Высшая проба. Недуг мой, свет мой
А потом, не отпуская жену, повернулся к выходу и они так вместе и протиснулись через узкое отверстие, и вместе преодолели чуть более просторный коридорчик.
– Торопитесь, – оглянулся на шелест Энгор, – еще почти полчаса. Выпейте пока взвара.
– Я лучше свет притеню, – свое предложение Яна сопровождала делом.
Растянула по прозрачным стенкам судна свой купол, придавая ему вид зеленоватой полупрозрачной занавеси. В небольшом помещении сразу стало темнее и уютнее.
– Хорошо, – больше не стал спорить отшельник, – снимаю. Но предупреждаю, Хирд, не спеши разглядывать все сразу. Не нужно резко нагружать еще слабые органы. Регенерация пока не остановилась, а вовсю идет и уже завтра твои глаза будут намного крепче и здоровее, чем сейчас.
Герцог покорно кивал и его спутники не сомневались, что в этот миг он слышит только то, чего жаждет услыхать, готовый согласиться с любыми требованиями, лишь бы быстрее увидеть свет. Энгор усмехнулся в ответ на вопросительный взгляд Яны и снял, наконец защиту.
Хирд мгновенно это почувствовал, по тонким векам словно ветерком подуло, стало прохладно и пусто. И в непроницаемой тьме возник свет… но очень тусклый.
– Ты не забыл, – мазнули по уху теплые губы жены, – что глаза нужно открывать? Поднимай веки, не бойся, вид абсолютно здоровый.
– Да? – задумчиво справился Хирд, и тут же поднес руку к глазам.
Осторожно, едва касаясь кончиками пальцев, дотронулся сначала до одного, затем до второго. Облегченно выдохнул, обнаружив их на месте и с замиранием сердца резко поднял веки, вопреки просьбе мага. Рассмотрел зеленые занавеси, потом настороженные глаза жены, сочувственный взгляд магистра – и, судорожно выдохнув, спрятал лицо в ладонях.
– Убедился? – мягко справился отшельник, – теперь садись и успокаивайся. Сейчас будем ужинать, потом я уйду отдыхать. С помощью Яны мы доберемся до рассветного материки дней за шесть, а если постараемся – то и за пять.
Но он ошибся. Уже к обеду третьего дня на горизонте показалась странная темная полоска, все растущая по мере приближения. А к полднику она превратилась в необычный остров, окруженный несметной стаей разнообразных судов.
Глава восьмая– Как-то очень нерешительно они плывут, – хмуро заметил Хирд, понаблюдав пару часов за небывалым караваном. – С такой скоростью и до зимы к нам не доберутся.
– Они дрейфуют, – пояснил Энгор, – значит пока не все подошли к месту сбора. Меня тревожит другое, почему оно так далеко от берега? Обычно флот собирался в безопасных бухтах… а раз ушел от них, значит там более не безопасно.
– А ты не можешь подать собратьям сигнал и спросить, что у них происходит?
– Могу, но жду, пока мы подлетим поближе. Иначе начнем нервничать не только мы, но и они, а шара, по которому можно связаться, у меня нет. Не взял по простой причине, я не имею последнего пароля, а на старый вряд ли кто-то отзовется.
– Значит будем изображать дикарей, – насмешливо фыркнул Хирд.
– Скорее – неожиданный подарок, – возразила его жена, за последнее время разлюбившая расхожие шутки о дикарях. – Сюрприз с чистого неба.
– Не так уж и плохо, стать сюрпризом, – начиная снижение, согласился отшельник, – главное – приятным.
Вскоре сфероид завис над верхней палубой самого большого судна, накрытого мощным защитным куполом. Рвать чужие щиты Энгор не стал, просто расцветил бок своего летучего кораблика яркой надписью.
– С прибытием, – едко усмехнулась Яна, попытавшись прочесть незнакомые слова, – а как мы будем с ними разговаривать, не зная языка?
– Вы его знаете. – уверенно поправил магистр, – это древний дегронийский. И жители рассветного материка постоянно исправляют свое произношение и словарь, получая отчеты наблюдателей. Особенно с тех пор, как начали просыпаться вулканы. Оказаться в чужих владениях немыми и глухими никому не хочется. А надпись – пароль, и я жду, пока командующий флотом его проверит и отроет нам проход.
– А вдруг не захочет? – подозрительно щурился герцог, резко подутративший былую доверчивость.
– Среди верховных магистров нашего материка нет людей, не способных здраво оценивать ситуацию, – сухо отрезал Энгор и, словно в подтверждение его слов, купол исчез.
Сфера опустилась на безлюдную палубу и тоже растаяла, оставив лишь троих людей в дорожных костюмах, да пару медвежат. Один, маленький и зеленый тащил внутри нехитрый багаж герцогской четы, в второй, более крупный и белый – вещи отшельника и остатки провизии.
– Энгор! – спешили навстречу наблюдателю магистры в простых матросских одеяниях, – какая радость! Мы ищем тебя не первый год… и вдруг…
– А я попал в ловушку и два года не мог выбраться, – вздохнул отшельник, – но подробнее расскажу позже. Что тут происходит? Мы не видели сверху ни дыма, ни огня?
– У берегов стоит цепочкой почти сотня судов, – помрачнел старший из встречающих, – все наши воздушники там. Постоянно держат сильный ветер, угоняющий дым на восток. Иначе мы бы уже задохнулись, хотя дымят только два вулкана. Зато оба расположены в опасной зоне.
– Что такое опасная зона? – мгновенно насторожилась Яна.
– А это? – указав на нее взглядом, справился маг у Энгора.
– Хигверд и Альяна, герцог и герцогиня Дэнзорские, – спохватившись, представил тот спутников и огорченно повинился, – простите, друзья, от волнения забыл о вежливости.
– Немудрено, – кивнула Яна, нетерпеливо разглядывая казавшуюся такой мирной даль. – А что там с зоной?
– Это площадь, куда долетают выбросы вулканов, – любезно просветил ее магистр, – а я – Саберс, глава совета. Проходите, каюты вам уже готовы, а наши собратья ждут гостей в зале, чтобы приветствовать.
– Спасибо, – кивнула Яна, и попросила: – вон того, зеленого мишку отправьте в нашу с Хирдом каюту, это наш багаж. А белый несет вещи Энгора.
– И твои пироги, – насмешливо фыркнул отшельник, но настороженность из его взгляда не исчезла, – а вы куда?
– Пока хотим понять, зачем воздушники тратят магию на дым, если давно пора уходить? Или… я правильно думаю, кого-то еще спасают?
– Остались четыре последние укрытия отказавшихся уходить, – огорченно поджал губы Саберс, – но не волнуйтесь, там работают опытные спасатели… усиленные менталами. Но вы… ведь не маг?
– Она адапт, – мгновенно пояснил другу Энгор, и уточнил, – лучший в ордене.
Саберс неверяще нахмурился, пристальнее оглядел гостью, и перевел взор на наблюдателя.
– Кто такие – адапты?
– Раньше их называли – оборотни, – сообщил тот, – так почему спасатели возятся так долго?
– Отказники ушли в убежища и закрыли защитные купола. Если мы их откроем – в помещения проникнет угарный газ. От него люди быстро теряют сознание и их придётся искать по всем закоулкам. За это время кто-нибудь может погибнуть… Решили делать подкоп с того места, которое обдувается свежим ветром. Но они следят и обрушивают проходы, поэтому копаем с нескольких сторон.