Размышления русского боксёра в токийской академии Тамагава, 6

К её удивлению, замок разблокировался, а дверь щелкнула, приоткрываясь и запуская её внутрь.
Все помещения офиса кто-то оставил нараспашку (или это специально?); и из коридора было хорошо видно, что споры за небольшим овальным столом уже идут. Достаточно долго, ожесточённо и бескомпромиссно.
— Я опоздала, мои извинения. На каком этапе всё находится? — Кога, коротко поклонившись присутствующим, придвинула к себе ближайший свободный стол.
Из женщин, кроме неё за столом присутствовали Коюмэ (эта сидела рядом с Масахиро и изображала что-то вроде его вассала); Рейко (с другой стороны от белобрысого; ну нифига себе! Вот это поворот!).
Женщиной также была заместитель главного бухгалтера и кто-то из юристов.
— А вы здесь в какой роли? — Коити Вадзима, заместитель начальника операционного департамента, ответил вопросом на вопрос без паузы.
— Мивако, мы очень хорошо к вам относимся, но уже битый час спорим по процедуре! — добавил его босс и друг, Киёси Танабэ. — Пожалуйста, назовите свой статус.
— Тпр-р-рууу, не так быстро! — Маса хлопнул ладонью по столу. — Для начала, перед вами жена сами знаете кого.
На него неприязненно посмотрели сразу четверо.
— Бывшего первого руководителя, последнего из них. — Ничуть не смутился пацан. — К тому же, она акционер с голосующим пакетом. И это я просил её прибыть.
Кажется, малолетний паршивец надеялся, что она ему чем-то поможет. Ну давай, мечтай.
— Мне не нужны ни адвокаты, ни представители. — Мивако холодно поглядела на пасынка. — Я здесь присутствую как человек, владеющий полным объёмом информации финансового директора. Бывшего, — она со значением оглядела Танабэ, Вадзиму, старшего юриста и главного бухгалтера.
Проигнорировала Обути, Масу, Коюмэ и занимавших должности третьего уровня (и ниже).
— Не интересует, — коротко уронил белобрысый, снова хлопнув ладонью по столу.
От его хлопка Кога вздрогнула.
— А почему ты говоришь от имени всех? — вкрадчиво поинтересовался Вадзима.
— Коити, а ты вспомни свои собственные слова, четверть часа назад, — наглый школьник обратился по имени и на ты, что в данных условиях можно было трактовать как вызов. — Модератора совещания избрать не дали вы. Стало быть, из конструктивного формата совет директоров перешёл в гораздо менее перспективный.
— Это в какой? — главный юрист и задумчиво оторвался от экрана своего гаджета.
— Кто кого перекричит, — равнодушно пожал плечами школьник. — Сейчас, спасибо операционному департаменту, — он издевательски поклонился через стол, — убедительнее всех будет звучать тот, кто громче и чаще орёт. А не тот, кто толковее всех будет говорить о деле.
Да что у них тут происходит?
— Это не ответ на мой вопрос. — Шеф операционистов покраснел, явно после вызова в голосе школьника.
— Окей, поясню развернуто. — Маленький хам забросил ногу на ногу, а левую руку — на талию сидевшей рядом Коюмэ.
Бл**ь, да не на талию! А ниже! Ещё и при всех.
Отчего-то Мивако захотелось скрипеть зубами. Понятно, что этот совет директоров и акционеров, ещё и в расширенном формате, изначально не должен был пройти легко. Вон, операционисты уже сплочённо образовали подобие первой группировки в битве за власть. Но далеко не последней за этим столом, кажется.
И чего этот белобрысый пацан её так бесит?
— Я участвую, как акционер с правом голоса. — Приняла решение Кога, вклиниваясь в разговор. — Дополнительно к этому, все вопросы по финансам — в моих руках.
— Не все. — Равнодушно прокомментировала белобрысая сволочь без толики даже намека на уважение в голосе.
Вот же тварь! Раздражаешь! Или это беременность?
— Мивако, я очень тебя люблю, как мать ребёнка моего отца, — разлился соловьем паршивец, играя на публику. — Но есть завещание Ватару Асады. Виртуальный нотариус, заверение по всем правилам, регистрация на сайте электронного правительства. Подтверждена искусственным интеллектом кабинета министров в режиме реального времени.
— С какой целью распинаешься? — насмешливо подняла бровь бывшая секретарша.
— Дешёвое обесценивание, — и не подумал смутиться пасынок, нагло ухмыляясь в ответ. — Там чётко названы активы компании, доступ к которым финансовый директор передаёт лично мне — а тебя в списке наследующих по ряду пунктов нет. Так что, у тебя не вся информация по финансам. Далеко не вся.
— Асада, хм, Масахиро. Ты не ответил на мой вопрос! Почему ты говоришь с ней от имени всех? — вкрадчиво поинтересовался Вадзима, будто бы не замечая диалога мачехи и белобрысого и переглядываясь с заместителем.
— Коити, хм, Вадзима. — Чёрт, а передразнил операциониста он удачно. Ещё и с подковыркой, поменяв имя и фамилию местами. — Я тебе ответил — ты просто не сообразил. Или прослушал. Повторяю для особо одарённых: избрать модератора совещания не дали вы. Значит, все мы будем орать без регламента, кто и когда захочет. Или ещё глубже поясню…
— Да куда уж глубже, — недовольно и тихо поморщился себе под нос главный маркетолог.
— Вадзима, — продолжил школьник. — Кто сейчас будет громче и убедительнее всех орать — тот и будет больше всех влиять на обсуждаемую повестку. Доступно теперь?
— Тот случай, когда вынужден согласиться, — неожиданно подал голос старший юрист. — Коити, алло? А и правда, чего вы так ерепенитесь? Вовсе не топлю за пацана, — он кивнул на блондина. — Но мысль-то здравая?
— А они хотели не дать остальным образовать любую группу, в противовес им, — услужливо подсказал старшему Маса, хотя его никто не спрашивал. — Думаю, план был такой. Хаос первого этапа, когда все против всех и мы тут за столом друг с другом грызёмся. А на втором этапе, когда все устанут спорить, этаким чёртиком из табакерки выскакивают операционисты: дескать, вот вам наше решение. Соглашайтесь.
— Здесь присутствуют преимущественно взрослые люди, — пожал плечами уже главный бухгалтер, неодобрительно глядя на подростка. — С нами такой номер не прошёл бы.
— Это он в том случае не прошёл бы, если бы наш доблестный операционный департамент не подстраховался, — моментально парировал младший Асада.
— Как? — теперь заинтересовался уже юрист.
— Они оповестили миноритарных акционеров. Некоторых, выборочно. Тех, что с минимальным пакетом, для создания нужной обстановки. Ну а чё, за два этажа отсюда заряжена группа народу — они явно за Танабэ. Эй, народ, ну вы чего?! Сокайя¹ пока никем не отменена! Есть возможность — есть практикующие.
— Откуда…? — непроизвольно вырвалось у шефа и товарища Вадзимы.
Старшеклассник многозначительно поиграл бровями, но ничего не ответил.
— Ну, вообще-то, хотелось бы соблюсти приличия, — вздохнул шеф операционистов, глядя сквозь стол. — Но если так… — он выпрямился, словно собираясь сказать что-то ещё.