Пальмы в снегу
«Я знаю, как помочь Бисиле», – написал Мануэль.
Дорога к Бисаппо была расчищена мачете и утрамбована десятками ног. У Хосе было дурное предчувствие. Он сожалел о том, что его тело утратило проворство. Его сына Собеупо разыскивали – об этом ему сказал Симон, – и он собирался предупредить жителей деревни. Но не успел. Сильно пахло дымом, и по приближении к деревне он заметил пламя. Пожар сопровождался криками и причитаниями жителей, которых вооруженные люди согнали в толпу. Хосе схватился за голову, и тут кто-то ткнул его под ребра.
– Шевелись, старик.
Его отправили к остальным. Первым, кого он узнал в толпе, был Инико. Но еще так молод! Старики, женщины и дети тоже были здесь.
Хосе вычислил старшего офицера и направился к нему, чтобы показать документ, который всегда носил при себе.
– Я отвечаю за плантацию Сампака, – сказал он.
Офицер изучил бумагу и вернул с презрением. Тогда Хосе достал несколько банкнот.
– Простите, я забыл остальные документы.
– Так-то лучше, – кивнул тот.
И снова Хосе в душе возблагодарил Килиана. Если б тот знал, как пригодились деньги, которые он высылал ему и его семье!
– Я прибыл отобрать работников для своей плантации, – сообщил он. – Мне нужна дюжина.
– Возьмешь пятерых. Остальные нужны для других работ.
– Но зачем сжигать деревню? Неужели нельзя просто увести людей?
– Они отказались выдать опасного преступника.
– Вы его нашли?
– Нет.
Хосе выдохнул с облегчением: его сына Собеупо не так-то просто найти, если он скрылся в лесу.
Он с тяжелым сердцем наблюдал, как дома пожирает пламя. Женщин отделили от мужчин и они с плачем прощались со своими мужьями.
К Хосе подошли две женщины.
– Куда нам теперь идти? – спросили они.
– В Реболу. Там вам помогут.
– А наши мужья? Что с ними сделают? Мы еще увидимся?
– Я постараюсь выяснить, на какую плантацию их повезут. Там нужны рабочие. Их буду кормить, и с ними ничего не случится. Однажды все это закончится… – Но он сам не верил тому, что говорил.
Он указал на Инико и нескольких племянников примерно того же возраста.
– Я забираю этих, – сказал офицеру.
– Они молоды. Ты не дурак!
– Молоды, да, но у них нет опыта. Придется потрудиться, чтобы научить их всему.
– Ладно, только не забудь про два часа военной подготовки в день!
Все шестеро бросили последний взгляд на пожарище и отправились прочь без уверенности, что когда-нибудь еще увидят своих соседей.
Радио занудно перечисляло титулы и подвиги Масиаса, затем прозвучало несколько хвалебных песен. Бисила выключила приемник.
– Тебе не нравится музыка? – спросил доктор Эдмундо, дружелюбно улыбаясь.
– Просто я пытаюсь сосредоточиться.
Бисила вздохнула. Жизнь никогда не была легкой, но теперь стало еще хуже. Они испытывали недостаток во всем, даже в самом необходимости: не было ни соли, ни сахара, ни молоко, ни мыла. Не было воды и электричества, дороги пришли в негодность, в городе по улицам ездили только правительственные машины. Несколько дней назад полиция обыскивала ее дом, когда Лаа был в школе. Они стремились уничтожить все следы колониального периода, а ей не забыли напомнить, что у нее были хорошие отношения с испанцами.
По глупости она спросила:
– На Фернандо-По полно домов. Не устали еще обходить их?
– Этот остров теперь зовется не Фернандо-По, а Остров Масиаса Нгемы Бийого Ньеге Ндонга, – угрожающе навис над ней офицер. – Или ты все еще скучаешь по испанским друзьям?
Ее могли бы забрать, но она дала им взятку, несмотря на риск, что они придут снова и поинтересуются, откуда у нее деньги. Откуда… Она выживала только благодаря своему ангелу-хранителю.
– Ты поможешь? – осведомился Эдмундо. – Роды могут быть сложными.
Когда она пришла работать в больницу Санта-Исабель – теперь больницу Малабо, они с Эдмундо подружились. Он был отличным врачом и благодаря своим связям всегда мог достать еду на черном рынке.
Вдвоем они вошли в родильную палату. Лицо женщины было серым.
– Она отказывается помочь, – шепнула сиделка. – Говорит, что ей плевать, выживет ли ребенок. Мол, сами доставайте как хотите, а тужиться она не будет.
Бисила нахмурилась, а Эдмундо спросил:
– Как же так? Мать не желает родить своего ребенка?
– Похоже, ее изнасиловали парни из отряда Президентской молодежи, – тихо пояснила сиделка.
Бисила подошла к женщине, спросила, как ее зовут.
– Весеппа.
– Ты правда не хочешь родить этого ребенка?
Темные глаза женщины наполнились слезами. Бисила взяла ее за руку, наклонилась и что-то зашептала на ухо.
Она сама прошла через это, так что лучше других понимала ее.
– Нам надо спешить, – заметил Эдмундо, стоя у изножия кровати.
Бисила, взглянув на него, кивнула:
– Весеппа поможет.
Роды были трудными, но спустя два часа Бисила положила на грудь матери хорошенькую девочку.
– Как ты ее назовешь?
– Еще не думала об этом, – отозвалась женщина, поглаживая крошечную ручку малышки.
И тут Бисила вспомнила милое имя из мифологии буби.
– Как насчет Бёрии?
Женщина согласилась.
Вдруг распахнулась дверь, и в палату ворвался полицейский.
– Как вы посмели сюда зайти?! – гневно воскликнул Эдмундо. – Вы же в больнице!
– Мы ищем Бисилу.
– Меня? – изумилась она. – Зачем?
– Вы сестра Собеупо из Бисаппо?
У Бисилы замерло сердце, а малышка вдруг расплакалась.
– Да.
– Говори, где скрывается преступник! – потребовал офицер и повернулся к кровати, на которой перепуганная женщина прижала к себе ребенка. – Заткни его!
Женщина прикрыла головку дочери рукой.
– Понятия не имею, где он, – ответила Бисила.
Полицейский схватил ее за руку.
– Ты пойдешь с нами.
Бисила не шелохнулась. Инико, у которого сейчас переходный возраст, в безопасности в Сампаке, вместе с дедушкой Йозе. Но что будет с Лаа? Кто заберет его из школы после обеда?
– Немедленно отпустите ее! – вмешался доктор Эдмундо.
– Что, тоже хочешь пойти с нами? – вступил второй полицейский.
– Я – Эдмундо Нсуэ, а Бисила – сотрудник больницы. Я знаком с президентом лично, и если надо, я сам с ним поговорю.