Pulp

Выстроенная по правилам имперской фортификации цитадель не претерпела никаких изменений при всех сменившихся здесь режимах. Склады, казармы и главная крепость располагались на тех же местах, где их выстроили инженеры ещё колониальных войск Экуменики. Я легко ориентировался внутри стен, и уже через четверть часа оказался в нужном мне месте. Мог бы и раньше, но приходилось то и дело петлять или прятаться, уходя от многочисленных патрулей, шагающих внутри стен цитадели.
Поднявшись на крышу хозяйственного здания — склада продуктов и кухни одновременно — я прилёг на ней, ловя в открытый прицел Огано. Отсюда до посадочной площадки дирижабля было не больше полусотни метров, и из такой винтовки, как М-13, я точно не промахнусь. Три выстрела короткой очередью она кладёт в десятку с минимальным разлётом. А грудь и голова Огано для неё просто идеальная мишень, осталось только дождаться, когда он отойдёт от дальномеров, чтобы отдать очередной приказ радисту.
Но прежде чем это случилось, я почувствовал, как мне в затылок упирается пистолетный ствол.
— И как это понимать? — поинтересовался я, не отрываясь от прицела. Огано мог оказаться у меня на мушке в любой момент.
— Опусти оружие, — произнесла у меня за спиной Серая Лисица, — медленно и без фокусов.
— Мне повторить пароль?
— Это лишнее, я отлично знаю, кто ты.
— Тогда убери наконец пистолет от моей головы.
— Я не люблю повторяться. — В голосе Лисицы послышалась неподдельная угроза. — Опусти оружие и поднимайся на ноги. И чтобы ты не наделал глупостей, сразу скажу: оба моих парня держат тебя под прицелом. Ты не успеешь дёрнуться, как тебя нашпигуют свинцом.
— Я тоже не люблю повторяться, — заявил я. — Я задал тебе вопрос и жду ответа.
— Хватит тянуть время! — Теперь в голосе Лисицы звякнул металл. — Ты встанешь, или я вышибу тебе мозги.
Демонстрируя серьёзность намерений, она взвела курок пистолета. Действие совершенно напрасное, но именно для демонстрации подходит идеально. Мне оставалось только медленно опустить винтовку и подняться на ноги. Без резких движений.
— Теперь вниз, — велела мне эльфийка, всё ещё стоявшая у меня за спиной, — и следуй за мной. Без глупостей. Против троих твои шансы и так не велики, но если поднимется шум, ты покойник, сам понимаешь.
Тут с ней было не поспорить — устрой я даже короткую перестрелку на территории цитадели, в лучшем случае я смог бы унести отсюда ноги. А об убийстве Огано в ближайшее время не стоило и задумываться. Потому я последовал приказу Серой Лисицы и спрыгнул на землю.
Внизу меня уже ждали оба солдата эльфийки, предавшие меня вместе с нею. Стволы их винтовок смотрели мне в грудь. Сама Серая Лисица изящно приземлилась передо мной. Интересно, как ей это удалось, ведь она только что сидела у меня за спиной. Предательница махнула рукой своим подельникам, и мы направились в сторону цитадели. Лисица впереди, потом я, и за мной двое солдат, держащих мою спину под прицелом.
И что самое неприятное, встретив первый же патруль, Лисица приветственно помахала рукой. Солдаты Огано пропустили нас без единого вопроса. Без проблем мы миновали все патрули и дежуривших у главного входа в центральное здание цитадели штурмовиков из личной гвардии мятежного генерала. Рослые орки с почти чёрной кожей, одетые в неплохую по африйским меркам броню и с самозарядными винтовками в руках, только кивнули Серой Лисице. Двери цитадели открылись перед нами.
По пути я ничего не стал говорить Лисице, ни о чём не спросил её. Ответ и так был понятен — без лишних слов. Эльфийка и её люди, отправленные передать весточку Огано, предали меня, и, само собой, дело было только в деньгах. Как всякого наёмника, Лисицу можно было перекупить, а уж на своих бойцов она имела достаточно влияния, чтобы они пошли за нею, не задумываясь ни о чём.
Я презирал её в этот час, пока шагал следом за нею по пыльным улочкам цитадели Огано к главному зданию. Ничуть не меньше презирал я и её людей — ведь они были такими же «Солдатами без границ», как я, Миллер или Оцелотти, или же сама Серая Лисица. Я попытался дать им мечту, сделать из них нацию наёмников, не обременённых долгом перед королями или государствами, верными только своим товарищам и армии. Солдат, свободных от границ, над которыми не довлеют преступные приказы высшего командования. Об этом мечтали мы с Миллером, когда гнили в окопах под Недровом. Но многие их тех, кто пришёл ко мне, путали свободу и вседозволенность, считали, что частная армия вроде «Солдат без границ» не сумеет долго существовать без покровителя. Я же казался им всего лишь мечтателем, быть может, безумцем, оставившим свой разум на полях битв Великой войны. Такой же оказалась и Серая Лисица, раз предала меня, дав перекупить себя генералу Огано или тем, кто стоял за ним. Она не была достойна ничего, кроме презрения. Я дал ей мечту, а она предпочла ковыряться в кровавой грязи, оставаясь обычной наёмницей. Да ещё и потянула за собой двух парней из «диких котов» Оцелотти.
Внутри центрального здания цитадели оказался вполне рабочий лифт. Его также охраняли двое вооружённых штурмовиков из личной гвардии Огано. Но и они лишь равнодушно проследили, как Лисица открывает решётку, чтобы войти внутрь.
Правда, прежде чем перешагнуть порог кабинки лифта, где поместились бы только мы с нею, эльфийка обернулась ко мне.
— Оставь винтовку и прочее огнестрельное оружие моим парням, — велела она. — А холодное — мне.
Надо сказать, место, чтобы разоружить меня, выбрано было идеально. Кроме двух бойцов Лисицы, кто мог вместе с ней доставить мне немало хлопот, здесь стояли гвардейцы Огано. Услышав её слова, оба орка тут же подобрались и перехватили самозарядные винтовки. Если попытаюсь дёрнуться, меня вмиг нашпигуют свинцом.
Не говоря ни слова, я сунул в руки одному бойцу винтовку, прежде освободив магазин. Тот со звоном упал на пол, заставив пальцы орков дёрнуться на спусковых крючках. Но выдержка не изменила гвардейцам Огано. «Дикий кот» принял у меня оружие, передёрнул затвор, поймав вылетевший патрон, и повесил винтовку на плечо. С пистолетом я провернул тот же трюк, только пошёл дальше. Освободив магазин, я сам передёрнул затворную раму — патрон из патронника вылетел вверх. Двумя быстрыми движениями я сдёрнул раму и уронил рассыпающийся пистолет под ноги второму солдату. Предавший меня «дикий кот» ничего не сказал, лишь отшвырнул ногой подальше от нас несколько деталей пистолета.
— Нож ты сломаешь пальцами? — поинтересовалась Лисица, глядевшая на моё небольшое представление с весёлыми искорками в глазах.
И снова я ничего не стал ей говорить, мне нечего было сказать предательнице. Я снял боевой нож вместе с ножнами и кинул ей. Лисица легко поймала его левой руку и тут же зацепила себе на пояс.
— И я должна поверить что это — всё? — приподняла она бровь.
Я лишь плечами пожал и поднял руки, скидывая с плеч остатки накидки.
— А ты считаешь, я таскаю с собой на каждое дело целый арсенал? Я должен был сделать один выстрел и покинуть город. Не веришь — обыщи меня.