ней была прожжена насквозь в районе правого плеча и ребер. Кожа также выглядела обожженной, наружу просачивалась кровь. От взгляда на безобразную рану меня саму будто прошила боль, которую он чувствовал.
Я прикусила губу, сдерживая всхлип.
— Простите, это все моя вина! — выпалила я.
Даррен поднял на меня удивленный взгляд и даже на мгновение забыл о ранении.
— Вовсе нет, Лита. Расслабьтесь, вы не при чем, — проговорил он немного устало.
— Но я должна была успеть вас разбудить. Я ведь обещала! — из глаз полились слезы.
Какая же я эгоистка! Думала только о себе, оставила его одного в темной опасной башне, полной враждебных существ. Это для меня здесь безопасно. А для него важно каждую секунду быть начеку, чтобы не пасть жертвой прожорливых призраков. Но я бросила его в одиночестве, совсем беззащитного, пока он спал. И обещала ведь быть рядом, позаботиться о нем!.. Теперь он никогда мне больше не поверит…
— Лита, — с нажимом проговорил он, поймав мою руку и сжав ее. — Успокойтесь, все в порядке. Вы ни в чем не виноваты. Вы бы все равно ничего не успели сделать против аномалии.
Я могла бы с ним поспорить, но лишь мрачно усмехнулась. Меня утешают, хотя пострадавший здесь он.
Видя явное неверие в моих глазах, Даррен потянул меня к себе, заставив сесть рядом на кровать.
— Если для вас это так важно, то хорошо, можете мне помочь. Я позволю вам вылечить свою рану и даже постараюсь не морщиться, — пошутил он. Но, заметив, что я не реагирую, осторожно коснулся моей щеки пальцами и мягко, но требовательно произнес: — Лита, посмотрите на меня.
Я подняла голову и встретилась с ним взглядом, внезапно осознав, насколько близко мы находимся. Так близко, что я могла чувствовать на своей коже его горячее прерывистое дыхание.
Сердце пропустило удар, чтобы тут же ускорить свой бег. Взгляд Даррена задержался на моих губах, и я невольно их облизала. О нет, что же это творится…
Внутренне ругаясь на саму себя, я зажмурилась и медленно выдохнула, а затем неохотно отстранилась.
Он прав, моя паника не принесет никакой пользы, поэтому нужно успокоиться. Пусть у меня пока не было занятий в академии, но я ведь не зря поступила на факультет исцеления. Заклинаний я не знаю, но что-то ведь должна уметь. Говорят, сила фей в светлой магии. Целительство тоже к ней относится. Поэтому, сосредоточившись на своем магическом резерве, который сегодня успела неплохо пополнить, я направила поток сырой, ничем не оформленной энергии к его ране.
Это было чем-то новым для меня, необычным. Я действовала интуитивно, аккуратно распределяя и контролируя свою силу. И просто надеясь, что это не убьет мага. Но жуткая рана затягивалась прямо на глазах, и я с облегчением поняла, что все сделала правильно.
Все это время Даррен пристально следил за каждым моим действием.
— Ну вот и все, — с облегчением выдохнула я.
Он благодарно кивнул и поспешил вернуть одежду на место. Внезапно его лицо дрогнуло в выражении крайней муки. Я испугалась, что что-то не долечила, и, не слушая возражения Даррена, принялась снова освобождать его от одежды.
— Нет, Лита, не трогайте…
К счастью, на этот раз он не сильно сопротивлялся, и мне удалось полностью избавить его от рубашки. Мельком я отметила то, насколько хорошо он был сложен и, будь обстоятельства иными, определенно бы оценила его форму. Однако внимание мое было направлено на поиск новых ран.
 
К моему удивлению, их не обнаружилось. Лишь только запястье обвивала заметная магическая вязь.
Она была значительно шире моей и переплеталась с похожими шипами, что были на моей руке. Только его шипы были длиннее и будто бы острее. Они впивались в кожу, как настоящие. Даже в темноте ночи я могла видеть, насколько сильно из-за них была воспалена кожа.
Казалось бы, совсем другая, но в то же время такая знакомая. Не узнать ее было сложно. Это была метка истинности.
— Что это? — вырвалось у меня.
Наверное, это был самый глупый вопрос, который я когда-либо задавала. Но мое ошеломление было так велико, что иной вопрос просто не пришел в голову.
— Ничего, — отрезал Даррен, выдернув руку и снова принявшись быстро одеваться.
— Нет, это метка истинности, я знаю!
— Тогда зачем спрашиваете?! — неожиданно гневно выпалил он.
От его тона меня будто что-то резануло по сердцу. Было так непривычно, ведь он всегда был очень мягок и приветлив со мной. Наверное, это была элементарная вежливость. Ведь я и правда его совсем не знаю. А он не спешил раскрывать свои секреты. Да и с какой стати? Я ему никто! Жена лучшего друга, которую теперь приходится опекать. Не больше.
От этой мысли в груди поселилась гнетущая пустота. Мне ведь тоже не должно быть до него никакого дела. Но чувства нелогичны. Им нет дела до голоса разума.
Я отвернулась, не желая выдать своих эмоций. И вдруг услышала чуть растерянное:
— Вы не должны были ее увидеть. Наверное, я потерял контроль над иллюзией.
Даррен прошептал заклинание и и провел рукой по запястью как раз в тот момент, когда я снова повернулась. Магия оплела руку, накладывая иллюзию чистой здоровой кожи без намека на метку. Вот только я все равно продолжала видеть ее.
Тем не менее, Даррен удовлетворенно вздохнул, а потом поднялся и принялся невозмутимо одеваться, больше не обращая на меня внимания.
По его спокойствию я поняла, что магия подействовала, и я должна была видеть только иллюзию. Но тогда почему метка до сих пор была столь же ясно и четко различима, как прежде?
Она окончательно скрылась только в тот момент, когда Даррен поправил манжеты на рукавах, а затем накинул сверху мантию. Новое заклинание залатало все дыры в одежде, и теперь маг снова выглядел идеально. Прямо как в нашу первую встречу…
— Пойдемте, — бросил он и первым вышел из комнаты. — Раз уж нам обоим сегодня не до сна, пора приступить к работе.
Оспорить его решение я не посмела, хотя и чувствовала огромную усталость и навалившийся на плечи груз всех происшествий этого дня и ночи. И даже мечтала отмотать время вспять и поспать под присмотром Даррена, как он и предлагал в начале.
Но делать было нечего, сделанного решения не отменить. И мы побрели вниз по лестнице в сопровождении магически созданного светильника. На этот раз я старалась быть еще внимательнее и предупреждала Даррена о каждом подозрительном движении. Я не могла позволить аномалиям ударить его в спину, ведь теперь знала, насколько опасными они могут быть.
Зачистив еще один этаж, мы решили передохнуть и спустились в столовую. За окном едва забрезжил рассвет, заливая комнату тусклым светом. Сообразив на двоих бутерброды, мы расположились за столом, наслаждаясь ранним завтраком.
Желая развеять гнетущее молчание, я задала давно интересующий меня вопрос:
— Что означает эта метка?
Свою я не показывала и говорить о ней не спешила. Рассказ Антония поселил в моей душе еще больше сомнений и страхов. Я перестала понимать, что истинно, а что ложно. Тот, кому я долгое время доверяла, оказался подлым обманщиком. А представление о мире, которое у меня успело сформироваться, рушилось, словно песочный замок, смываемый волной перемен. Теперь я обязана выяснить правду.
На скулах Даррена напряженно ходили желваки. Он явно не был рад моему вопросу, но все же ответил:
— Метка — это своего рода карта судьбы, которая пишется на руке человека по мере того, как он проживает жизнь и преодолевает препятствия на пути к своей истинной паре. Это не всегда приятно, но с этим ничего не поделать, — он раздраженно потер запястье.