Углём и атомом
– Все равно пожалеют. Пленят, а потом морока… кто-то сбежит, кто-то еще что, – уже без особого энтузиазма рассуждал начбезопасности… и сам же искал варианты, – значит, гнать пленных вглубь материка на прииски рабами-работниками. А крейсер по-тихому пионеры на металлолом растащат. Шутка.
* * *
После штормового ветра с норда возобладал Тихий океан – главное субрегиональное дыхание атмосферы, задув умеренным… уверенным… восточным.
Надолго ли умеренным?
По горизонту слегка хмарилось, над материком все еще висели дождевые тучи, да и потолок неба, местами голубой, все больше был с кучевой проседью.
Продолжало пошатывать на волнах килевой качкой.
На вертолетной площадке – полузачехленный «Миль» с открытыми створками капота для доступа к движку. Возятся пилоты и обслуживающий персонал.
В том числе, при участии морпехов, оборудовали место под штатное размещение «Корда» – распоряжение начальства, с формулировкой «на всякий случай». Можно сказать, «дули на воду» после экстрима с бронепалубником. Да и всей критичности истории с английскими крейсерами.
Тут же на площадке «соколовцы» со своей беспилотной техникой, которые в удобстве эксплуатации своих «птичек» (взлет – посадка) закономерно «прописались» в вертолетном ангаре: установили на правый борт катапульту, настроили второй БПЛА с ретранслятором связи, протестировали системы. Запросили на мостик подтверждение.
– Андрей Анатольевич, – отозвался с трубки вахтенный, – звонят с юта. Пускать?
– Да. Конечно! – ответил за капитана начбезопасности.
– Спрашивают – тот, что за бухтой присматривает, его вертать?
– Э-э-э… – замешкался помощник.
– Нет пока. Пусть повисит в экономном режиме, – занято, просматривая вахтенный журнал, ответил уже сам Чертов, – сейчас связь с наместником установим и все, что видим, онлайн озвучим. Так оперативней получится.
– Думаешь, наместник там на стреме, только и ждет? – усомнился Шпаковский. – Да и связь, это такое дело…
– Я-я-я… м-м-м… поторопил бы… – не поднимая головы, с третьего захода «родил» кэп, – поторопил бы я события. «Дрейк» регулярно каждые три часа выходил шифротелеграфом, видимо, взывает к подельнику «Кресси».
Мощность сигнала говорит, что крейсер все еще у Командоров. Но откуда мы знаем, какие были договоренности и планы у бриттов? Может, поморзянят, поморзянят, да и попрутся сюда. И про Бечевинскую бухту – на «Кресси» явно знали, а вдруг и на «Дрейке» шкипер окажется таким же подкованным в местной гео графии? Опять же нельзя исключать, что на подранке восстановят передатчик, и тогда…
– И тогда надо тут же забить мусором радиоволну, – немедленно отреагировал начальник связи, – мои ребята денно и нощно дежурят, отслеживают эфир. Пойду, кстати.
– Пойди.
– А мы пока по кофе! Свежак из зерен намолол! «Потрапезничаем?» – зная, что не откажутся, предложил штурман.
– Валяй.
– И на меня! – напоследок взвыл начсвязи. – Я вернусь…
Крылатому ретранслятору до необходимой точки коммуникации по горизонтали всего тридцать километров. Гористая топография полуострова, закрывающая Авачинскую бухту, требовала подъема дрона на большую высоту.
Но на все про все – двадцать, от силы тридцать минут.
– Птичка уже на месте, а контакта-то нет! – Заявился из радиорубки начальник службы.
– О, дела! Может, ретранслятор того?
– Нет. «Несущая» идет, – качнул головой в ответ, – не надо было раньше времени нашего парня с «Лены» снимать. Там, он говорит, «маркони» местный – и сам «тяжелый» на все новое, и в помощниках у него совсем недоучка-студент.
– Не тянет? Или того… закоротил чего?
– Велика премудрость, – недовольно буркнул начсвязи.
– Я же говорил, я же говорил, – дважды повторил Шпаковский, – скоро сказка сказывается…
– Прекрати, – оборвал капитан и, хмурясь, вполне в логике предположил: – Если там кондуктор-телеграфист один, он и не на вахте может оказаться, а аппаратуру нашу и вовсе выключил.
– Отстучать им на телеграфной частоте? – подумал вслух Шпаковский. – Так радиоэхо и до Командоров мазнет. Вдруг на «Дрейке» всполошатся? Сюда почапают.
– Подождем, – решил Чертов, – эй! Где там кофе?
– Уже! – Обозначился с необходимым штурман и сам же стал разливать по кружкам, наполнив мостик ароматом:
– Так что – ждем? …пьем?
– Ждем.
– В таком случае вы мне вот что разъясните! Понимаю, история с англичанами, как и вообще с нами, выходит за пределы обыденности. Но Алексеев… штудировал я давеча про Его Квантунское Величество. Преизрядно воинственный дядька был, прожектами царя засыпал, вплоть до нанесения флотом по япошкам упреждающего удара, равно как они «приголубили» порт-артурскую эскадру. Но супротив императорской воли и политики Петербурга пойти не осмелился. А тут, ты гляди – вопреки приказу, всенепременно решил разделаться с обидчиками. Обстоятельства?
– Наверное, тут и я в какой-то степени его подтолкнул, – звякал ложечкой Чертов, – успел уже немного рассказать – как оно будет (или было) в истории.
– А я вот гляжу, наш штурман медленно, но уверенно переходит на манеру эпохи, – улыбаясь, подметил Шпаковский, – в плане – изъясняться.
– Ну, дык… пообщаешься, нахватаешься от всяких гостюющих. Обратили внимание, что и наместник иногда уже вставляет наши «измы».
– Людское свойство социума – вбирать и раздавать, – сфилософствовал кэп, – но сама тенденция мне нравится. Если он принимает «наше» – невольно становится на нашу сторону. Лишнее лобби при дворе не помешает. Я ему (когда в привате потолковали) коротко про Первую мировую, про союзничков-не союзничков, откуда ружьишки для революционеров и на чьи денежки. Тока-тока до «февральской» и отречения не дошел, а он не удержался от фатального соблазна – спросил, когда ему предстоит, как ты, Вадик, сказал, «своим ходом». Ну, я и сказал.
– И на фига?
– Так уж получилось. Он, ясное дело, погрустнел, но адекватно… мол: «я уже немолодой человек, все одно мне недолго». И даже обрадовался, что еще больше десятки коптить…
– Есть связь! – прервал вахтенный на телефоне.
* * *
Описать состояние английского корабля, его положение относительно берега, крен, количество уцелевших стволов, место стоянки от входа в бухту, место лагеря на берегу, рельеф прилегающей местности – все это просили… требовали обстоятельно и пристрастно. Сначала Алексеев, затем гарнитуру выпросил Трусов, опять передал адмиралу, продолжая виться «за кадром»: «ваше высокопревосходительство, спросите…».
– Загорелись! – уважительно подметил лейтенант Волков. – Серьезненький подход. Профессиональный. Живьем брать демона будут. В смысле абордажить.