Пальмы в снегу

Конечно, Хакобо и в голову бы не пришло, что его брат влюбился в чернокожую девушку. Для него «черненькие», как он говорил, существовали для развлечений, но не для любви. И так было не только с Хакобо – еще ни один белый мужчина не увозил чернокожую любовь в Испанию.
Килиан снова вошел в круг танцующих. Потом будет много тяжелой работы и всяких других проблем, но сейчас он хотел насладиться праздником в компании друзей. Сейчас с ним была Бисила, и больше ему ничего не нужно!

Было совсем поздно, когда Килиан отправился в хижину, выделенную белому гостю. Бисила ушла раньше, и его охватило ужасное чувство одиночества. Возникло искушение налакаться в хлам, но он удержался, надеясь на невозможное – что Бисила придет к нему сегодня ночью.
Шагнув за порог, он ощутил резкую боль в ступне. Посмотрел в неясном свете масляной плошки – из ранки текла кровь. Он начал искать кусочек ткани, чтобы замотать ногу.
В этот миг невозможное случилось – открылась дверь, и вошла Бисила. Свое европейское платье она сняла еще перед пиром – вокруг тела была обернута пестрая ткань, а на открытых участках виднелись рисунки, нанесенной красной краской.
– Что с тобой? – спросила девушка, опустилась на колени и нежно обхватив его стопу ладонями.
– Наступил на что-то… – еле смог проговорить Килиан, не веря, что все это происходит на самом деле.
– Ты напоролся на пальмовый шип.
– Пальмовый шип? Откуда от тут взялся?
– В двери наших хижин вставляют домики улиток ахатин. В них проделывают дырочки, и в дырочки втыкают пальмовые шипы.
– И зачем?
– Чтобы защититься от дьявола, – серьезно ответила Бисила. – Если он коснется ракушки или шипа, сразу убегает.
Килиан от души расхохотался.
– Не знал, что он такой пугливый!
– Осторожней, Килиан, – нахмурилась Бисила. – Не шути такими вещами. А то дьявол собьет тебя с ног.
Килиан взглянул на нее в упор.
– На самом деле я и не думал высмеять ваши обычаи. У нас в Пасолобино до сих пор используют высушенные козьи ноги и лапы хищных птиц, чтобы отгонять злых духов и ведьм.
Бисила налила в миску воду и промыла ранку, затем молча разожгла огонь в очаге. Килиан зачарованно наблюдал, как она раскатывает толстый матрац поверх шкур, устилавших пол, как натягивает москитную сетку над ложем. Не сводя глаз с Килиана, она позволила ткани, прикрывавшей наготу, упасть на пол, легла на матрац и протянула руку, приглашая его присоединиться.
Килиан не мог оторвать взгляд от ее тела. Бисила была еще прекраснее, чем он мог вообразить. Он лег рядом и, все еще не веря в реальность происходящего, легко коснулся ее кожи – та была мягкой и горячей. Он умел обращаться с женщинами, но Бисила была особенной… Она даже пахла по-другому: ванилью и орхидеями.
Сердце Бисилы забилось в радостном ожидании. Наконец-то они одни! Моей, будущее – все это не имело значения.
– Наконец-то мы вместе, как какао и снег, – тихо сказал Килиан. – Сколько времени я мечтал об этом!
Бисила взглянула на него своими бездонными глазами.
– И я мечтала. Позволь, сегодня я буду ублажать тебя, как истинного вождя. Мое тело не девственно, но сердце свободно. И я дарю его тебе.
Килиана тронули ее слова. Он коснулся губами ее губ.
– Сегодня ты моя королева, – прошептал он. – Ты будешь моей вайрибо, защитницей.

Немало времени спустя они все еще слышали песни, но уже не такие громкие. Вскоре Бисиле нужно будет вернуться в свою хижину, чтобы не вызвать подозрений.
Килиан положил голову на грудь девушки, она нежно поглаживала его по волосам. Он чувствовал себя в раю… почти что.
– Несправедливо, что мы должны скрываться, – пробормотал он.
– И теперь нужно быть еще осторожнее, – сказала она, садясь. – Ведь я изменила мужу.
Вот об этом-то и думал Килиан. Бисила принадлежала Моей, и изменить ничего нельзя. Если кто-то узнает, ее сурово накажут.
– У нас так же, – кивнул он. – Мужчина может спать с разными женщинами, но если женщина неверна – в ад попадет только она.
– Когда я была маленькой, нам говорили, что изменившую жену подвешивают вниз головой, а руки и ноги отрубают, или даже закапывают живьем в землю, оставляя лишь голову, чтоб сожрали хищники.
Килиан содрогнулся.
– Однако по традиции буби, если женщина овдовела и провела все необходимые скорбные ритуалы, она может быть с любым мужчиной, с каким захочет. Разве что не сможет снова выйти замуж.
– Будь ты моей женой, – Килиан не смог сдержать улыбку, – я бы тобой ни с кем не делился! Ни до, ни после смерти.
Бисила провела по его груди, задержала ладонь на сердце.
– Нам нужно быть очень осторожными, – пробормотала она. – Пусть это будет наш секрет. А сегодня, сейчас я получила больше, чем могла мечтать.
Килиан взял ее руки в свои и поднес к губам.
– А буду надеяться на большее, моя милая вайрибо, мой хранитель, – прошептал он.
Бисила встала, подобрала свой пестрый наряд и намотала на бедра. Килиан лежал на боку, подперев ладонью щеку, не в силах оторвать от нее взгляд. Она наклонилась, чтобы еще раз поцеловать его. А перед тем как уйти, оглянулась.
– Что бы ни случилось, Килиан, эту ночь я не забуду никогда! И я всегда буду с тобой.

Несколько недель спустя Бисила закрыла дверь комнаты Килиана так тихо, как могла. Проверила, хорошо ли застегнуто платье, и пошла по коридору босиком. Повернула налево, к лестнице, и застыла. Она правда слышала голос? Сделала несколько шагов назад, прижалась к стене и прислушалась. Нет. Показалось…
Положение луны на небе, она видела ее в окно, показывало, что сегодня она вышла от Килиана позже, чем обычно. Но это и лучше – в такое время все крепко спят. Стала спускаться по ступенькам, крепко держась за перила. Сердце гулко колотилось. Она знала, что приходить к Килиану в комнату опасно, но был ли у нее выбор? После церемонии в Бисаппо они продолжали тайно встречаться. Килиан приходил в больницу под предлогом взять лекарство, или измерить давление, или проведать заболевшего, как раз под конец ее смены. И они предавались любви в маленькой тесной кладовке. Но таким встречам они предпочитали ночные, когда Бисила пробиралась в комнату Килиана под покровом темноты. Именно поэтому она вызвалась работать в ночь, что вполне устраивало Моей, потому что за ночь больше платили. Разделяя постель, Бисила и Килиан могли наслаждаться друг другом с меньшим риском, что их обнаружат.
Она спустилась к подножию лестницы, выскользнула на крыльцо с белыми колоннами и пошла вдоль стены, поглядывая на главный двор – нет ли кого? Внезапно распахнувшаяся дверь ударила ее так сильно, что она вскрикнула.