Квест а, б,в, г… (СИ)
Сначала Бро показалось, что это узкоглазая богиня: одета чуть похоже и в манере двигаться есть общее. Конечно же нет, половчанка была пониже ростом, крепенькая такая, по-фитнесовски мускулистая, резковатая. Но не лишена… нет, не лишена привлекательности. Такой манеры играть-крутить в танце косами и плетью Бро вообще не доводилось видеть. Ух…
Князь понял, что ему сейчас отгрызут ухо. Вот в прямом смысле отгрызут — в волчьем облике двоечница стала гораздо откровеннее. Ну и хорошо. Какой смысл скрывать друг от друга чувства в эту глухую волчью ночь? Волк Волков перевернулся на спину, показывая беззащитный живот и свое невольное возбуждение. И чего теперь, и его отгрызть, да?
Грызть Васко не стала — все-таки оставалось в ней человеческое милосердие и понимание откровенной неразумности безвозвратной порчи организма. Ободренный князь указал лапой на барабанщика — вижу, что манит, но за уши не цапаю?
Волчица-двоечница грациозно передернула плечами и всем телом. Подумаешь, ну, интересен дикий воин, ну смотрю. Что же мне — зажмуриться? И вообще какое твое волчье дело?
Вот да, нет нам дела до других кривоногих качков и танцовщиц. Потому как есть горячий язык и бесподобная возможность волчьих лиз-поцелуев. И уши — слушать. Должны подойти конники Гореславля и Запаславля, время уже.
Не увлеклись волки — не судьба. У костров что-то изменилось и оба четвероногих лазутчика мгновенно вскочили на лапы.
Красавица-половчанка вытащила в круг одну из пленниц. Рывки за руку и угроза плетью заставили несчастную девицу-китежку закружиться в танце. Страх и алчные взгляды зрителей не лишили бедняжку природной грации: порванный подол сарафана и растрепанные светлые волосы развевались манящим ореолом, да и вообще… Хороша китежка.
Князь Волков даже в волчьем напряженном облике не терял склонности к отвлеченным мыслям и определенному системному анализу. Вот как получается, что в историческо-литературном прошлом столь высокий процент привлекательных девушек? Бонус учебных заданий или просто некто Б. В. слегка озверел на лесоповале без женского общества? Вдруг и Васко… тоже всего лишь обман оголодавшего подсознания?
Рокотали барабаны, пела дудка, кружила в простом, но выразительном танце жестокая половчанка беспомощную пленницу, трогала бесстыдно плетью, смеялась. Вот махнула кожаным оружием, подзывая двоих сидящих… Понятно, станет блондинка из Китежславля-Заречного наградой особо отличившимся врагам…
Волки переглянулись. Васко зверски скалилась. Ах, мы, феминистки не приемлем сексуального насилия. А надо ли отдельно провозглашать чувства, естественные для всякого приличного человека?
Бро прыгнул во тьму, напарница с опозданием клацнула клыками, пытаясь остановить. Нет, Василиса, сейчас не время медлить, думать и обсуждать. Ночь, враги-насильники, воин-волк, тут решения сами идут…
Визжала девчонка-китежка, которую уносили в темноту. Все ж чужды половецкие герои групповому эксбиционизму, не вздумали у костров раскладывать несчастную, это хорошо. Не больно им горло порвем, проявим милосердие.
Князь спешил, огибая лагерь, выходя наперерез. Но инстинкт и опыт не давал забыться — волк крался, припадая к земле. Здесь они, рядом, уже остановились…
Нес ночной ветер запахи пропитанных конским потом тел, крепкого меда и неправильного возбуждения, и резала это подлая вонь чуткие ноздри. Уши четко слышали сопение и возню, всхлипы девушки, шорох мнущейся степной травы…
Бро явился сбоку от извивающихся тел: один из половцев оттянул по траве над головой руки девушки, удерживал жертву на земле, второй уж почти приступил к нехорошему. Князь был хладнокровен и быстр — сначала держащего… под клыками дернулось горло, лопнул кадык. Мягковаты половцы… с какими-нибудь псами-рыцарями наверняка труднее бы дело пошло…
Лежащие все же успели поднять глаза и заорать. Даже непонятно кто громче: ошеломленный воин или светловолосая красавица. Оно и понятно, когда кровью тебе на лицо внезапно брызжет… Но кроме вопля, половец ничего предпринять не успел — волчий лоб боднул его в лицо, в следующий миг клыки рванули горло…
У костров кричали — слышали крик предсмертный, там не глухие. Бро еще раз мотнул головой, освободил пасть. Китежка уже молчала — дух у нее перехватило, не каждый день лежащего на тебе урода клыками раздирают. Князь сдернул обмякшее тело насильника и указал лапой во тьму — драпай, дурочка, пока тут уж совсем жаркое не началось.
Неизвестно, что подумала шокированная девчонка, но поползла прочь она быстро, просто удивительная скорость для бега на четвереньках.
Бро мимоходом оценил дело своих лап и клыков: оба половца лежали недвижно, бритоголовые и почти обезглавленные. Гм, не ожидал такого от себя Бронислав Волков. Ну, бой он и есть бой, сначала режем и рвем, а ужасаться и депрессанты пить время потом появится. Если, конечно, не падет князь в этой безымянной, но славной степной сечи.
От костров уже бежали, гортанно крича и готовя оружие. Эх, рано начинать пришлось — не успели подойти наши, волчий экспромт пошел внезапно. Но исчезать в ночи нельзя — нужно дать время девчонке удрать, да и увести половцев подальше от лагеря не помешает.
Волков вскинул морду к желтому золотому месяцу, взвыл кратко и насмешливо. Во! Разом полегчало. Кстати, петь никогда не умел, а тут очень годно вышло, с проникновеннейшей фольклорной напевностью, даже Ильич бы одобрил.
Просвистела стрела, вторая… Не смешите. Бро уже скользнул в сторону, готовясь прыгнуть на переднего лучника. Ого, какой коренастый, кривоногий, явно не из последних в половецкой иерархии…
Не довелось еще разок на клык взять половецкого жилистого, почти конячьего на вкус тела. В лагере вновь заорали, и тут же вопли заглушил топот, задрожала земля, прорвался сквозь этот звук волчий вой… Сработала двоечница, славно сработала — пуганула лошадей, погнала. Да и никто не сомневался, что графиня сможет. В другом мы сомневались…
Следующие секунды Бро сомневаться было некогда — приходилось уворачиваться от несущихся лошадей. Вспугнутый табун, это знаете ли, жуткое дело. Никакого противостояния бесстрашных воинских интеллектов, никакой игры клинков-клыков, просто куча тяжелых копыт, норовящих по черепу заехать или хвост отдавить…
Пришел в себя Волков на берегу озерца, лапы были мокрые — с перепугу в воду заскочил, хотя нервный табун уже удалился. Вот в лагере продолжался хаос: три повозки перевернулись, костры разбросаны, кто-то ползает и голосит, россыпью удирают в степь пленницы, на левом фланге явно рубятся и орут боевое старо-ругательное. (Кстати, вообще не отличить от современного).
— За Запаславль! — кричали там всадники, работая копьями.
— Жми Гориславль! — отозвался правый фланг, мелькали там конники, щелкали луки, кто-то взвыл от боли.
Подошли наши разъезды, получилось вовремя и даже очень согласованно. Деморализованные, обезлошаденные половцы удирали в степь, их преследовали немногочисленные, но полные боевого духа всадники. Победа!
Торжествующе застучали барабаны в лагере. Мелодия совсем иная, красивая и торжественная. Бро с изумлением увидел волчицу — Васко сидела за трофейными барабанами, эффектно и уверенно стучала лапами. Вот дает, музыке, значит, училась? Но как же лапами, да так точно и виртуозно мелодию отбивать… Это же композитор Бородин, фрагмент из второго акта.
Сам князь Волков по части музыки и музыкального слуха вырос откровенной бездарью. Хотя мама старалась приобщить, вот когда-то и на оперу «Князь Игорь» водила. Тоже классика, тогда правда, не очень восхитившая. Но если слушать в степи, да в исполнении красивой волчицы…
Волк Волков встряхнулся и побежал к гаснущим кострам. Надо все же показать, что нравится и даже очень. Графиня, она чуткая и немного обидчивая.
Бро сел на разостланный половецкий плащ, подобрал хвост и с восторгом выслушал последние такты барабанов. Васко счастливо скалилась-улыбалась — отбивать сложную мелодию ей явно доставляло огромное удовольствие. Талант, вот несомненный талант. И чего скрывала⁈