Быть собой (СИ)

А потому он даже обрадовался, когда остаток фарийского отряда наконец-то подъехал к городу — это было уже вечером, и уставшие беглецы, сумевшие сделать все, что хотели, заняли позиции, ожидая гостей.
План боя придумала Итриада и он, честно говоря, попахивал безумием, но более здравых идей взять было неоткуда, поэтому никто возражать не стал. Трегоран с Димарохом затаились на крепостной стене, а девушка спряталась в одном из домов, в окне которого призывно поблескивали золотые монеты.
Трегорана трясло.
«Опять я на стене», — подумал юноша. — «И опять должен драться не на жизнь, а насмерть».
Он бросил косой взгляд на Димароха. Актер улыбнулся и очень осторожно выглянул из-за зубца.
— Идут, — шепнул атериадец, натягивая лук, и Трегоран вскочил, сплетая одно из своих самых сильных заклинаний.
Столб пламени рухнул на противников, почти прискакавших к воротам, не причинив, впрочем, им никакого вреда.
Трегоран громко расхохотался и бросился бежать, буквально слетев со стены и устремившись в лабиринт городских улочек.
Он слышал, как вслед ему полетели разрушительные заклинания, и, не оборачиваясь, закрылся щитом. Юноша не знал, насколько хватит его сил, да сейчас это было и не важно! Куда важнее — бежать, пусть враги ринутся за ним, пускай подставят спины.
Крик, раздавшийся позади, говорил только об одном — Димарох попал. Спустя пару ударов сердца громыхнуло, и Трегоран вознес короткую молитву Эмм-еану, прося того защитить атериадца, который стал таким хорошим и верным другом. Громыхнуло еще раз.
«Не попали», — подумал Трегоран, и тут над его головой пронеслась самая настоящая молния.
Юноша оглянулся — пятеро фарийцев, двое из которых были магами, преследовали его.
«Многовато», — подумал он, — «но ничего, почти добежал».
Он перепрыгнул через самую обычную доску, валявшуюся посреди дороги, и повернул за угол. Враги последовали за ним, и Трегоран был готов поклясться, что видел, как один из них наступает на нее. Древнее дерево хрустнуло под ногой человека, и ловушка, установленная Итриадой, сработала: самодельное копье вылетело из дыры в стене, глубоко вонзаясь в плоть.
Громкий протяжный крик был тому подтверждением.
«Вот бы попался маг», — подумал Трегоран, оборачиваясь.
Увы, это был всего лишь обычный воин.
«Тогда вот так вам!» — злобно подумал юноша, бросая за спину хитроумное заклинание, всплывшее в памяти.
Не было взрывов, дыма или чего-нибудь похожего, просто посреди улицы выросла каменная стена, намертво преграждавшая дорогу. Трегоран ускорился, добежав до конца переулка, и остановился, переводя дух и ожидая, что же будет дальше. Лишь перестав бежать, он понял, как же сильно устал. Руки и ноги тряслись, по лицу и спине тек пот, в груди клокотало.
«Не-ет, я точно долго так не выдержу. Скорее бы уже добраться до Итриады!»
Стена рассыпалась мириадами песчинок, и за ней показались фарийцы. Трегоран, недолго думая, швырнул в одного из них огненный шар, а во второго — заклинание, останавливающее сердце. Как он и ожидал, те отбили и то, и другое, почти моментально атаковав сложными воздушными чарами, которые должны были спеленать юношу и парализовать того. Трегоран был готов к этому и безо всяких проблем отразил атаку фарийских магов, после этого помахал им ручкой, и бросился бежать дальше.
«Ну где же этот поганый дом?» — думал он, задыхаясь от скорости и жадно ловя ртом воздух. — «Вот он!»
Юноша нырнул в широко распахнутую дверь, и, пробежав насквозь, резко метнулся вправо. Итриада уже была тут, держа меч наготове. Она кивнула Трегорану, и тот принялся творить сложное боевое заклинание, которое наверняка могло пробить защиту преследователей.
Первый появился в дверном проеме, когда молодой чародей почти закончил. Ему оставалось сотворить несколько последних пассов, и…
Итриада, не раздумывая, опустила меч, и голова человека покатилась по земле, но саму девушку отшвырнуло неведомой силой — маг, находившийся позади, действовал не раздумывая.
«И очень шаблонно», — подумал Трегоран.
 
Точно также атаковал девушку фарийский колдун, удерживавший выход из умирающей Батерии. И ему это не пошло на пользу.
Тимберец вытянул руки вперед, и с них сорвался ревущий поток пламени, который устремился прямо в дом, наполнил его и превратил в костер. Горело все — камень, кирпичи, деревянные перекрытия. Пламя в мгновения ока пожрало постройку, но при этом проявляло удивительную покорность, не стараясь зацепить что-нибудь еще. Оно повиновалось воле чародея целиком и полностью, подпитываясь его силой.
— Ну, если это их не прикончит… — прошептал Трегоран и ахнул, покрывшись холодной испариной.
Из огня выступила фигура фарийского мага. Тот шел, окруженный небесно-голубыми кольцами водного доспеха. Трегоран вспомнил и это заклинание, он знал его, но сотворить не сумел бы — слишком много сил требовали эти поистине грандиозные чары.
Фариец вышел из пламени и направился к юноше, рассекая струю огня, бьющую из его рук. Трегорана охватила паника — чувство, с которым, как он думал, получилось справиться. Увы, это оказалась лишь иллюзия — настоящая опасность вновь парализовала его волю и отбросила на месяцы назад, превратив в беспомощного труса, дрожащего при виде сильного врага.
Фариец понимающе усмехнулся и огненный поток в руках Трегорана иссяк.
— Признаю твою силу, мальчик, — на чистейшем тимберском произнес враг. — Но все кончено. Ты достиг своего предела и сейчас умрешь.
Трегоран, упавший на колени, покорно кивнул.
— Я уважаю твою храбрость, а потому сделаю все быстро. Готов?
Трегоран снова кивнул.
— Давно бы так, — фариец казался расслабленным, но одного взгляда на него было достаточно чтобы понять, этот могучий маг и не думает расслабляться. Малейшая попытка к сопротивлению, и он превратит последние минуты своего врага в самый настоящий кошмар, заставляя того испытывать непередаваемые муки.
«Может, так и лучше? Может, хватит уже бороться?» — подумал Трегоран. — «Ведь закрыть глаза и покориться — это так просто, так хорошо» …
Додумать он не успел — откуда-то сверху прилетела стрела, которая вонзилась фарийцу прямо в плечо. Тот недоуменно посмотрел на нее. Какое-то долгое мгновение чародей не понимал, что ранен, а затем тело дало ему нужный сигнал, и мужчина закричал, активируя новую магическую броню — на сей раз, воздушную.
Одна за другой три стрелы ударились в этот доспех и бесславно отлетели.
«Бесполезно», — подумал Трегоран, глядя на то, как на крыше появляется Димарох с натянутым луком в руках. — «Это не поможет. Сейчас ты умрешь».
На мага налетела Итриада. В одной руке девушка держала меч, в другой — небольшое копье. Именно оно полетело в мага, и тот был вынужден отбивать метательный снаряд, отвлекшись буквально на мгновение. Этого Итриаде хватило — меч прошел через доспехи, предназначенные для борьбы со стрелами и камнями, и чиркнул фарийца по груди.
Тот закричал и пошатнулся, но Итриада в очередной раз отлетела назад, ударившись головой о камни, однако маг потерял сосредоточенность и броня, подпитываемая его силой, рассыпалась, чем тотчас же воспользовался Димарох, выпустив подряд три стрелы. Ни одна из них не достигла цели — фариец отбивал их, а затем швырнул в дом, на котором стоял атериадец, что-то непонятное — Трегоран не сумел разобраться, что же это за заклинание такое.
Древнее строение гулко ухнуло и обвалилось, подняв тучу пыли.
Фариец что-то хрипел, двигаясь к Итриаде. Девушка уже была на ногах и кинула в мага камень, тот увернулся. Она крикнула, обращаясь к Трегорану.
 
Он вяло поднял голову и уставился на нее. Итриада сумела разминуться с целой гроздью огненных шаров, с невероятной скоростью обошла мага с бока и прыгнула, метя тому в голову. Фарийцу это явно надоело, потому что воительница в очередной раз отлетела, отброшенная воздушной волной.
Она упала почти под ноги Трегорана и уже не смогла подняться, лишь смотрела на него, и что-то говорила. Ее губы шевелились, произнося слова, которые не проходили мимо, не задерживаясь в мозгах юноши.