Кот в малиновом тумане (ЛП)

Она окинула братьев взглядом. Интересно, почему ей кажется, что у каждого из них подмышкой левой руки что-то бугрится? Кроме Ральфа, у которого подозрительная выпуклость находится под правой рукой. Наверное, он левша. И еще любопытно, почему лейтенант Молина никогда не выглядит так, будто использует в качестве дезодоранта для подмышек мятую газету? Ведь полицейские же обязательно должны быть вооружены, выходя в город, где такие вот гангстеры таскают на себе больше железа, чем команда маньяков-металлистов!
Темпл подняла свою торбу, набитую всем необходимым для работы — другими словами, почти всем ее движимым имуществом.
— Не мог бы один из вас понести мою сумочку?
Сразу несколько братьев бросились на сумку, точно стая белых ворон, чуть не сшибив с ног ее хозяйку…
Полчаса спустя Темпл восседала в центре первого ряда зала «Павлин» на нижнем этаже «Хрустального феникса» — меньшего из двух театральных залов отеля.
Ее раненая нога покоилась на алой бархатной банкетке, как будто ожидая хрустальной туфельки. Темпл надеялась, что это будет пластиковая модель Вейтцмана на плексигласовой шпильке.
У нее явно не было недостатка в кандидатах на роль прекрасного принца. Один принес и поставил рядом с ней на придвинутый столик запотевший бокал минеральной воды. Второй предупредительно раскрыл новенький блокнот. Сразу три авторучки «монблан» с золотыми перьями — наверное, их следует теперь называть «ручки Фонтана» — были предложены тремя разными братьями и лежали в непосредственной близости от ее правой руки, точно шеренга нарядных часовых.
Она никогда не была так великолепно организована, так готова к работе — и так неспособна делать хоть что-нибудь.
Темпл все-таки начала проставлять пункты в блокноте, пытаясь собрать воедино детали собственного плана насчет строительства «Феникса под стеклом». На сцене монтировщики стучали и гремели, сооружая декорации и подготавливая свет, а актеры, в большинстве своем — любители, набранные из журналистов, стояли по сторонам, уткнувшись в сценарий, и бормотали про себя не выученные тексты ролей.
Дэнни Голубок бешеной стрекозой метался от монтировщиков к актерам, точно в приступе шизофрении.
— Нет, нет и нет! — вопил он, перекрикивая бубнеж и стук. — Это все неправильно! Смотрите сюда!
И через секунду:
— Да! О, да!.. Великолепно! Обожаю! Шарман!
Команды, уже привыкшие к бурной смене настроений босса, сохраняли полную невозмутимость независимо от направления его эмоций. В конце концов, все они были членами профсоюза.
— Вот уж где мафия бы обрела поддержку, — проворчала Темпл себе под нос. — Профсоюзы! Никаких тебе больше изысков, только простая черновая работа, но по цене выше самых высоких прожекторов в этом городе.
— Привет, как дела? — вопрос прозвучал над ухом Темпл так неожиданно, что она едва не подпрыгнула.
И, даже не оборачиваясь, поняла, что это не кто-то из одуряюще услужливых братьев Фонтана: голос был девичий, хотя и слегка хрипловатый, с легким налетом западного выговора.
Обернувшись, Темпл оказалась лицом к лицу с хулиганской версией самой себя — на нее смотрела похожая на эльфа рыжая девушка в клетчатой рубахе, неподдельно потертых голубых джинсах, иссеченных песком ковбойских сапогах и при веснушках.
— Джилл Даймонд, — она протянула загорелую руку для краткого, но крепкого пожатия и кивнула на опухшую ногу Темпл: — Вам повезло, что вы только лодыжку растянули на той лестнице в подвале. Вообще, за кулисами — самые опасные места. Не знаю, как можно заставлять всех этих девчонок на каблучищах носиться туда-сюда по бетонным лестницам всю ночь.
— Традиция. Вот поэтому они зовут себя «лошадками». Лифт на сцену только для неодушевленных предметов. Ой! Вы, наверное, жена Джонни?
— Ага, — Джилл откинула назад ржавые прядки. — И еще внучка Восьмерки.
— Восьмерки О’Рурка?
— А что, в этом городе есть другие Восьмерки? — хихикнула Джилл. — Я подозреваю, что это из-за вас мой дед опять где-то гоняет по ночам?
 
— Не поняла?..
— Разве он не на вас работает?
— Ничего подобного.
Джилл швырнула соломенную ковбойскую шляпу, которую держала в руку, на столик и осторожно присела на бархатное сиденье.
— Хм, вот черт. Он в последнее время где-то пропадает гораздо дольше, чем старый солдат вроде него может себе позволить.
— А почему вы решили, что он работает на меня?
— Ну, он раньше на вас работал же. И еще… он говорил, что у него заказ от кого-то из «Серкл Ритц». Никаких имен, конечно, да я и не ждала. Профессиональные секреты и все такое, ну, вы понимаете. Короче, это не вы?
Темпл помотала головой:
— Это, наверное, моя квартирная хозяйка, Электра Ларк. Она вращается в этой тусовке.
— Тусовка… — Джилл тряхнула кудряшками, наблюдая за баталиями на сцене. — Эти старые калоши думают, что они до сих пор ого-го. Использовать банду «Глори Хоул» как приманку для туристов им, видите ли, недостаточно. Мой старикан не единственный, который изображает из себя Шерлока Холмса на пенсии. Мотыга Лонниган намерен открыть гриль-бар на Темпл Бар у Лэйк Мид. Называется «Гуляка Луи». Вся эта престарелая банда должна сладко спать после обеда, а не открывать ночные забегаловки.
— Темпл Бар?..
Джилл перевела на Темпл свои прозрачные глаза.
— Верно, Бар — с одним «р». Ну и ну, я думала, с вашей работой вы должны знать про Темпл Бар. Лодочная пристань на озере. Экскурсии и все такое. Не знаю, правда, почему Мотыга Лонниган не назвал свой бар «Мотыга».
— «Гуляка Луи» звучит очень мило. Такой… потрепанный шарм, — признала Темпл, думая о другом, тоже, в некотором роде, гуляке, Луи. — Вэн упоминала, что тут есть в окрестностях место, носящее мое имя, или что-то в этом роде. Еще одно такое есть в Лондоне. Конечно, лодочная пристань на озере Мид — это не так шикарно, как верфь Куинхайт на Темзе в Лондоне, да… Так ваш дедушка не говорил, что за дело он ведет?
Джилл покачала головой:
— Он выслеживал какого-то перца, с которым не надо бы ему было связываться, потому что тот постоянно что-то делал по ночам. А старикам ночью надо спать. Вот это я знаю.
— Вы за него беспокоитесь?
— Так уж вышло. Когда банда «Глори Хоул» еще пряталась в пустыне, я была у них единственной связью с миром. Они заботились обо мне, я заботилась о них.
— У меня сложилось впечатление, что Восьмерка из тех, кто способен сам о себе позаботиться.
— Может, и так, — Джилл улыбнулась. — Пойду посмотрю, как там Джонни. Если он закончил репетировать в большом зале, он сразу придет сюда, работать на вашем номере.
— Как прекрасно звучит — «мой номер»!..
— Я слышала, он классный. — Джилл встала и забрала свою шляпу. — Все про него говорят, но никто не выдает, чем там дело кончится, даже Джонни, хотя я его пытала щекоткой.
— Правда? — Темпл была польщена. Кроуфорд Бьюкенен вел себя так, будто он оказывает услугу по старой дружбе, включив ее номер в свой гениальный сценарий.
— Ага, даже до других отелей дошли слухи. А что вы хотели, раз насовали шпилек в половину больших шишек в Лас-Вегасе?
— «Гридирон» для того и создан.
— Смотрите, помните, что лифты сделаны для того, чтобы держаться подальше от лестниц.
— Я постараюсь, — сказала Темпл, несколько растроганная. Надо же, Джилл Даймонд проявляет заботу о ней, а сама ни ростом, ни возрастом ее не превзошла.
— Я мамаша безумно непоседливого ребятенка, — призналась Джилл с неловкой усмешкой. — Так что вечное беспокойство у меня такая же зараза, как ветрянка.
— Все в порядке. Братья Ники присматривают за мной, точно няньки.
— Ну, всё, теперь я точно забеспокоилась.
Джилл хлопнула шляпой по своему обтянутому джинсами бедру, как будто стряхивая песок по давней привычке, и пошла по рядам назад, к выходу, в своих крошечных ковбойских сапогах.
Темпл опустила глаза на линованный блокнот, в котором кое-что записала во время разговора.