Будь моим хранителем

Петр Валерьевич повернулся к Лере и, взяв ее за плечи произнес четко:
— Мы сделаем все возможное. — и уже обращаясь к Юлии, сказал: — Так, девочек накормить, обогреть, спать уложить.
Юлия ответила короткое «Так точно» и повела нас на первый этаж. Я нехотя покидала кабинет Петра Валерьевича. Я хотела расспросить про его планы, но он уже снова с кем-то разговаривал по телефону, раздавая распоряжения.
Нас разместили в небольшой комнатушке с двухъярусной кроватью. Ели мы овсяную кашу из металлических мисок, попутно таская из раскрытой коробки сухпайка пресные крекеры. Армейский чай был необычайно вкусным. Мы навалили себе по две ложки сахара с горкой и, отхлебнув пару глотков, удовлетворительно ухмыльнулись друг другу.
— О чем думаешь?
— Думаю о том, чтобы все это быстрее кончилось. — Лера наклонилась ко мне поближе: — Ты слышала, что они планируют операцию в двенадцать ночи?
Я шумно вдохнула. До двенадцати еще целый день впереди, почему они медлят, ведь каждая минута на счету. Я озвучила свои опасения.
— Ты знаешь, я мало понимаю в военном деле. Но, согласись, к такому серьезному мероприятию как захват здания, при чем с охраной, стоит подготовиться основательно. А теперь там еще и заложники…
Мы обе понимали, что это только усложняло всю планируемую миссию. Но другого выхода не было, как только ждать.
    
26
Виктор
Молодой лаборант бесконечно брал мою кровь, относя пробирки в гематологический анализатор, ждал результат, потом всматривался в него, уносил куда-то. Снова возвращался. И так снова и снова. Я пытался заговорить с ним несколько раз, но он упрямо молчал. В какой-то момент я просто вырубился от усталости.
— Ну, как тут наш пациент…
Я все еще лежал с закрытыми глазами, притворяясь спящим.
— Все результаты подтвердились. В крови действительно содержатся титры Д1 и Д2. - это молодой лаборант.
— Прекрасно! Наш ученый совет дает добро на продолжение?
— Д-да…
— Тогда приступайте.
Я вдруг развернул голову, встретившись взглядом с Еленой. Тело болезненно сжалось, оно так затекло под этими ремнями, находясь в одной позе, что теперь болела каждая клеточка.
— Петр размажет тебя. Неужели ты думаешь, что он не знает где я?
— Петр… Петя. А неужели ты думаешь, что я не подготовилась к этой встрече? И потом, нам осталось чуть-чуть, чтобы закончить с тобой, а твои друзья что-то не торопятся на выручку.
— Что ты от меня хочешь?
— Как насчет того, чтобы вернуть тебе дар перемещения? И не просто вернуть, а перемещаться в любую точку Мира?
— Это безумие…
— За это безумие мне платят просто нереальные деньги. Майкл, — она обратилась к парнишке, — Приступай, что ты стоишь как истукан!
Майкл дернулся, но прошел в угол комнаты. Открыл дверцу в матовом черном стекле и я увидел толстые кривые корни дерева, от которых исходило слабое голубое сияние.
— Впечатляет, да? Мы находимся сейчас прямо под белым залом… — Елена стояла в полоборота ко мне и тоже наблюдала за манипуляциями молодого лаборанта. Майкл осторожно ввел шприц в ближайший корневой отросток и набрал голубую жидкость.
— Теперь мы соединим этот Сок с плазмой твоей крови… Сделаем еще пару химических фокусов и окажемся на пороге Великого открытия…
Я зачарованно смотрел на эту светящуюся жидкость и она отражалась в моих зрачках как драгоценные сапфиры. Майкл покинул палату вместе с пробиркой бесценной жидкости и наваждение спало.
— Ты же тоже чувствуешь эту силу, да? — Елена смотрела на меня. Ее лицо было умиротворенным. Сейчас она даже была красива. Я вдруг вспомнил какими подростками мы были. Как нам было хорошо вместе. Но то время уже не вернуть. Та девочка, превратилась в алчного монстра, сминая на своем пути людские души.
— Да, — отвечаю я.
Она медленно подходит к моей койке и проводит своими пальцами по моей руке медленно, едва касаясь:
— Мы бы могли быть вместе… — трепетный шепот и опущенные ресницы.
От отвращения по телу пробегает мелкая дрожь. Я ловлю ее взгляд, взгляд молящей женщины, над которой я все еще имею власть. Я бы мог этим воспользоваться.
— Если я не умру от ваших опытов…
Ее глаза вспыхивают на секунду, я вижу в них страх, отчего внутри меня все холодеет. Но она отвечает, что я не умру. Что она этого не допустит.
Она наклоняется в порыве и припечатывает мои губы своими в твердом поцелуе. Потом отрывается и вновь набрасывает на себя маску высокомерия.
Как только она выходит из палаты, возвращается Майкл. Удивительно, здесь я вижу только Елену и этого молодого человека, хотя я уверен, что за дверью этой комнаты, где-то сидит упомянутый Еленой, Ученый Совет, которые не хотят светить своими лицами.
Майкл придвигает ко мне металлический стол на колесиках. На нем уже лежит готовая к инъекции сыворотка. Он становится спиной к камере, заслоняя также и мое лицо.
— Она собирается уходить через тоннель…
Он едва шепчет, скорее я читаю по его губам.
— Как только она получит результаты эксперимента…
А сам в это время подготавливает мою руку к уколу. Мной овладевает паника. Я молюсь, чтобы Петр спас моих родных, ибо себя я уже причислил к погибшим.
— Сейчас я введу вам сыворотку и надену датчики на голову, считывающие нейронные сигналы. — он говорит это уже громко, работая на камеру. — Аппарат будет записывать все электронные импульсы и мы узнаем, было ли перемещение или нет. Ваша задача думать о том месте, куда бы вы хотели переместиться.
Сначала я ничего не чувствовал, кроме жара, который накрыл мое тело. Я прислушивался к ощущениям, пока Майкл пялился на монитор. Я уверен, что в этот момент не только этот молодой лаборант внимательно вглядывался в мои показатели. Где-то там в другой комнате на экраны смотрели как минимум еще пять пар глаз, а то и больше. Такой эксперимент не каждый день увидишь.
Во рту пересохло, я ужасно захотел пить. Тело ломало как при жутчайшем гриппе. Я застонал от боли. Сердце колотилось в утроенном ритме. «Я сейчас умру». Чувство, что вот-вот мое сердце остановится, усиливалось. Я дышал быстро и поверхностно. Меня накрывала паническая атака. Голова закружилась, посылая в мой мозг образы пляшущих цветных кругов перед глазами. В последний миг я подумал о месте, куда мне нужно переместиться. Петр. Мне нужно к Петру.
Мария
— Проснись! Проснись, Маша! — Лера трясла меня за плечо.
Кажется я уснула на втором этаже нашей кровати прямо в одежде.
— Что? Что такое?…
— Слышишь? — Лера на мгновение замерла, прислушиваясь, призывая и меня сделать то же самое.