Ребенок от отчима

— Обиделась? — кидает мне в спину тоном, каким родители с детьми разговаривают. — Куда ты, Кис?
— За мазью, — бурчу. — Хоть здесь я могу помочь? Или ты опять сам? — и не дожидаясь ответа, иду на кухню к холодильнику.
Привычка от бабушки, хранить лекарства на дверце холодильника. Но они оттуда всегда холодные и так приятно ложатся на кожу. Сразу ощущаешь, что мазь наложил.
— С характером! — доносится до меня довольный голос Карима.
— Поплыл, дядь! Я же говорил… — хохочет Рустам. — Но ты мне смотри! Катя мне не чужая, могу и… — и дальше я ничего уже не слышу.
Но и этим довольна.
Хороший он парень, Рустам! Вот бы они с Алиской всё же сошлись!
Карим
— Вот же дрянь, — тихо тяну и поворачиваюсь к племяннику, предварительно убедившись, что Катя ушла.
Убить гадину готов! Сдал ведь её Тиграну, но нет! Нашла возможность мне напоследок нагадить перед тем, как Тигр её в другие руки передаст. Для его бизнеса Ольга уже стара, а вот его коллега в Европе заинтересовался эскортницей бывшей.

— Ты сейчас о Кате? — переспрашивает Рустам, напрягшись.
— Нет, конечно! — восклицаю, округлив глаза. Как такое можно про Катю сказать?! — Об Ольге, — снижаю громкость голоса и продолжаю. — Позавчера ездил к ней, чтобы она кое-какие документы подписала. Забыл о них, когда развод оформили. Она подписала, но обещала, что сделает всё, чтобы у меня ни ребёнка, ни Кати не было. Чуть лицо мне не исцарапала.
— Решила Катю до нервного срыва довести? — догадывается племянник и садится рядом. — Вот же сука! Сразу эту твою курицу невзлюбил, — хмыкает, хрустнув костяшками.
— Ты ведь знал, почему я тогда женился на ней, — вздыхаю. — Единственный знал и поддержал.
— Поддержал — не значит, что Ольга мне нравилась, — протестует. — Не люблю баб, которые приходят и беременностью своей в лоб тычут, твердя, что ребёнок твой. Никогда бы на такой не женился!
— М-да! Одна ошибка привела к другой, — вздыхаю, задумчиво потирая подбородок.
— Так, хватит рассуждать и тянуть резину, — решительно начинает Рустам. — Надо что-то делать. Кате нервничать нельзя, а из-за журналюг она обязательно будет.
— Может её на время к Алисе отправить? — советуюсь с ним. — Она говорит, что скучает по подругам.
— А она согласится? — с сомнением спрашивает. — Сам же говоришь, что с характером она у тебя.
Улыбаюсь от его слов.
У меня…
Совсем недавно я её избегал, потому что боялся Кисы, её чувств, мыслей и даже взглядов. Но она, словно маленький котёнок, схватилась за штанину и полезла вверх, свернувшись клубком на моём сердце.
Сам не понял, когда наступил этот момент. Просто увидел её в своём кабинете с чашкой чая и… понял, что хочу видеть её каждый день на пороге своего кабинета. С кофе. С чаем или без ничего. Просто смотреть на неё, её уже округлившийся живот и видеть в её глазах любовь, заботу, поддержку.
Она совсем непохожа на Машу, но этим она нравится мне больше всего.
Нежная, добрая, сочувствующая, а кое-где дерзкая. Но её ворчание и дерзость мне, наоборот, настроение поднимают и улыбаться заставляют.
Люблю ли я её? Да! Люблю! Почему? Не знаю… Потому что она такая... родная какая-то.
Да, над нашими отношениями придётся много, очень много работать! И скорее мне, чем ей, но я уже вижу, что у нас будет крепкая и хорошая семья.
— Пффф! У неё выхода не будет, — фыркаю.
— Ну да. Франция — хороший вариант. Одна поедет?
— С профессором, — киваю сам себе. — Одну не отпущу. Пусть и старик отдохнёт, развеется. Тоже ведь сердце слабое, а пресса и до него доберётся.
Сердце у профессора и правда шалит и часто его беспокоит из-за вечных нервотрёпок в университете. Предложил ему работу в моём бизнесе. Ну а что? Я собираюсь расширяться и такие многоязычные кадры мне не помешают.
— Согласен. С ней не поедешь? Или могу я поехать проведать… сестрёнку, — прокашливается, отводя глаза в сторону.
Ох, Рустам!
Какой же идиот!
Влюблён в Алису! По-настоящему любит, а всё не хочет своих чувств признать.
Вот дотянет и уведут его Лису! Сам страдает и девчонку мучает. Хотя она не лучше. Укатила от него подальше. Ещё и беременная…
Откуда я знаю? Алим обещал Алисе ничего не говорить её отцу, а про меня речи не было.
Да и Катя… очень плохо шифруется.
Но пока я молчу. Не уверен, что это ребёнок Рустама. Может, у неё что-то было ещё до Рустама или после. Она ведь тогда на своём дне рождения и ко мне приставала…
— Ты мне сейчас тут нужен, Рустам, — отказываю ему. Он мой наследник, несмотря ни на что, и для него важно остаться сейчас со мной и научиться решать такие проблемы. Да и неизвестно, как он на живот сестры отреагирует. И не в присутствии Кати. — Будем проблемы решать, которые нам Ольга устроила. А к Алисе надо будет тебе поехать, да! Но сам!
— Карим, — обращается ко мне вошедший в комнату Назар, пропустив вперёд профессора. — Там пресса у ворот. Но я сейчас разберусь.
— Спасибо, — кидаю ему и смотрю на дедушку Кати. Мужчина напряжённо смотрит на меня, явно о чём-то думая. И ему его собственные мысли не очень нравятся.
— Паршивка моя старшая учудила? — догадывается он. Ловит мою полуулыбку и продолжает ругать. — Ах, ремня на неё мало в детстве было! Жалела её мать! Надо было её драть как Сидорову козу!
— Всё в порядке! — успокаиваю его. — Я решу эту проблему.
— Катенька моя, где? — обеспокоенно интересуется. — Назар сказал, что она с Рустамом уехала. А он меня дождался и вот! Подвёз.
— На кухню Катя пошла за мазью, — рассказываю, указав на свою перебинтованную лодыжку. — Я ногу подвернул.
— Отлично! Ой, то есть плохо! Отлично в том смысле, что её рядом нет, — подходит и садится напротив. — Я тут подумал, у моего друга дача за городом есть. Мы с Катей пока туда переедем, иначе эти печатники её до выкидыша доведут.
— Я собираюсь вас с ней во Францию к Алисе отправить на недельку-две, — объявляю. — Помощь ваша нужна будет, чтобы убедить её поехать и без меня.
— Тоже хороший вариант. Уговорю! У меня есть влияние на неё, — поддерживает меня профессор. — Главное сейчас ведь ребёночек, и чтобы Катя всё близко к сердцу не принимала. Ох, ужасный из меня отец и дед! Одну недоглядел, вторую переглядел, сделав из неё ранимую душу.
— Ну у вас скоро третья попытка будет, — произносит Рустам, похлопав профессора по плечу. — Но уже на правнучке, — и начинает хохотать. — Но по мне лучше сделать ранимую душу, чем…кхм! Ну, вы поняли!
— Правнучку хорошо воспитаем, — уверенно обещает старик. — У малышки и отец любящий будет, и мать хорошая. Ну а я всегда буду рядом! Опыт есть!