Страж Китежа

С секундной заминкой, но Дорш всё-таки кивнул, посчитав такое начало разговора вполне приемлемым. Ему всё равно нужно было обдумать увиденное, так что…
— Я хочу присоединиться к отряду охотников-разведчиков, отец.
Мужчина поперхнулся:
— Ты в своём уме, Элин?! — Определённо, Дорш оказался не в восторге от заявления наследника, если не сказать иначе. — Это невозможно! Ты слишком юн и неопытен для того, чтобы выходить за стены вместе с охотниками!
— Я готов пройти все необходимые экзамены, включая теоретические. — Перерождённый знал, как отреагирует отец на его желание, и потому полагался на общепринятые нормы, которым главе клана просто нечего было противопоставить. — Для меня это действительно важно, отец.
Влияние и власть несли за собой не вседозволенность, но всё новые и новые ограничения. Выходец из малого клана мог заняться буквально чем угодно, и никто не сказал бы ему ни слова против. Охотник, политик, чиновник, ремесленник, повар — перед ним были открыты все дороги. При том тот же сын главы этого малого клана уже был ограничен ожиданиями общества и собственных людей: едва ли кто-то воспримет всерьёз наследника, который клану предпочтёт собственную пекарню.
В свою очередь, наследник среднего клана подвергался ещё большему прессингу, который, как предполагал перерождённый, прошлого Элина просто-напросто сломал. Неспроста у “того” Элина были и весьма неплохие навыки на поприще анимы, и закалённое тренировками тело.
Вероятнее всего, ещё год-полтора назад наследник Нойр вкалывал как не в себя, и, в конечном итоге, перегорел.
Сказать, что для Нойр это был удар ниже пояса — значит не сказать ничего. Перспективный наследник в один момент отказался ото всего того, чего добился, превратившись в разгульного бабника.
И, что вполне естественно, клан искренне мечтал о том, что Элин займётся делом. А уж каким — без разницы, ниже падать было уже некуда.
— Ты не можешь не понимать, насколько это опасно. И твои слова… — Серьёзный, но тёплый взгляд мужчины пробрал Элина до глубины души. Ведь сколько бы он ни убеждал сам себя, Дорш Нойр был его отцом. Другим, но при том всё тем же, что и раньше. — Я сделаю всё для того, чтобы тебя судили непредвзято и честно. Никаких поблажек не будет, сын.
— Я понимаю. — Элин кивнул. — Но считаю, что моих знаний и умений будет вполне достаточно для того, чтобы достойно преодолеть все испытания…
Глава клана чуть улыбнулся, и показал один, — указательный, — палец, сразу после небольшой паузы пояснив:
— Одна ошибка, Элин. Ты — единственный наследник клана, и мы не можем позволить себе тебя потерять. Так что если действительно хочешь стать охотником — к следующему лету как следует подготовься…
— Я бы хотел пройти экзамены уже в ближайшие дни, отец.
Дорш устало потёр переносицу:
— Если провалишься, то к следующему экзамену тебя допустят не раньше чем через год. С учётом того, что сейчас — лето, ждать тебе придётся минимум два года. — Дорш прекрасно помнил правила, установленные ещё его дедом, потому что сам в молодости не раз и не два пытался попасть в ряды охотников. Тогда он этого не понимал, но его отец, — дед Элина, — делал всё для того, чтобы его единственный сын не сгинул за стенами, что часто случалось с молодыми, талантливыми и амбициозными анимусами.
Ведь что обычный человек, что анимус одинаково хрупки, если дело касается пропущенного удара или нападения из засады. Малоопытные охотники, как правило, так и гибнут — не замечают притаившегося зверя, порой даже не демона. Ведь те, кого учат убивать могущественных тварей, не принимают во внимание исходящую от простых хищников опасность.
Они — герои-защитники, что им волки и насекомые?
— Я уверен в своих знаниях и способностях, отец. Помнишь тот наш разговор про причины, побудившие меня измениться? — Элин изящным жестом спрятал посох в перстень. — Возможно, я знаю намного больше, чем полагал изначально.
— Знания не есть опыт, Элин. — Мужчина могучим волевым усилием поборол неверие, приняв произошедшие с сыном изменения как данность. Правда, всё несколько смазывали высказанные Сазалом беспокойства касательно столь резких перемен в характере наследника. — Понимание этого для тебя особенно важно, если ты хочешь реализовать свой потенциал.
— Именно на выявление моих слабостей и направлен экзамен охотников, разве нет? — Хитро улыбнувшись, перерождённый притянул к себе аккуратно сложенную одежду, в мановение ока в неё облачившись. — Если моих способностей окажется недостаточно, отец, то я без лишних слов откажусь от своей затеи.
— Рассчитываешь на то, что я поддамся моменту и соглашусь с тем, что в противном случае ты будешь волен делать что угодно? — Дорш ухмыльнулся. — Нет, сын. Сейчас я не могу что-то тебе обещать. Слишком уж неожиданным оказалось твоё желание.
— Понимаю, и потому не прошу назначить экзамены уже на следующий день. Если захочешь обсудить что-то ещё, отец, то я буду в своей мастерской. Мне нужно кое-что поправить в артефакте.
“Артефакте…” — Дорш мысленно усмехнулся. — “Даже я вижу, насколько много дыр в этой конструкции. Или, может. это и не боевой артефакт вовсе…?”
Впрочем, вслух любящий, — хоть и не торопящийся выказывать эмоции, — отец сказал совсем иное.
— Действуй с осторожностью и, если потребуется, обращайся за советом к мастерам клана. Они помогут найти ошибки. И ещё один момент… — Мужчина неожиданно для самого себя вспомнил, что именно его сюда привело. — Как ты умудрился получить приглашение от Ланески Мурум?
— Случайно, отец. — Перерождённый пожал плечами. — В общих чертах — она пренебрегла этикетом, и на этой почве мы несколько повздорили. А так как людей от кланов вокруг было более, чем достаточно, мне предложили продолжить разговор на ближайшем мероприятии, проводимом Мурум…
— И им оказался Акелис — талантливый юноша, уже зарекомендовавший себя в качестве охотника… Твоё неожиданное желание вступить в их ряды — случайность, или же…?
Элин и сам удивился словам отца, так как под таким углом на небольшой конфликт с Бестией он не смотрел.
— Случайность, отец. Я бы не стал поступать столь… глупо.
— “В глазах семьи твой грядущий побег, конечно же, будет выглядеть как исключительно достойный поступок”. — Хохотнула Эрида, для которой наблюдение за миром глазами носителя было практически единственным развлечением. — “Не злись, я пошутила”.
Прямо Элин не ответил — лишь послал змейке смесь своих мыслей и эмоций, по которым можно было понять, что она тут ни при чём. Ту незначительную злость, которой повезло прорваться наружу, вызвали последовавшие за упоминанием побега воспоминания о собственном поражении.
Об ошибке, повторения которой перерождённый намеревался избежать любыми способами.
— Надеюсь, это действительно так, сын. — Дорш сложил руки за спиной, втянул носом нагретый летним солнцем воздух — и развернулся на месте. — Завтра я передам тебе всё то, что тебе необходимо запомнить перед выходом в свет. В конце концов, ты очень долго жил в отрыве от общества, но за счёт статуса наследника всё ещё несёшь ответственность за свои действия.