Я заберу тебя
– Вас привезли часов в пять утра, пульс почти не прощупывался. Люди, которые вас нашли, думали, что вы мертвы, но скорую вызвали, – Денис Сергеевич начал рассказ, а я его внимательно слушала. Он забрал у меня зеркало и убрал его в сторону.
– Видимо, мне повезло, – улыбнулась я. – А где меня нашла? – поинтересовалась я, всё ещё надеясь что–то вспомнить.
– В парке, возле пруда, почти что ночью, никого ещё не было на улице, – тут же ответил он.
Я молчала, пытаясь представить себя лежащую на земле возле воды, но никаких воспоминаний не последовало. Денис Сергеевич, так ничего и не дождавшийся, стоял и смотрел на меня.
– Сейчас все показатели в норме, кроме, конечно, памяти. Кратковременная потеря памяти в таких случаях, как ваш, случается, главное, что вы очнулись. Не нужно перегружать мозг сейчас, постарайтесь отдохнусь, прийти в себя, сейчас вам нужно поесть, чтобы набраться сил.
– Но я итак три дня отдыхала, – возразила я, однако врач тут же меня переубедил:
– Для вашего организма это был совсем не отдых, как вы считаете, а борьба за здоровье и жизнь, на которую он потратил уйму ресурсов.
Я пожала плечами, и согласилась:
– Тогда буду есть и отдыхать. Что мне ещё делать–то, – грустно усмехнулась.
– Вот и хорошо. Если вы что–то вспомните, то завтра утром я буду на дежурстве. Вот тут есть кнопка, – он указал на неё, – Вы можете вызвать медсестру, если вам что–то понадобится.
На все его слова я просто кивала, несмотря на то, что старые воспоминания были утеряны, новую информацию я впитывала, как губка.
Денис Сергеевич ушёл, я поела, едва–едва запихнув в себя несколько ложек каши и запив их чаем. Желудок за столько дней, видимо, отвык от пищи, потому как больше ничего съесть я не смогла. Решила, что подвиги совершать буду постепенно.
За окном начинало темнеть. Я сделала попытку встать на ноги, но они были будто бы ватные, не слушались меня, пришлось сесть обратно на кровать. Посидев несколько минут, я повторила свою попытку. Осторожно встала, держась за кровать, потихоньку добралась до тумбочки и дошла до окна. Опираясь на подоконник, я внимательно рассматривала, что находилось за стеклом. Окна палаты выходили, видимо, во двор, чуть подальше был больничный парк. Над деревьями в домике были видны верхушки многоэтажных городских домов. Они были такие большие, непривычные. И, вроде как, этот город был для меня чужим.
Я не заметила даже, что стою на ногах, уже ни за что не держась. Обратно до кровати я дошла уже самостоятельно. Какая–то безысходность на меня накатила. Я легла под одеяло, ничего не хотелось. В таком настроении я и уснула.
Не знаю сколько я проспала, но проснулась я оттого, что медсестра трясла меня за плечо. Я, ничего не понимая, села в кровати и вопросительно посмотрела на неё.
– Вы кричали во сне! Я услышала и прибежала, – обеспокоенно тараторила девушка. – С вами всё хорошо?
– Спасибо, – просипела я. – Всё нормально.
– Может быть, мне с вами посидеть? – предложила она, внимательно вглядываясь в моё лицо.
– Нет, не стоит, я в порядке, – пробормотала я, пытаясь оживить в памяти тот сон, что заставил меня кричать.
Девушка вышла. Я через какое–то время решила пойти в душ, понимаю, что уснуть больше не получится. Как обрывки кадров из плохого кино, всплывали куски сна. А я пыталась их собирать, как пазлы в картинку, которая, как мне казалось, может быть очень важна.
В моём сне была женщина лет пятидесяти. Высокая, представительная, хорошо одетая. Она была на меня не похожа: светлые волосы, черты лица другие, но во сне я знала, что это – мой близкий человек. Она улыбалась мне, как будто хотела меня успокоить.
– Лиза, детка, ты должна меня понять, – говорила она как–то слащаво.
– Нет! Не подходи ко мне! – кричала я, по щекам текли слёзы.
Сон был реалистичным. Очень. И, может быть, я ошибаюсь, но мне казалось, что это – моё воспоминание. Вот только что это всё значит, я не понимала.
Всю ночь я прокручивала в голове этот сон. Перебрала все детали, вспомнила всё, что смогла. Наверное, прошла километры, нарезая круги по палате.
Во сне я была одета в джинсы и плащ, а на ногах были туфли на сплошной подошве. На руке сверкал какой–то странный браслет. Я его увидела, когда отталкивала от себя ту женщину. В простом сне я не разглядела бы всё так подробно.
Глава 3. Денис.Домой я пошёл не сразу. Нужно было как–то переключиться после трёхсуточного дежурства, но вскоре мысль о душе и мягком диване взяла надо мной верх.
Первым делом, как вернулся домой, позвонил родителям, выслушал мамины нравоучения, поклялся, что со мной всё в порядке и с чувством выполненного долга пошёл в душ. Но всё время, что бы я не делал, мои мысли занимала беспамятная пациентка. По сути, я не знал даже её имени, вот только это не помешало ей поселиться в моей голове.
Я засыпал, думая о ней, и с мыслями о ней проснулся утром. Всё было так же, как перед обычным рабочим днём, вот только на работу я пришёл едва ли не на час раньше обычного.
Стоило мне только появиться, ту же медсестра на посту сообщила:
– Девушка из палаты напротив кричала ночью во сне.
– С ней всё в порядке? – я готов был тут же рвануть в палату, но всё–таки сдержался.
– Я ей предложила с ней побыть, но она отказалась, я заходила к ней потом ещё, но сначала она в душе была, а потом просто сидела на кровати, не спала, – продолжила медсестра свой отчёт.
Я заглянул в палату девушки, убедившись, что она не спит, вошёл.
– Доброе утро, – она перевела на меня взгляд. – Света сказала, что вы ночью кричали, – сразу же завёл я интересующую меня тему.
Девушка кивнула.
– Да, мне кошмар приснился. Очень… реалистичный, – она даже вздрогнула. – Зато теперь мы с вами, кажется, можем познакомиться. Из этого сна я узнала, что меня зовут Лиза.
Я улыбнулся. Имя – это уже хорошо.
– Значит, ваш мозг делает попытки восстановить память. Пусть таким необычным способом, но это уже вселяет надежду, – попытался приободрить её я. – Но почему кошмар?..